24 августа 2019 20:53 О газете Об Альфе
Общественно-политическое издание

Подписка на онлайн-ЖУРНАЛ

ОПРОС

ВЫ ГОТОВЫ ПОЛУЧИТЬ ЭЛЕКТРОННЫЙ ПАСПОРТ?

АРХИВ НОМЕРОВ

Автор: Андрей Фролов
ПАРОЛЬ — «КОНДОПОГА»

1 Сентября 2006
ПАРОЛЬ — «КОНДОПОГА»

«… - Потом народ малость осерчал, только ему хоть бы что: по­на­е­ха­ли здо­ро­ву­щие повозки, а в них — Громадины, все больше бандитские рожи. Едут и едут; одни погрузятся — и обратно, другие остаются. Мы проморгаться не успели, смотрим — ан они уж везде, по всей Хоббитании рубят деревья, копают ямины, строят дома, не то сараи; где хотят, там и строят. Поначалу Чирей так-сяк возмещал урон и убытки, а потом и думать забыл, куда! Их вся власть, отдавай да помалкивай, а пикнешь — последнее отберут». Дж. Р. Р. Толкиен. «Возвращение короля».

«ВЛАСТЬ ЕГО БУДЕТ ПОГОННАЯ…»

Начнем несколько издалека. В духовных бе­се­дах одного из русских старцев, скончавшихся уже в наши дни, протоиерея Николая Гурьянова, су­ще­ству­ет один любопытный эпизод, прямо зат­ра­ги­ва­ю­щий сущность нынешней власти и си­ту­а­цию в России. Он относится к 1997 году и был опубликован в печати еще до года 1999-го, когда это пророчество сбылось. Итак, вот этот эпизод:

«… - Батюшка Николай, кто будет после Ель­ци­на? Чего нам ждать?

– После будет военный.

– Скоро ли?

– … Власть его будет погонная. Но век его мал, да и он сам. Будут гонения, на черноризцев и церковь. Власть будет как при коммунистах и По­лит­бю­ро.

– А что дальше-то будет?

– А после будет Царь Православный.

– А мы доживем, батюшка?

– Вы–то — да».

В первое время после прихода к власти Вла­ди­ми­ра Путина и построения «властной вер­ти­ка­ли» многие люди, знакомые с этим про­ро­че­ством, недопонимали, что же именно старец имел в виду — Церковь продолжает восстановление своего былого величия, гнать ее никто и не думает, ни­ка­ких коммунистов и Политбюро нет и в помине — не иначе, ошибся старец… Теперь ясно, что он был абсолютно прав.

Гонения на Церковь осуществляются в самой изысканной, можно сказать, «бархатной» фор­ме — в виде гей-парадов, запретов на пре­по­да­ва­ние «Основ православной культуры», кон­цер­тов «Ма­дон­ны» и так далее. Но самое плохое то, что сво­бо­да слова в СМИ абсолютно такая же, как и в эпоху «перестройки», начавшейся, как известно, под лозунгом: «Хватит врать друг дру­гу!». Самым лучшим способом ос­ве­ще­ния меж­на­ци­о­наль­ных конфликтов счи­та­ет­ся их за­мал­чи­ва­ние, сведения поступают от­ры­воч­ные и в крайне искаженном свете… Про­дол­жать нет смыс­ла, надо только на­пом­нить: именно такой подход к проблеме при­вел к развалу СССР — увидев, что правды у вла­с­тей не выпросишь, люди во избежание не­ми­ну­е­мо­го истребления и изгнания с родной земли бра­ли, берут и всегда будут брать в руки оружие. Ни увольнения с ра­бо­ты, ни отчисление из ин­сти­ту­та, ни аресты без предъявления обвинений не помогут ос­та­но­вить этот процесс — они только ускорят его. Ведь один пострадавший за правду творческий человек сто­ит сотни милиционеров, не зна­ю­щих, за что им сражаться, кроме взяток и поборов.

Нынешняя власть забыла даже про урок ГКЧП, когда информационная блокада провалилась имен­но благодаря безобидным научным ра­бот­ни­кам, подключенным к глобальным ин­фор­ма­ци­он­ным сетям: «… Самый известный казус слу­чил­ся в августе 1991 года во время путча, когда все каналы связи отключили, а про Релком за­бы­ли… Зарубежные информационные агентства получали сообщения из России через Релком». Сейчас глобальные сети шагнули на много миль вперед, и всякие попытки устроить такую «бло­ка­ду» любой ценой, вплоть до атак хакеров на пат­ри­о­ти­чес­кие сайты — только дискредитируют власть. К тому же ими пользуется огромное число людей в России, несоизмеримое с 1991 годом. Так что телевизор и газеты уже сейчас нельзя счи­тать стопроцентным средством ин­фор­ма­ци­он­ной цензуры и блокады. Малина кончилась.

Обиднее всего для власти то, что ана­ло­гич­ные события по всей России замалчивать уже не удается и не удастся. Русских режут чеченцы, азер­бай­д­жан­цы, таджикские и узбекские га­с­тар­бай­те­ры, грузинские и армянские «воры в законе»… И заткнуть рот всем, кого режут, не выйдет. Проще остановить убийц, чтобы они не уничтожили Рос­сию. Если власть не может сделать сама — она должна позволить это сделать народу. Иными словами, не надо стремиться к свержению власти — надо научиться действовать в обход нее и ста­рать­ся не нарушать при этом ее законов. Нечто похожее получилось в ходе борьбы за не­за­ви­си­мость Индии. Должно получиться и у нас. А для того, чтобы это получилось, надо как следует пред­став­лять себе, с каким противником столкнулась Россия. Ведь СССР развалился не в последнюю очередь потому, что власть предержащие со­вер­шен­но не знали собственной страны.

Итак, чеченско-азербайджанская торгово-ры­ноч­ная мафия, разрушившая уже несколько го­су­дарств и принявшаяся за Россию. Краткий очерк.

«ЧЕМ ЖЕ МЫ БУДЕМ ЖИТЬ, ЕСЛИ НЕ БУДЕМ ГРАБИТЬ И ПОХИЩАТЬ?»

«Когда горят ночные звезды,

Тогда пускаются в разъезды

Его лихие сыновья:

Живет добычей вся семья!

Они повсюду страх приносят:

Украсть, отнять — им все равно;

Чихирь и мед кинжалом просят

И пулей платят за пшено,

Из табуна ли, из станицы

Любого уведут коня;

Они боятся только дня,

И их владеньям нет границы!»

М. Лермонтов. «Измаил-Бей».

Чеченско-азербайджанское «боевое брат­ство» по грабежу и экспансии на самом деле сложилось уже довольно давно. Первым его прообразом, известным во всемирной истории, можно назвать союз, который сколотил в начале IV века некий Санесан, вождь кавказского племени маскутов (мас­са­ге­тов), живших на юго-востоке нынешнего Дагестана. Находясь во вражде со своим род­ствен­ни­ком и господином, албанским царем Ур­най­ром, и не имея достаточных сил для мести, он не при­ду­мал ничего лучше, как после смерти Урнайра впустить в свою же страну через доверенный ему горный проход полчища гуннов и грабить вместе с ними все и вся, кроме собственных владений.

На берегу Каспийского моря к войску, го­то­вив­ше­му­ся выступить в набег, пришел епископ и просветитель Албании, 22-летний Григорис, ко­то­рый стал увещевать гуннов, маскутов и лично Санесана не грабить, не воровать и стараться жить трудом своих рук. Разумеется, «горные орлы» и «лихие степняки» отнеслись к этим советам с дет­с­ким непониманием: «Если мы не будем по­хи­щать, если не будем грабить, если не будем от­ни­мать чужого имущества, то как же можем мы про­кор­мить­ся с таким множеством войска?.. Он явил­ся, чтобы такими речами лишить нас мужества, запретить нам добычу, которой мы живем; если мы послушаемся его и обратимся в христианскую веру, то чем нам жить, если по исконному нашему обычаю не садиться на коней?». Санесан казнил юного мученика, привязав его к конскому хвосту, и двинулся в поход.

Всех мирных жителей, которые попадались на пути войска (каспов, лпинов, чилбов, удин и т. д.), маскуты и гунны грабили и зверски уби­ва­ли самыми различными способами — на­при­мер, скла­ды­ва­ли их вместе с ранеными и убитыми ал­бан­с­ки­ми воинами на вершину горы, об­ли­ва­ли маслом и сжигали заживо, не давая никому выс­ко­чить из огня. Между прочим, этот способ был возрожден чеченцами по отношению к рус­ским в начале XX века. Почти целый год Санесан зах­ва­ты­вал и грабил все на своем пути, угрожая одно вре­мя даже границам византийской про­вин­ции Кап­па­до­кия, что в Восточной Анатолии. Конец Са­не­са­на, как и других зарвавшихся вы­род­ков, был печальным — зайдя слишком да­ле­ко в не­го­с­теп­ри­им­ные для кочевников горы, под Ва­гар­ша­па­том он попал в засаду, устроенную ему ви­зан­тий­с­ко-армянским войском, и лишился го­ло­вы вме­с­те с большей частью своей армии. Уце­лев­ших гун­нов победители гнали до Куры, в ко­то­рой боль­шин­ство из них и утонуло при по­пыт­ке ее пе­ре­сечь.

Впоследствии, когда в Туркестан и Северный Прикаспий проник иудаизм (примерно в V-VII ве­ках), упор был сделан на торговую экспансию. При раскопках в Южном Дагестане в культурном слое VII века археологами были найдены следы хазарских торговых поселений. Вслед за тор­гов­ца­ми, как полагается, шли воины («Мы в Москве не только помидорами торгуем!» — помните?), быстро захватившие почти все равнинные земли Каспийского побережья, откуда их смогли выг­нать на север лишь арабы веком позже. Столицу пришлось перенести из Баку (Албанополя) в бо­лее безопасное место — подальше на запад, по­бли­же к горам… Правители Албании пытались обращать массы хазар-язычников в хри­с­ти­ан­ство, о чем свидетельствуют хронисты и остатки не­сколь­ких церквей в устье Волги, но хазарская вер­хуш­ка, принявшая иудаизм, этого не допустила, а единственный хазарский князь-христианин, Альп-Илитуер, вскоре оказался целью дворцового за­го­во­ра и был убит.

С арабским нашествием страна окончательно превратилась в проходной двор, так что в се­ре­ди­не X века даже три тысячи славян-«ушкуйников» (!) нашли время для того, чтобы подняться вверх по Куре и разграбить албанскую столицу, по­пут­но выгнав из нее арабов и вырезав всех местных жителей (в наказание за то, что местные жен­щи­ны попытались их отравить). Тоже, кста­ти, при­мер во­ен­но-тор­го­вой эк­с­пан­сии… От За­кав­каз­с­кой Ал­ба­нии вско­ре ос­та­лись только раз­ва­ли­ны цер­к­вей, мо­на­с­ты­рей и замков, да еще пре­крас­ные ка­мен­ные ба­ре­ль­е­фы Дмит­ри­ев­с­ко­го Собора во Вла­ди­ми­ре, со­здан­ные с по­мо­щью ал­бан­с­ких ма­с­те­ров по просьбе жив­ше­го на Кав­ка­зе Юрия Ан­д­ре­е­ви­ча Бо­го­люб­с­ко­го — как па­мять и как гроз­ное на­по­ми­на­ние русским о судь­бе по­гиб­шей пра­во­слав­ной стра­ны. А от «ти­туль­ной нации», ког­да-то на­се­ляв­шей про­сто­ры от Се­вер­но­го Кав­ка­за до Ирана, осталось ме­нее 10 тысяч человек, ко­то­рых сго­ня­ют с их род­ной зем­ли, сжавшейся до трех де­ре­вень, уже на наших глазах — под видом «за­бо­ты о малых на­ро­дах»…

Впоследствии тюрко-кавказский союз стал причиной гибели Византии — ис­ла­ми­зи­ро­ван­ные кавказцы отняли у греков все их владения в Си­рии, а османы, парализовав пиратством и мо­но­по­ли­ей византийскую торговлю на море, смогли занять всю Малую Азию и окончательно сломили могущество «Второго Рима», закрепившись в Ев­ро­пе и взяв Константинополь. На все дела не ушло и трех веков, причем активная борьба заняла толь­ко два из них.

А в наши дни чеченцы, составляющие «пе­ре­до­вую линию» вторжения, прямо заявляют, что после погромов они специально поедут жить в Кондопогу. С точки зрения обывателя это аб­сурд, а с точки зрения оперативного искусства все пра­виль­но — это переброска сил на угрожаемый уча­с­ток фронта, где решается вопрос всего на­ступ­ле­ния.

Однако абсолютно не по-военному по­ст­ра­дав­шие участники «джихада» вспомнили о таких ве­щах, как компенсация Россией материального ущерба и т. д. Конечно, понятно, что такой зах­ват­ни­чес­кий ислам — сугубо материальная ре­ли­гия, стро­я­щая духовную жизнь по товарно-де­неж­но­му прин­ци­пу («… Аллах доволен ими, и они до­воль­ны Аллахом. Это — великая прибыль!» (Коран. 5:19; 59: 22; 98: 8)), но лучше бы им было этого не делать. По двум причинам. Прежде всего, даже если бы жители Кондопоги сожгли свой го­ро­док десять раз и десять раз отстроили бы его с пе­пе­ли­ща, все равно это не составило бы и де­ся­той доли ущерба тех русских, которых ог­ра­би­ли и выгнали из Чечни при Дудаеве, Мас­ха­до­ве и даже при «пророссийском» режиме Ка­ды­ро­вых. И отец, и сын делали и делают упор имен­но на то, что все граждане России, независимо от национальности и места рождения, вправе бе­зо­пас­но жить в лю­бом месте России — хоть в Мос­к­ве, хоть в Кон­до­по­ге, хоть в Дышне-Ведено. О соотношении ко­ли­че­ства чеченцев, убитых рус­ски­ми, даже «брат­ка­ми», по всей России, и ко­ли­че­ства русских, уби­тых чеченцами в Чечне, можно даже не упоминать — ясно, что по количеству пролитой крови вай­на­хи займут уверенную паль­му первенства.

Кроме того, среди поджигателей в Кондопоге большую часть, как свидетельствуют сами жи­те­ли, составляют не русские и не карелы, а про­во­ка­то­ры из числа купленных славян и даже кав­каз­цев, которым выгодно поджигать покинутые стро­е­ния с целью «слупить» впоследствии возможно большую компенсацию с многострадальной Рос­сии. Правда, милиционеры таких «под­жи­га­те­лей» быстро отпускали. Что уж тут делать, это про­бле­ма скорее их самих, нежели нас — Бог даст, раз­бе­рем­ся с ними всеми…

НАДО ЛИ ПЕРЕИМЕНОВЫВАТЬ ЧЕЧНЮ, ИЛИ «УЧИ АЛБАНСКИЙ!»

«Мы родились в ту ночь, когда щенилась вол­чи­ца,

Утром под рев льва нам дали имена.

В орлиных гнездах вскормили нас матери,

На тучах укрощать коней учили нас отцы».

Гимн Чечни в 1991-1994 гг., перевод Лемы Усманова.

Чеченский этнос окончательно сложился, как полагает современная этнология, к концу XVII века, когда часть последней волны ко­че­вых тю­рок из Средней Азии, поднятых мон­голь­с­ким на­ше­стви­ем XIII века, осела в горах и сме­ша­лась с местным населением. До этого в фор­ми­ро­ва­ние чеченской и ингушской на­ци­о­наль­ной иден­тич­но­с­ти внесли свой весомый вклад и другие тюр­к­с­кие племена, особенно гунны и хазары, а так­же арабы и многие дру­гие. Не­смот­ря на то, что изначальное про­ис­хож­де­ние вай­на­хов, не­сом­нен­но, кавказское, тюр­ки и арабы столь ви­до­из­ме­ни­ли этот эт­нос, что говорить о его полной очи­с­т­ке от тюр­к­с­ко­го вли­я­ния, ко­неч­но, не при­хо­дит­ся. Даже имена многих на­ци­о­нальных героев (Бай­сан­гур и т. д). — не кав­каз­с­кие и не араб­с­кие, а именно тюркские. По­че­му Алу Алханов за­те­ял кампанию по пе­ре­име­но­ва­нию Чечни, так как, мол, это слово тюр­к­с­кое, а не исконно вай­нах­с­кое, можно понять только после выяснения буквального значения и прак­ти­чес­ко­го смысла слов «Чечня» и «че­че­нец».

Первое слово буквально означает «горная глу­хо­мань» или «удаленная горная де­ре­вуш­ка». Вто­рое слово, соответственно, значит выходца из такого места (или, по-чеченски, «ламро» — «го­рец»). Эти слова закрепились в русском язы­ке, как полагают, потому, что первым «про­блем­ным» селением, с жителями которого они встре­ти­лись в начале XVIII века, был Чечен-Аул. Но эти слова в русском лексиконе сразу же при­об­ре­ли вполне определенный криминальный от­те­нок — в до­ку­мен­тах того времени вайнахи по­сто­ян­но опи­сы­ва­лись как «воровские люди», живущие за Сун­жей «в дальних чечнях». На­звать же всю Чечню «Ичкерией» по имени наиболее «пассионарного» веденского племени ич­ке­рин­цев, как это сделал Дудаев, было столь же не­пра­виль­но, как назвать всю Грецию «Спартой».

Кстати, секрет воинственности и «не­по­бе­ди­мо­с­ти» спартанцев и ичкеринцев довольно прост: из-за расположения своей земли в труд­но­до­с­туп­ных горах с теплым климатом те и эти рань­ше остальных успевали быстро убрать свой уро­жай и шли опустошать поля и сады своих се­вер­ных соседей, убирать которые было еще рано. Прав­да, в отличие от трудолюбивых спар­тан­цев, вклад земледелия в ичкеринский «ВВП» всегда был нич­то­жен по сравнению со ско­то­вод­ством и осо­бен­но с награбленным на севере добром. В то время как спартанское го­су­дар­ство было впол­не са­мо­до­с­та­точ­ным (автаркия) и грабило со­се­дей с це­лью оказать на них дав­ле­ние и при­ну­дить к вы­год­но­му миру, в Ич­ке­рии издавна сло­жи­лась клас­си­чес­кая «на­бе­го­вая экономика».

Вот почему слова «Чечня» и «чеченец» ре­жут слух гордым вайнахам, а вовсе не из-за сво­е­го тюркского происхождения. Поэтому Алу Ал­ха­нов впоследствии добавил: «слово «Чечня» со­дер­жит негативную окраску, воспринимается от­ри­ца­тель­но и не имеет никакой юридической базы». В свя­зи с этим становится ясным и от­ри­ца­тель­ное мне­ние по поводу переименования, высказанное Рам­за­ном Кадыровым — раз вай­нах­с­кая республика пока что, пусть не юри­ди­чес­ки, а фактически, представляет из себя одну большую «Чечню», то это название, увы, впол­не соответствует ре­аль­но­му положению дел…

Термин же «вайнахи» значит просто «наши люди», а «Нохчийн-Чо» можно очень при­бли­зи­тель­но перевести как «место настоящих лю­дей». И после этого какие-то тупые не­до­че­ло­ве­ки еще смеют называть гордых вайнахов «зверь­ка­ми»… Кстати, по занятному со­впа­де­нию (совпадению ли?) таково же са­мо­наз­ва­ние и балканских ал­бан­цев — «шкиптар» зна­чит что-то вроде «на­сто­я­щий человек» или «пра­виль­ный человек», он же «потомок орла», а «Шкиперия» — «стра­на пра­виль­ных людей» или «страна горных ор­лов», кому как больше нра­вит­ся. Самоназвание же ин­гу­шей («гал­гаи»), как полагают, восходит к тем самым гар­га­рей­цам, которые составляли одно из ве­ду­щих племен Албании и для языка которых не­ког­да была разработана одна из трех за­кав­каз­с­ких пись­мен­но­с­тей (на самом деле этот язык, как по­ка­зы­ва­ют исследования академика З. Алек­сид­зе — староудинский, хотя, воз­мож­но, тогда пред­ки ингушей именно на его ди­а­лек­те и говорили). Что по­де­лать, так про­хо­дит мир­с­кая слава — в XVIII-XIX вв. боль­шин­ство ин­гу­шей, кре­с­тив­ших­ся в IV-XII вв., сно­ва были языч­ни­ка­ми и кля­лись в до­го­во­рах с Рос­си­ей име­на­ми своих бо­гов…

Теперь, уяснив этнический состав чеченцев, необходимо разобраться в том, почему именно они представляют собой наибольшую про­бле­му для какой бы то ни было го­су­дар­ствен­но­с­ти. Преж­де всего, у чеченцев не было и нет никакой знати, а поэтому они «все равны», то есть не при­выч­ны к правильному государственному ус­т­рой­ству и подчинению (по чеченской по­го­вор­ке, «если один будет князем, то все остальные — его ра­ба­ми»). Идея же равного служения го­су­дар­ству и нации всех людей, включая и са­мо­го правителя, у чеченцев не нашла отклика вслед­ствие отсталого политического самосознания и сильной ро­доп­ле­мен­ной раздробленности, ме­ша­ю­щей осознавать себя как единое целое со всеми своими со­ро­ди­ча­ми. Те дагестанские пле­ме­на, знать которых была истреблена во время Кавказской войны, на­при­мер, аварцы и лез­ги­ны, тяготели в то время к та­ко­му же поведению, яв­ляя удивительный кон­траст со своими же род­ны­ми братьями-удинами — ми­ро­лю­би­вым хри­с­ти­ан­с­ким народом, более чем 2000 лет назад создавшим высокоразвитое Ал­бан­с­кое го­су­дар­ство между Ираном и Кавказским хребтом. На­при­мер, Лермонтов в поэме «Измаил-Бей» опи­сы­вал образ жизни современных ему лезгин прак­ти­чес­ки в «чеченских» выражениях, как можно было заметить выше.

Те же народы Дагестана, где сохранилась знать и привычка подчиняться ее приказам, без осо­бен­ных проблем влились в семью народов России. Если в этом свете внимательно при­смот­реть­ся к этническому составу так на­зы­ва­е­мых «да­ге­с­тан­с­ких» ОПГ, то можно открыть для себя много ин­те­рес­но­го… В любом случае, без­ра­бо­ти­ца и не­ус­т­ро­ен­ность молодежи на Се­вер­ном Кавказе, хотя и играют важную роль, не яв­ля­ют­ся самой главной причиной этнической пре­ступ­но­с­ти — как по­ка­зал опыт царской и советской эпохи, многие мо­ло­дые чеченцы и дагестанцы никогда не пойдут пахать землю, даже если у них будет воз­мож­ность это делать — по их мне­нию, «настоящая мужская работа» неизбежно должна быть сопряжена с обманом или на­си­ли­ем и при этом хорошо оп­ла­чи­вать­ся. Создание ОПГ как нельзя лучше от­ве­ча­ет обеим этим це­лям. Ведь дагестанцы приехали в Сальск не про­сто жить и пасти овец — по сви­де­тель­ству ме­с­т­ных жителей, они сразу на­ла­ди­ли воровство не­фти из трубопровода.

Большинство русских все-таки не мыслит по­доб­ным образом. А у «гордых маленьких на­ро­дов» понятие «храбрость» неизбежно ас­со­ци­и­ру­ет­ся с понятиями «воровство» и «гра­беж», так как этого требуют стереотипы на­ци­о­наль­ной пси­хо­ло­гии. Чтобы избежать об­ви­не­ний в го­лос­лов­но­с­ти, рассмотрим поведение вайнахов в на­ча­ле XX века (Д-р Э. В. Эриксон, «Об убийствах и раз­бо­ях на Кавказе», «Вестник психологии» за 1906 г).: «Ингуши, являясь са­мым разбойничьим пле­ме­нем на Северном Кав­ка­зе, наводят страх на всю Тер­с­кую область. Храбрые и дерзкие до нео­бы­чай­но­с­ти, они де­ла­ют нападения среди бе­ло­го дня не только на проезжих в поле, но даже на магазины в цен­т­раль­ной части г. Владикавказа орга­ни­зо­ван­ны­ми бандами, причём по со­вер­ше­нии ог­раб­ле­ния или убийства умеют исчезать с по­ра­зи­тель­ной быстротой... Чем труднее и рис­ко­ван­нее пред­при­я­тие, тем больше оно манит ингуша, ко­то­рый испытывает, по-видимому, нео­бы­чай­но при­ят­ное чувство после каждой уда­чи... Эт­ноп­си­хи­ка со все­ми её внешними про­яв­ле­ни­я­ми ме­ня­ет­ся не так быстро, как издаваемые за­ко­ны, требования и правила, и многие пре­ступ­ле­ния яв­ля­ют­ся в из­ве­с­т­ной степени не­из­беж­ным след­стви­ем пси­хо­ан­т­ро­по­ло­ги­чес­кой орга­ни­за­ции людей, пе­ре­да­ва­е­мой по наследству из по­ко­ле­ния в поколение, из века в век». Ингуши здесь привлекли большее вни­ма­ние ис­сле­до­ва­те­ля по сравнению с чеченцами, поскольку пос­ле­дние были, да и остались, го­раз­до менее «го­род­с­ким» народом, предпочитая раз­бой на лоне дикой при­ро­ды. Но и в условиях боль­шо­го го­ро­да, как сви­де­тель­ству­ет доктор, на­сто­я­щий вай­нах никогда не ударит в грязь лицом.

Ведь самое страшное для укорененного в обы­ча­ях вайнаха — это именно за­ко­но­пос­луш­ность: по свидетельству энциклопедии Брок­га­у­за и Эф­ро­на, самое страшное оскорбление, ко­то­рая че­чен­с­кая девушка может нанести че­чен­с­ко­му юно­ше, таково: «Убирайся, ты даже не спо­со­бен уг­нать барана!». За десять или за сто лет такие вещи, к сожалению, просто так не про­хо­дят.

Главное, что следует отсюда вынести рус­ским, чеченцам, ингушам и всем прочим за­ин­те­ре­со­ван­ным сторонам — плохих народов не бывает, но плохие обычаи, укоренные в на­ро­дах, далеко не редкость. И некоторые народы, не исключая и русский народ, должны не­мед­лен­но повести борь­бу с такими обычаями у себя и у своих соседей по Кавказу — или погибнуть.

РАМЗАН-ФАКТОР

«… - Теперь я вижу, что это действительно то самое, — заявил Джон, снова разглядывая пер­га­мент. — Хотя мне трудно понять, что та­кое «вы­со­кий, средний и низший суд».

– Клянусь эфесом, ты понял бы, будь ты Жак Простак. Низший суд означает, что ты мо­жешь вымогать у виновного деньги, средний — что ты можешь пытать его, а высший — что можешь его убить. Вот смысл этих слов».

А. К. Дойл. «Белый отряд».

Поведение многоуважаемого вице-пре­мье­ра Чечни Рамзана Ахмадовича Кадырова во время конфликта в Кондопоге, особенно его желание навести там порядок, вызвало целую бурю эмо­ций в России и за рубежом. «Демократы» об­ви­ня­ли его в том, что он ведет себя как племенной вождь, а не как вице-премьер субъекта Фе­де­ра­ции. «Патриоты» валили все на Путина, ко­то­ро­му, мол, важна «стабильность» в Чечне до вы­бо­ров 2008 года и поэтому Рамзан Ах­ма­до­вич стал одним из немногих подлинно сво­бод­ных людей в России, спокойно говорящих и требующих все, что придет в голову.

Обе точки зрения, мягко говоря, при­стра­с­т­ны и односторонни. Как говорится, «Рамзан в Рос­сии больше, чем Рамзан». Это целое яв­ле­ние, ко­то­рое может положить конец мно­го­лет­ней враж­де русских и чеченцев, а может стать огромной бедой для всех, и прежде всего для Чечни. Не го­во­ря уже о нем самом. А если срав­ни­вать его дей­ствия с обстановкой во Франции XIV века, то он выглядит вполне рес­пек­та­бель­но и по-ев­ро­пей­с­ки, особенно на фоне боль­шин­ства ев­ро­пей­с­ких… полевых командиров эпохи позднего Сред­не­ве­ко­вья. Так или иначе, Ка­ды­ров на данном этапе истории объективно нужен российским властям.

Это происходит главным образом потому, что Рамзан во главе своих людей ловит и уби­ва­ет бо­е­ви­ков. Тут мало кто с ним сравнится, раз­ве что спецназ МО, МВД и ФСБ, да и он чаще всего, осо­бен­но в условиях Чечни, будет ус­ту­пать, не имея оперативной информации, ко­то­рую по­лу­чить вов­ре­мя и сразу от нескольких достоверных ис­точ­ни­ков славянам, даже зна­ю­щим по-че­чен­с­ки, да­ле­ко не так просто. Чис­лен­ность под­кон­т­роль­ных или просто ло­яль­ных Рамзану Ка­ды­ро­ву от­ря­дов составляет, по разным оценкам, от 10 до 30 тысяч человек. И это не просто 18-летние сроч­ни­ки, а в боль­шин­стве своем ма­те­рые волки, вдо­воль на­пив­ши­е­ся крови еще в те времена, когда Ахмад Ка­ды­ров объявил джихад России, а потом сдав­ши­е­ся его сыну под честное слово пос­ле­дне­го.

Временно отложив в сторону вопросы мо­ра­ли (хотя совсем без них, в конечном счете, обой­тись не удастся), рассмотрим такой воп­рос: пра­вы ли были российские военные и граж­дан­с­кие руководители, разрешая боевикам не просто сда­вать­ся в плен, а еще и переходить на сторону вра­га, сразу получая без серьезной про­вер­ки и рас­сле­до­ва­ния амнистию и оружие? Ведь речь идет об оказании доверия людям, не­за­дол­го до этого воевавшим против России и со­вер­шив­шим во­ен­ные преступления! Бе­зус­лов­но, они едва ли смо­гут когда-то объединиться со своими быв­ши­ми товарищами по оружию, которых к началу седь­мой осени второй че­чен­с­кой войны ос­та­лось не так уж и много, но выб­рать при бла­го­при­ят­ных к тому условиях «анар­хо-бандитский» ва­ри­ант им впол­не по силам. Весь идейный багаж таких лю­дей, по большому счету, сводится к из­ве­с­т­но­му четверостишию Нестора Махно:

«Я не белый, и не красный,

 Не зеленый и ничей!

 Запрягай коней в тачанку,

 Атакуем сволочей».

Применительно к реалиям Чечни и че­чен­с­ких боевиков в остальной России «анархо-бан­дит­с­кий» вариант включает, помимо бро­ни­ро­ван­ной дизельной «тачанки», следующие вещи: во­ров­ство и самопальная перегонка нефти, спе­ку­ля­ция бензином и соляркой, обложение да­нью всех, не принадлежащих к данному тейпу (сами че­чен­цы используют более правильное слово «тух­кум», но за пределами Кавказа его мало кто зна­ет), гра­бе­жи и насилия по от­но­ше­нию ко всем без ис­клю­че­ния людям, не яв­ля­ю­щим­ся вай­на­ха­ми или хотя бы мусульманами, наконец, же­с­то­кие расправы со всеми, кто с этим не согласен. Многие из этих вещей можно было наблюдать в Кондопоге. Сле­до­ва­тель­но, всякий, кто рвется на защиту «обез­до­лен­ных» кондопожских чечен-бандитов, убив­ших чет­ве­рых русских, тем са­мым уже рас­пи­сы­ва­ет­ся в своей принадлежности к анархо-бан­дит­с­кой вольнице, если не фак­ти­чес­ки, то по склон­но­с­тям и стилю мышления. Но на службе у нор­маль­но­го государства такие люди обычно не за­дер­жи­ва­ют­ся — их там быстро рас­ку­сы­ва­ют, и хорошо еще, если просто лишают должности и воинского звания. Герой России и честный офи­цер Рамзан Кадыров, скорее всего, был пред­на­ме­рен­но введен в заблуждение, раз сразу же обе­щал­ся оказать подмогу, не уточнив, кому именно. Но вот среди его людей (для про­сто­ты при­бли­жен­но будем считать таковыми всех во­о­ру­жен­ных чеченцев, в настоящее время ло­яль­ных цен­т­раль­ной власти) таких весьма и весь­ма много. И сомнительно, что в том случае, если они дей­стви­тель­но решат выехать в Кондопогу или куда еще, даже его высокий и заслуженный авторитет смо­жет им помешать.

Итак, прием на службу и поголовная ам­ни­с­тия большого числа бывших боевиков, к тому же под начало сына муфтия, некогда объя­вив­ше­го джихад России (а сын ни разу не отрекся от этих слов своего отца, хотя неоднократно заявлял о своей верности России), была, не­сом­нен­но, круп­ной стратегической ошибкой. Она создала ви­ди­мость легкой победы и од­но­вре­мен­но стала ис­точ­ни­ком больших проблем для российской го­су­дар­ствен­но­с­ти.

Справедливости ради, стоит сказать, что идея в своей основе вовсе не была порочна — на­при­мер, ее воплотили с бродячими шай­ка­ми ан­г­лий­с­ких, французских и бургундских на­ем­ни­ков во Франции конца Столетней войны: «… Жак Кер в 1439 году на заседании Ге­не­раль­ных шта­тов в Орлеане предложил и провел сле­ду­ю­щую меру: лучшую половину грабящих банд взять на жа­ло­ва­нье, обратить в постоянные вой­с­ка и с ее по­мо­щью уничтожить другую, наи­бо­лее рас­пу­щен­ную и преступную».

Но здесь, надо обратить на это внимание, ре­фор­ма была проведена грамотно: новая ар­мия (ордонансовые роты) подчинялись только ко­ро­лю и его абсолютно лояльным капитанам, и все эти капитаны были французами — пред­ло­же­ние отдать всю французскую армию на спор­ных зем­лях, включая множество «дек­лас­си­ро­ван­ных» бри­тан­с­ких и бургундских на­ем­ни­ков, под начало ка­ко­го-нибудь «про­фес­си­о­на­ла»-ан­г­ли­ча­ни­на, вро­де «британского Ахил­ла» Джона Таль­бо­та, даже согласись он вдруг перейти на сто­ро­ну Франции, вызвало бы у Кар­ла VII только го­ме­ри­чес­кий смех.

И самое главное, что вызвало успех этой кам­па­нии: наемников из второй, «не­при­ми­ри­мой» половины, не брали ни на службу, ни даже в плен — либо смерть, либо немедленный и окон­ча­тель­ный «дембель» одновременно со сдачей оружия и ус­т­рой­ством на мир­ную ра­бо­ту. Само собой ра­зу­ме­ет­ся, далеко не все «не­при­ми­ри­мые», ус­пев­шие при­вык­нуть ко всем прелестям анархии и ре­мес­ла «диких гу­сей», были со­глас­ны на второй ва­ри­ант. Но их про­тив­ник был луч­ше во­о­ру­жен, луч­ше орга­ни­зо­ван, а са­мое глав­ное, был на сто­ро­не за­ко­на и не смел вы­хо­дить за его рам­ки. Как след­ствие, все «не­при­ми­ри­мые», не по­же­лав­шие «дем­бель­нуть­ся», были унич­то­же­ны, а ряды на­ем­ни­ков, ког­да-то за­пи­сав­ших­ся в ор­до­нан­со­вые роты, по­ряд­ком поредели и пре­вра­ти­лись в гор­ст­ку се­дых ор­де­но­нос­ных ве­те­ра­нов со ста­ту­сом героев на­ции. То есть пред­став­лять опас­ность для Фран­ции они пе­ре­ста­ли в лю­бом слу­чае, а на­бор в ор­до­нан­со­вые роты на замену вы­би­тым на­ем­ни­кам более здо­ро­во­го эле­мен­та из дво­рян и го­ро­жан по­ло­жил на­ча­ло фран­цуз­с­кой ре­гу­ляр­ной ар­мии.

Но и при всех этих бла­го­при­ят­ных условиях даже че­рез полвека после окон­ча­ния Столетней вой­ны ук­ре­пив­ша­я­ся французская мо­нар­хия ис­пы­ты­ва­ла про­бле­мы с уп­рав­ля­е­мо­с­тью отнюдь не быв­ши­ми ан­г­лий­с­ки­ми — своими соб­ствен­ны­ми на­ем­ни­ка­ми: «… Пользо­вать­ся бан­да­ми фран­цуз­с­ких аван­тю­рь­е­ров было очень труд­но, вслед­ствие не­дис­цип­ли­ни­ро­ван­но­с­ти их, на­клон­но­с­ти к бун­ту и грабежу. Ко­ман­до­ва­ние бандами по­ру­ча­лось наи­бо­лее известным, по­пу­ляр­ным, ав­то­ри­тет­ным и опытным рыцарям: так, на­при­мер, ко­ман­до­ва­ние 1000 аван­тю­рь­е­ров было по­ру­че­но Баярду — «рыцарю без стра­ха и уп­ре­ка»; пос­ле­дний скром­но заявил, что ко­ман­до­вать та­ким тысячным отрядом пре­вы­ша­ет его силы, и просил оставить его во главе только 500 аван­тю­рь­е­ров». Это сказал человек, в оди­ноч­ку бро­сав­ший­ся на 200 вражеских ры­ца­рей и по­беж­дав­ший их, так что к его словам стоит при­слу­шать­ся…

«Умники» же из российских коридоров вла­с­ти понадеялись было проскочить все эти труд­но­сти меньше чем за десять лет, причем ко­ман­до­вать бывшими боевиками поставили их со­ро­ди­ча… Большей глупости (или вре­ди­тель­ства, если это делалось осознанно) придумать почти нельзя. Даже учитывая то, что Рамзан Кадыров вполне лоялен России (точнее, лично Вла­ди­ми­ру Путину и его «вертикали власти»), мы никак не можем предсказать, сохранится ли ло­яль­ность его пре­ем­ни­ком хотя бы в том слу­чае, если сам Кадыров, как он многократно об этом заявлял, захочет уйти на покой. Не говоря уже о пре­зи­ден­т­с­ких вы­бо­рах, до которых ос­та­лось менее двух лет… А ведь сравнение «уп­рав­ля­е­мо­с­ти» чеченских и фран­цуз­с­ких на­ем­ни­ков опять-таки выходит совсем не в пользу «гор­до­го ма­лень­ко­го народа»… Одним сло­вом, смер­тель­но опас­ных минусов у массовой пе­ре­вер­бов­ки и ам­ни­с­тии боевиков оказалось куда боль­ше, чем плю­сов.

Впрочем, и «французский» вариант с че­чен­с­ки­ми боевиками едва ли смог бы получиться. Ко­ли­че­ство безусловно лояльных России че­чен­цев, готовых в любом случае пойти под начало рус­ско­го командира и убивать своих со­пле­мен­ни­ков во имя России, ничтожно мало — глав­ным об­ра­зом это старый чеченский ОМОН, ко­то­рый еще в эпоху Дудаева понял всю ги­бель­ность анархии и вступил в смертельную схватку с си­ла­ми се­па­ра­ти­с­тов. Но эти люди не яв­ля­ют­ся на­ем­ни­ка­ми, напротив — они отборные, глу­бо­ко убеж­ден­ные в правоте своего дела бойцы, и если бы вся Рос­сий­с­кая армия состояла из них, ее мощь и эф­фек­тив­ность от этого бы толь­ко вы­иг­ра­ли. Каждый из них прошел через все круги ада при Дудаеве, претерпел еще более не­вы­но­си­мые страдания после Хасавюрта, и отлично знает, что дороги назад у него уже нет, а под­ни­мать оружие против России он не ста­нет ни при каких разумных об­сто­я­тель­ствах.

Заставить же обыкновенного бывшего бо­е­ви­ка, ставшего российским «контрактником», то есть, по сути, наемником, убить человека из сво­е­го тейпа, воюющего на стороне боевиков — чаще всего дохлый номер. Можно было бы, конечно, «тасовать» и натравливать друг на друга враж­ду­ю­щие тейпы, формируя отряды из одних и ис­треб­ляя под корень других, но такая «на­ци­о­нальная политика» вызовет у чеченцев спра­вед­ли­вое возмущение — такие мелкие и вы­со­ко­оп­ла­чи­ва­е­мые пакости характерны скорее для ан­г­ли­чан, а не для русских.

Хотя де-факто именно эта политика в смяг­чен­ном виде и проводится, только не самими рус­ски­ми, а чеченцами — отбор боевых и ру­ко­во­дя­щих кадров целиком и полностью был от­дан на откуп республиканским властям, причем не­ко­то­рые нечистоплотные чиновники за­дей­ство­ва­ли это обстоятельство на полную ка­туш­ку. «Чу­жие» чеченцы устроены на местах и во­об­ще занимают менее «хлебные» должности по сравнению со «своими». Именно они и со­став­ля­ют источник «социальной нестабильности» в Чечне — их про­сто не берут на нормальную работу, так как хо­ро­ших рабочих мест (чтобы побольше получать и поменьше делать) и так очень мало, и все они уже заняты «своими». «Чужим» же остается жить впро­го­лодь, или, что гораздо хуже, работать на уцелевших бо­е­ви­ков, чтобы не умереть с голоду. Либо вовсе ехать из Чечни, еще больше усиливая и без того огромную межнациональную на­пря­жен­ность в России. Если бы высшая военная и граж­дан­с­кая власть в Чечне была отдана рус­ским, лю­бя­щим свою страну и досконально знающим че­чен­с­кий язык и все тонкости родоплеменного деления чеченского общества (а такие люди, бе­зус­лов­но, есть), этого бы никогда не слу­чи­лось.

ВСТАВАЙ, СТРАНА ОГРОМНАЯ

«Я чечену хату сдал,

Думал жить по-божески.

А он мне уши резать стал

Прям’ по-кондопожески!»

Злободневная народная частушка

Итак, в ходе небольшого ретроспективного исследования установлено, что причиной меж­на­ци­о­наль­ной напряженности, помимо кор­рум­пи­ро­ван­ных чиновников и милиции, являются и сами миг­ран­ты, которые часто ведут себя да­ле­ко не са­мым законопослушным образом. Об азер­бай­д­жан­цах и других «настоящих» им­миг­ран­тах го­во­рить не стоит по одной причине — боль­шин­ство их находится в России не­ле­галь­но, а если дос­ко­наль­но и жестко проверить за­кон­ность и це­ле­со­об­раз­ность «ле­га­ли­за­ции» остальных, их на всю Рос­сию ос­та­нут­ся вообще единицы. Здесь речь пойдет об им­миг­ран­тах внутренних — о че­чен­цах, да­ге­с­тан­цах и всех прочих, пред­став­ля­ю­щих в этом смысле про­бле­му для ко­рен­но­го на­се­ле­ния ос­таль­ной Рос­сии.

Все без исключения представители этих на­ро­дов делятся на три группы: безусловно ло­яль­ные России, безусловно ей враждебные, и, на­ко­нец, «мирные», или же лояльные ей ус­лов­но — то есть только до тех пор, пока им это вы­год­но. Как можно догадаться, большинство про­блем при­чи­ня­ют внутренние иммигранты не первой группы. Как свидетельствуют сами рус­ские, те «по­ли­ти­чес­кие» чеченцы, которые были вы­нуж­де­ны по­ки­нуть Чечню после Хасавюрта, вели себя в Рос­сии лучше, чем многие из рус­ских. Со вто­рой груп­пой в пла­не меж­на­ци­о­наль­ной об­ста­нов­ки тоже осо­бен­ных про­блем по­чти не было — с ними раз­го­вор все­гда был ко­рот­кий и на языке ору­жия. Про­бле­му пред­став­ля­ют те из них, кто по­пол­нил ряды третьей груп­пы, «ле­га­ли­зо­вав­шись» и по­лу­чив воз­мож­ность уг­не­тать рус­ский на­род, не­ред­ко даже на «за­кон­ных» ос­но­ва­ни­ях. По сви­де­тель­ству жи­те­лей Кон­до­по­ги, не­ма­лую часть че­чен­с­кой об­щи­ны со­став­ля­ли быв­шие бо­е­ви­ки и их род­ствен­ни­ки, имев­шие не­ма­лые деньги от «кры­ше­ва­ния» азер­бай­д­жан­цев, соб­ствен­но­го биз­не­са и так далее. К ним спо­кой­но при­ез­жа­ли подлечиться раненые «во­и­ны Ал­ла­ха», от­ту­да отправлялись деньги се­па­ра­ти­с­там…

В общем, как писал еще лихой барон Унгерн фон Штернберг: «… плох военачальник, пы­та­ю­щий­ся купить оружие и снаряжение тогда, когда перед ним находится вооруженный противник, могущий снабдить боевыми средствами». Только вот в этом случае «противник» был безоружен. Он финансировал, кормил и вооружал соб­ствен­но­го смертельного врага по недостатку са­мо­ор­га­ни­за­ции, национального самосознания и по тому самому недомыслию, которое хуже всякого пре­ступ­ле­ния. Поэтому русский народ должен преж­де всего навести чистоту в собственных рядах, произведя «жесткую зачистку» предателей, взя­точ­ни­ков, «антифашистов» и тому подобного отребья.

Но кроме пробуждения самосознания и са­мо­ор­га­ни­за­ции у русских людей (а этот вопрос сей­час уже стоит, что называется, ребром), еще один вопрос ребром надо жестко поставить и перед всеми кавказцами — теми, кто живет в родных горах, и теми, кто поехал искать счастья в ос­таль­ные регионы России.

Этот вопрос таков: «Вы заодно с русскими или же против них?» Третьего не дано.

Если против — объявляйте формальный вы­зов, так сказать, «час и место». Затем берите всех своих домашних, так и вам, и нам будет быстрее и сподручнее, и, все, кто против, до одного при­ез­жай­те к нам: с мечом, с кинжалом, с бейсбольной битой, с автоматом, с пулеметом, с тактическими ракетами, вообще с чем угодно. Мы таких «вояк» за более чем тысячелетнюю историю России пе­ре­би­ли более чем порядочно, некоторых осо­бен­но жестоких и фанатичных — даже вместе с се­мь­я­ми, так как женщины и дети сами не хотели попадать в руки к «неверным», бросаясь на сол­дат с кинжалами или прыгая в пропасть. Или, по вашему выбору, мы можем приехать к вам домой. Драться в горах будет малость подольше и по­тя­же­лее, но зато так будет надежнее: мы с верными нам горцами, которых было, есть и будет пре­до­с­та­точ­но, хотя бы из тех же самых трех горских непризнанных государств, не пропустим ни од­но­го ущелья, ни одного перелеска, ни одной бо­е­вой или жилой башни, ни одной пещеры. И брать в плен на этот раз мы уже никого не будем, имен­но по причине агрессивного фанатизма этой ча­с­ти мусульман и упорного нежелания жить в мире с Россией, принося ей пользу.

Русские не кровожадны и никогда не хотели бы реализации программы бесноватого генерала Дудаева — «газават до последнего чеченца», но тем, кто будет на этом настаивать, придется ус­ту­пить — будет им и «газават», будет и «последний чеченец». Разве что какой-нибудь мальчик будет подобран из-под тела фанатичной матери ми­ло­сер­д­ным солдатом или горцем и вырастет ве­ли­ким творцом, честно работающим своими руками на благо России, каким был талантливый русский академик живописи Захаров (1816-1846 гг)., спа­сен­ный после «зачистки» и подписывавший свои работы «Чеченец из Дади-Юрта». А пе­ре­име­но­вы­вать субъект Федерации, некогда на­зы­вав­ший­ся «Чеченская республика», придется уже в «Нох­чийн-Мартан» или что-то в этом роде. В боевых башнях будут качать воду, или хранить силос, или показывать туристам из Европы уникальные ра­ри­те­ты конца XX века, найденные при раскопках на местах былых сражений — самодельные гра­на­ты-«хаттабки», минометы из карданных валов и пистолет-пулеметы «Борз». Одним словом, волк мирно уляжется рядом с ягненком, но не просто уляжется сам по себе, а его уложат наповал, раз и навсегда.

Если же вы хотите жить вместе с русскими и желаете им только блага (а никаких иных ва­ри­ан­тов после Кондопоги мы постараемся просто не допустить), то, будьте так уж добры, либо живите в своих благословенных горах по «законам гор», сохраняя при этом неизменную законопослушность по отношению ко всем остальным, либо, если вы решили попытать счастья за пределами Кавказа, оставьте эти «законы гор» в родных горах. В чужой монастырь со своим уставом не ходят. Насильно мил не будешь. Банальные истины, но вам надо освежать их в памяти постоянно и всегда по ним жить. То есть, хорошо бы не только говорить по-русски без акцента, но и свод законов подучить, Конституцию, Уголовный Кодекс и так далее. И не просто подучить, а неуклонно им следовать. Сколь бы ни был велик соблазн вместо того, чтобы по всем правилам обратиться в милицию, дать им щедрую взятку или просто по «адату» лишить обидчика жизни и пары ушей. А то и прямо по Корану — всем новым соседям, которые «не уверовали», отвесить «удар мечом по шее».

Ведь большинство мусульманских толковников, к вашему сведению, прямо запрещает буквально следовать Корану и Сунне в тех случаях, когда это противоречит светским законам государства и особенно тогда, когда это создает опасность для всей мусульманской общины (уммы). Так вот, дорогие мусульмане-горцы, это именно так и есть. А если какой-то мюрид в горах или в Москве с этим не согласен — собирайтесь в отряд вместе с теми, кто согласен, и переубеждайте его. Всеми способами, от «фикха» и «иджма» до прадедовской шамилевской шашки и дедовской трехлинейки. Мы вам в этом только поможем.

Вот такими (и лишь такими!) способами и можно сохранить у нас в России прочный межнациональный мир, а никак не подавлением русского народа и его национального самосознания. Если кто думает иначе или надеется принести присягу России и все равно жить по-старому — добро пожаловать в ряды ее явных противников. Но перед этим представьте себе, что как только под ваши знамена соберется хотя бы несколько сотен горцев, рассеянных по стране — события в «Медвежьем углу» распространятся на всю Россию. И поджогами на этот раз дело уже не ограничится — брать плен­ных, повторим, уже никто не будет.

А после этого у «медведей», отстоявших свою землю, неизбежно возникнет резонный вопрос: почему бы не разделаться раз и навсегда с этими проблемами, проведя основательную са­ноб­ра­бот­ку всего Кавказа? То есть те из вас, кто вредят русским или думают так делать, предают, прежде всего, свой собственный народ и своих близких, неизбежно обрекая их в ближайшей исторической перспективе на «ермоловскую» зачистку в стиле Дади-Юрта. Сил и осознания необходимости таких мер у русского народа уже вполне хватает.

Отдельно хотелось бы обратиться к Рамзану Кадырову, который представляет собой наиболее реальную и организованную силу в Чечне и на всем Северном Кавказе. Многоуважаемый Рамзан Ах­ма­до­вич! Вслед за Гоблином мы все сердечно бла­го­да­рим Вас за Вашу быструю реакцию на беспорядки в Кондопоге, за Ваше искреннее желание их пре­кра­тить, оставаясь при этом строго в рамках закона. Это как раз то, на чем будет построена новая Рос­сия. Обращаемся к Вам по-мужски, как к офицеру и просто как к чеченцу. Ваша помощь нам нужна, как никогда. Пожалуйста, приезжайте туда со своими верными боевыми товарищами и наведите там порядок — только не по шариату, а по дей­ству­ю­ще­му законодательству России. Ваши преступные сородичи настолько обнаглели, что никто, кроме Вас, наверное, не сможет быстро и жестко при­ве­с­ти их в чувство. Всякие «либеральные» жур­на­ли­с­ты, вроде Юлии Латыниной, пишут про Вас всякие гадости, вроде того, что Ваши люди, якобы, от­ре­за­ют убитым врагам головы и насаживают их на об­рез­ки труб, но мы, разумеется, этому не верим — Вы Герой России и честный российский офицер, как и Ваши подчиненные.

Тем не менее, в данном случае отрезанные го­ло­вы на трубах или просто тела преступников при­дут­ся в самый раз. По свидетельству десятков оче­вид­цев, в драке участвовало не 3-6, а 20-30 бан­ди­тов, недостойных даже называться чеченцами. Ведь по старому и благородному чеченскому обычаю, «чеченец никогда не обнажает ножа первым», а эти мерзавцы, наоборот, вероломно зарезали рус­ско­го парня, который предлагал им рукопашный поединок без оружия. Они нарушили чеченский «адат», показали себя не отважными волками, а трусливыми шакалами, способными нападать лишь большой стаей, и поэтому их надо наказать.

Сколько бандитов участвовало в драке — столько нам с великодушной помощью Вас и Ваших бойцов хотелось бы получить бандитских голов на трубах или просто их мертвых тел, сто­про­цен­т­но опознанных всеми свидетелями. Меж­на­ци­о­наль­ный мир в России воцарится только тогда, ког­да это будет неукоснительно выполнено и станет правилом во всех будущих трагических случаях та­ко­го рода.

Все остальные варианты, вроде выдачи суду нескольких невиновных «шестерок» по до­го­во­рен­но­с­ти с Вашими сородичами, что и делается сей­час за Вашей спиной, поверьте, не поспособствуют росту взаимного доверия и укрепления мира меж­ду русскими и чеченцами. Но мы твердо верим, что Ваша честь как офицера и как чеченца никогда не позволит Вам даже думать о чем-то подобном. Ваш отец объявил джихад России, но нашел в себе благородство осознать свою ошибку и погиб от рук ее врагов, став посмертно ее Героем. Надеемся, что Вы, как верный сын своего отца, и впредь бу­де­те верно служить Чечне и России, избежав его ошибок. Вы сами знаете, что предложенный выше способ решения конфликта вполне соответствует обычаям чеченского народа и чаяниям всех русских.

РУССКИЙ МЕДВЕДЬ

«… Возможно, мы избрали неверный путь, но помыслы наши были чисты и суд — справедлив. И не прав будет тот, кто обвинит нас, не по­пы­тав­шись разобраться, какое это было время и в каких условиях мы боролись. Нас было несколько де­сят­ков или сотен землепашцев из долины да столько же горцев, мы дрались за честь нашего народа, за его свободу, и теперь стоим перед судом истории, на виду у всех, с чистой совестью».

Х. Даштенц. «Зов пахарей».

Всем тем, кто, прочитав эти просьбы, не отказался от желания продолжать конфронтацию с русским народом и ползучую экспансию в бизнесе и рыночной торговле, мы посоветуем обратить внимание на один очень важный факт. «Кондопога» дословно значит «Медвежье дно», а по смыслу — «Медвежий угол», то есть место обитания того или иного медведя, как говорится, в собственном смысле и по преимуществу. Так вот, медведь из Кондопоги — не какой-то там карикатурный контркультурный «МЕДВЕД», только и способный, что топать по природе и нагонять страх на распущенные парочки своим «ПРЕВЕДом», а самый настоящий Русский Медведь. Начавший собирать земли, между прочим, именно в Карелии, между Ладожским и Онежским озерами, где был заключен первый племенной союз славян, карелов и варягов. С этого союза, как предполагает история, и начался на Руси хоть какой-то «порядок». Теперь к делу.

Старый немецкий император Фридрих I Барбаросса, имея множество возможностей вторгнуться в ослабевшую от княжеских усобиц Русь, никогда этого не делал, предпочитая дружить с великим князем Всеволодом Большое Гнездо и выгадывать на третейском судействе между его родными. Советники Фридриха неоднократно советовали ему отхватить хотя бы закарпатский запад Руси, правильно указывая, что большинство русичей по ту сторону Карпат этого даже не заметят, находясь в глубокой «зимней спячке», по сравнению даже с поляками, у которых, мол, есть «пыл и храбрость». В ответ на это Фридрих, знатный охотник и величайший германский государственный ум, приводил единственный и неотразимый аргумент, позже излюбленный Бисмарком и даже приписанный последнему:

«Я знаю сотню способов разбудить спящего медведя и выгнать его из берлоги, но не знаю ни одного способа, как после этого загнать его обратно».

Русский Медведь, до этого тихо спавший в своем Медвежьем Углу, называвшемся на языке местных жителей Кондопога, проснулся. Проснулся именно потому, что кто-то, скажем, небольшая стая волков, его попыталась оттуда выгнать битами, ножами и арматурой. Пока он еще полусонный, не поздно резко сдать назад, принести извинения за беспокойство и прекратить ему вредить, чтобы он спал дальше. В любом другом случае расклад должен быть понятен всем: легко и быстро его не убьешь, и загнать его обратно тоже не получится.

О том, какие именно чувства испытывает поднятый зимой медведь к тем, кто его растолкал, легко ранил и хочет сначала выгнать из берлоги, а потом убить, упоминать не стоит. Те самые, которые испытывает сейчас всякий настоящий патриот России и русского народа к агрессивным вооруженным мигрантам, независимо от того, «легальны» они или нет.

Первый «блин» в Кондопоге, разумеется, вышел комом. Иначе быть просто не могло. Но начало делу уже положено, и несколько сожженных киосков — некрасивая, но далеко не самая большая цена, если ею будет оплачено национальное пробуждение. Все остальное будет потом — и самоорганизация, и коллективная самооборона, и многотысячные митинги, и массовые кампании гражданского неповиновения, и возрождение Великой России. Все это будет, если мы все действительно захотим этого и будем работать в правильном направлении. Потому что жители России за столетия существования сильного государства успели позабыть о том, что свои честь и свободу всякая нация должна отстаивать собственной кровью, потому что иного пути просто нет и никогда не будет. А тот, кто после этого еще будет обвинять «погромщиков» Кондопоги — либо полный идиот, либо предатель, работающий на наших врагов.

Оцените эту статью
2683 просмотра
6 комментариев
Рейтинг: 1

Читайте также:

Автор: Наталья Холмогорова
1 Сентября 2006

ДЕЛО МОГИЛЕВА

Автор: Юрий Нерсесов
1 Сентября 2006
ПОСТМОЛДАВИЯ:...

ПОСТМОЛДАВИЯ:...

Автор: Матвей Сотников, Владимир Семиряга
1 Сентября 2006

САРАТОВСКИЕ БИТЫ ИЛИ...

Написать комментарий:

Общественно-политическое издание