26 февраля 2020 07:40 О газете Об Альфе
Общественно-политическое издание

Подписка на онлайн-ЖУРНАЛ

ОПРОС

БУДЬ ТАКАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ, В КАКОМ СПЕЦИАЛЬНОМ ПОДРАЗДЕЛЕНИИ ВЫ БЫ ХОТЕЛИ СЛУЖИТЬ?

АРХИВ НОМЕРОВ

История

Автор: Геннадий Зайцев
ПРАГА, АВГУСТ 1968-ГО

1 Октября 2008
ПРАГА, АВГУСТ 1968-ГО

В августе 2008 года исполнилось сорок лет драматическим событиям, приведшим летом 1968 года к вводу войск Варшавского договора в Чехословакию, — событиям, существенным образом повлиявшим на мировую политику того времени и приведших к Холодной войне между Западом и СССР.
Как мы уже писали, Герой Советского Союза генерал-майор Г. Н. Зайцев работает над пятым изданием своей книги «Альфа» — моя судьба», которое выйдет массовым тиражом и, в отличие от предыдущих выпусков, попадет в широкую продажу. По просьбе редакции Геннадий Николаевич предоставил рабочий вариант новой главы, посвященной событиям в Чехословакии, участником которым он являлся.

К «братьям» из Венгрии и ГДР было очень негативное отношение. Впрочем, и нас, советских, не особо жаловали. Так получилось, что в течение первых нескольких дней не было налажено питание. К этому времени на территории посольства нам выделили заброшенное здание, в котором находился склад рухляди и старой мебели. Мы всю эту грязь вывезли, вымыли, постелили газеты, на них, когда удавалось, ночевали. Выдали по 600 крон — оперативный аванс.

Когда предоставлялась возможность зайти в продуктовый магазин (я там и не был, но товарищи заходили), продавцы откровенно говорили:

— Вы — оккупанты, хотите — берите, что нужно, силой, но продавать мы вам ничего не будем.

В такой ситуации, мы, конечно, мародерствовать не могли. Да и не хотели. Не так нас воспитывали. Впрочем, критическое положение с обеспечением питания сотрудников КГБ продолжалось совсем недолго.

31 августа, спустя десять дней, было принято решение всю нашу группу вернуть в Москву. Загрузились на те же самолеты, с теми же экипажами — и вылетели домой. Приземлились на подмосковный военный аэродром, прибыли в расположение подразделения, переоделись, сдали оружие и технику и разъехались по домам.

В августе 2003 года по центральному телевидению был показан фильм «Пражский излом», приуроченный к 35 летию со дня ввода войск. Он вызвал критику со стороны либеральных кругов, так как его авторы показали события как бы с двух событий: и тем самым «оправдали» вторжение.

Вот что, например, писал в столичной газете «Курьер» известный публицист Кара-Мурза: «В фильме не было ни одного из ныне живущих диссидентов, вышедших тогда на Красную площадь и поплатившихся за это лагерями и психушками. Никого из них не нашли. Зато нашли всех помощников Брежнева и секретарей ЦК, всех чешских коммунистов, которые практически и спровоцировали это вторжение. Но сквозь эту ложь с документальной хроникой прорывалась к нам правда в образе молодых людей, раздавленных советскими танками, в образах людей, которые в бессилии срывали с домов таблички с названиями улиц, чтобы хоть ненадолго сбить с пути советские танки».

И далее: «Таких кадров и рассказов было мало, и получилось, что то покаяние, которое принесли чешскому народу Горбачев и Ельцин, было полностью нивелировано. Нынешняя власть стремится как бы бесстрастно истолковать события, показывая как бы правду с обеих сторон. Хотя все точки над «i» давным-давно расставлены временем, существует только одна проверенная временем правда — это правда чешского народа».

Что ж, мне хорошо памятна Прага 68 го. И хотя последующие годы были насыщены драматическими событиями, среди которых — расстрел из танков прямой наводкой здания российского парламента в октябре 1993 года, но у меня та командировка в Чехословакию до сих пор вызывает горечь. Об этом сейчас не очень то модно говорить, но «правда чешского народа» складывалась из многих составляющих. Одна находилась в кружках чешской интеллигенции, жаждавшей радикальных социальных и политических перемен, другая — шла с повязками народных дружинников через заводские и фабричные проходные. Причем, сразу оговорюсь, разделение происходило не по классовому, а по идейному принципу.

Одна часть этой правды, затаившись, дожидалась часа своего исторического реванша еще со времени кончины буржуазной Чехии, в то время как другая часть готова была отстаивать завоевания народной власти. Возврат к довоенным временам, советская модель и «социализм с человеческим лицом» секретаря КПЧ Александра Дубчека — все это самым причудливым образом перемешалось в тот год. Нечто подобное наблюдалось и в Москве образца августа 1991 го. А если к этому добавить титанические усилия некоторых зарубежных спецслужб и агентов влияния Запада, намеревавшихся любой ценой оторвать Чехословакию от Восточного блока, то общая картина событий не выглядела столь однозначно, как нас пытаются в этом уверить.

Обратимся к другой стороне чешских событий. Каким образом удалось захватить отнюдь не маленькую европейскую страну в кратчайший срок и с минимальными потерями? Значительную роль в таком ходе событий сыграла нейтральная позиция чехословацкой армии. В 1938 году, после «Мюнхенского сговора», местные военные не сопротивлялись немцам, примерно также они повели себя и спустя тридцать лет. Впрочем, та громадная разница между фашистами, расчленившими страну и развязавшими террор против чешских патриотов, и представителями Варшавского договора, — эта разница даже не требует, как мне представляется, какого либо обоснования.

По решению министра обороны ЧССР Мартина Дзура некоторые советские товарищи были награждены медалью «За укрепление братства по оружию». Он же подписал удостоверение. Среди других был удостоен такой медали 3 й степени и автор этих строк.

Хочу подчеркнуть, что генерал Мартин Дзур в той очень непростой ситуации сыграл ключевую роль. В том, что не произошло кровопролития — его несомненная заслуга. Им была дана команда: сдать оружие под охрану в оружейные комнаты, а сами части и подразделения перевести на казарменное положение, без права выхода личного состава за территорию (затем режим был ослаблен). Но главой причиной малого числа жертв стало поведение советских солдат. Наши ребята 18 19 лет от роду, оказавшиеся посреди бушующих людей — а в них плевали, швыряли камни и бутылки, в том числе с горящей смесью, — проявили в Чехословакии поразительную выдержку.

Приведу одну только историю, о которой рассказала газета «Россiя». В стоявшего на карауле у памятника воинам-освободителям солдата Юрия Земкова кто то из толпы, собравшейся для осквернения памятника, ударил трехгранным штыком в грудь. Его товарищи тут же вскинули автоматы, но, выполняя строгий приказ командования, не стали поддаваться на провокацию. Подобные примеры знакомы, наверное, всем участникам тех событий. В любой ситуации максимально проявлять выдержку, не стрелять — и все. И чехи о такой установке были прекрасно осведомлены.

Сохранились знаменитые хроникальные кадры: бушующая толпа останавливает танки. Правда голос за кадром как то забывает сообщить о том, что подобное бесстрашие было основано на четкой убежденности — советские солдаты, в отличие от немцев, ни давить, ни стрелять не станут. Такой напор иссякал при появлении солдат Народной армии ГДР.

В ходе передислокации и размещения советских войск, с 20 августа по 12 ноября, в результате действий враждебно настроенных лиц погибло одиннадцать военнослужащих, в том числе один офицер. Было ранено и травмировано 87 советских военнослужащих, в том числе 19 офицеров. Кроме того, погибло в катастрофах, авариях, при неосторожном обращении с оружием и боевой техникой, в результате других происшествий, а также умерло от болезней — 87 человек. По данным чешских историков, при вводе войск погибло около ста человек, ранено и травмировано — около тысячи.

Да, командировку в Прагу я не люблю вспоминать… но убежден, что в тот период иного выхода из кризиса просто не существовало. Невозможно механически переносить знание и реалии нынешнего дня на события, которые проходили в принципиально иных геополитических и военно стратегических условиях. В противном случае Маркус Вольф — один из наиболее выдающихся разведчиков XX века — оказывается после крушений Берлинской стены на скамье подсудимых по обвинению в «предательстве интересов немецкой нации». Вот только какой именно?.. Ведь на момент его профессиональной деятельности в разделенной на блоки Европе существовало два германских государства — социалистическое и капиталистическое. Кстати, по такой же извращенной логике польский лидер Войцех Ярузельский, предотвративший в кризисном 1981 году ввод войск Варшавского договор в свою страну, оказался объектом бесконечного судебного преследования новых властей.

На мой взгляд, итоги «Пражской весны» весьма поучительны. Если бы не жесткие действия СССР и его союзников, то чешское руководство, мгновенно миновав стадию «социализма с человеческим лицом», оказалось бы в объятиях Запада. Варшавский блок лишился бы стратегически важного плацдарма в центре Европы, НАТО оказалось бы у границ СССР. Давайте будем до конца честны: операция в Чехословакии подарила мир двум поколениям советских детей. Или не так? Ведь «отпустив» Чехословакию, Советский Союз неизбежно столкнулся бы с эффектом карточного домика. Вспыхнули бы волнения в Польше и Венгрии. Затем наступил бы черед Прибалтики, а после нее и Закавказья.

Однако первой пошла в «загс», чтобы оформить бракоразводный процесс, сама республика чехов и словаков. Ввод наших войск сохранил ее существование на двадцать лет. На мой взгляд, единственным человеком, который был способен сохранить это единство на новом качественном уровне, являлся в начале 1990 х воскресший из политического небытия Александр Дубчек, ставший одним из активнейших участников «Бархатной революции». Однако надежды сторонников Чехословакии 1 сентября 1992 года похоронил на 88 м километре трассы Прага — Братислава водитель, врезавшийся в автомобиль председателя Федерального собрания. Два месяца врачи боролись за жизнь лидера «Пражской весны», но 7 ноября Александра Дубчека не стало. С его уходом развод двух народов стал делом техники.

Показательно, что в некоторых странах бывшего Варшавского договора исторические памятники, связанные с подвигами советских воинов во время Великой отечественной войны, безжалостно уничтожены. В этом отношении выгодно отличается Словакия. Я бывал в этой стране, ездил в Братиславу, где осматривал улицы — Московскую, Ленинградскую, Пушкина, Гоголя… В словацкой столице на самом высоком месте выстроен пантеон памяти советских воинов, погибших при освобождении города. На здании мэрии — мемориальная доска с таким текстом: «24 апреля 1944 года Братислава была освобождена советскими войсками». И площадь до сих пор называется именем Советской армии.

Другой позитивный пример — Австрия, где в центре Вены сохранен памятник советскому воину, солдату-освободителю, со знаменем в руках. Он примерно таких же размеров, что и в Болгарии монумент «Алеше». Австрийцы хранят, а не крушат свою историческую память. Каждый год 8 мая члены правительства вне зависимости от своей политической принадлежности участвуют в возложении венков к подножию памятника. Пример иного рода — Польша, разбитые надгробные плиты советского воинского кладбища…

Оцените эту статью
2135 просмотров
нет комментариев
Рейтинг: 4.5

Читайте также:

Автор: Игорь Пыхалов
1 Октября 2008

ЮБИЛЕЙ ВЕЛИКОГО...

Написать комментарий:

Общественно-политическое издание