25 сентября 2020 08:48 О газете Об Альфе
Общественно-политическое издание

Подписка на онлайн-ЖУРНАЛ

АРХИВ НОМЕРОВ

Автор: Андрей Борцов
РУСОФОБИЯ

1 Июля 2008
РУСОФОБИЯ

Люди недалекие обычно осуждают все, что выходит за пределы их понимания.
Ф. Ларошфуко

Как известно, русские в официально многонациональной РФ составляют минимум 80 %, ну а поскольку к русским относятся так же и белорусы, и малороссы (украинцы), то получается еще больше.

Кроме того, русские являются государствообразующей нацией. А. Н. Севастьянов сформулировал это так («Время быть русским! Третья сила. Русский национализм на авансцене истории», М., 2004):

«Государствообразующая нация — нация, соответствующая одновременно всем нижеуказанным критериям:

1) исторически создавшая то или иное государство,

2) составляющая абсолютное большинство его населения,

3) являющаяся его этнополитической основой и скрепой,

4) язык которой является государственным языком данного государства.

Мононациональная страна — страна, абсолютное большинство населения которой (не менее 67 %) принадлежит к одной национальности. Федеративное устройство страны не противоречит ее мононациональному статусу».

Как сами видите, все совпадает. Пожалуй, стоит пояснить третий пункт — уж очень любят либералы заявлять о многонациональности как о равнозначимости народов. Севастьянов раскрывает этот вопрос:

«… все разумные народы России понимают: если русские сумеют защитить, сберечь, сохранить себя — это принесет благо всем. Россия — это государственно-политическая ипостась русского народа. Что хорошо для русских — то хорошо и для России. А вот если не станет русских — не станет и России. И тогда не удастся сохраниться не только малочисленным, но даже и более крупным народам, живущим в России на землях своих предков. Они ведь тоже не нужны неоколонизаторам».

Казалось бы — все просто. Для того, чтобы обеспечить лучшую жизнь для большинства, надо делать все для русских. Демократия — истинная демократия, а не охлократия! — в действии. Но в действительности, несмотря на декларируемость демократии, все иначе.

ЭТИ РУССКИЕ КСЕНОФОБЫ

Русские всегда легко сходились с другими народами, если те не выступали против них. Сравните отношение европейцев к завоеванным народам — хотя бы англичан в Индии. Или тех же американцев, приплывших из Старого Света, по отношению к индейцам. Или ранее — испанцы и обитатели нового Света.

При русских же народы, как те, которые напросились в Русскую Империю сами (грузины, армяне), так и завоеванные (народы Крайнего Севера) сохраняли свою культуру, увеличивали народонаселение, их элита могла войти в элиту общеимперскую и так далее.

Короче говоря, уж кого-кого, а русских обвинять в неприязненном отношении к инородцам крайне странно. Однако такое отношение формировалось в те времена, когда инородцы в подавляющем большинстве жили в местах оседлости, а на русских территориях вполне ассимилировались. Сейчас же ситуация совсем иная: инородцы захватывают жизненное пространство русских, приезжая из своих стран.

Естественно, в такой ситуации просыпается неприязненное отношение к чужакам, которые уже не приходят в гости, а вваливаются в дом и наводят свои порядки. Но кое кому очень хочется, чтобы русские не сопротивлялись (и вымирали), и поэтому их обвиняют в ксенофобии — обычно с использованием ярлыков «русский фашизм», «экстремизм» и так далее. Мол, чего это вам вокруг никто не нравится?

Что ж, давайте ознакомимся с тем, что такое ксенофобия, для чего заглянем в Толковый Словарь Демократического Новояза и Эвфемизмов.

КСЕНОФОБИЯ — (греч. ξενος — чужой). Во-первых, это навязчивый страх перед незнакомыми лицами. Второе значение слова: нетерпимость, неприятие, ненависть к кому либо или чему либо чужому, чужеродному. В этом втором значении слово «ксенофобия» является антонимом слова «толерантность». В связи с этим в последние времена, когда происходит массовое насаждение этой самой толерантности, само слово «ксенофобия» стало ярлыком, который навешивается на тех, кто умеет трезво мыслить, кто видит и понимает омерзительное положение, которое принесли в мир кукловоды, которые используют людей в качестве рабочего скота, но на словах провозглашая разного рода идеалы, светлые образы и борьбу за общечеловеческие ценности.

В биологии ксенофобия является одним из инструментов, который позволяет сохранить не только себя (инстинкт самосохранения), но и свой род. Именно поэтому многие животные, у которых есть зачатки социальной жизни, являют ксенофобское поведение не только в межвидовом плане (защита от хищников, например), но и на уровне своего собственного вида, когда нетерпимость проявляется к особям, не входящим в клан, семейство, стадо. Тем самым свои охраняются от вымирания в условиях, когда идет жесткая борьба за ресурсы. Т. е. ксенофобия — это природный механизм, заложенный во всех животных для охранения собственной жизни, жизнедеятельности собственного социума. Поэтому сегодня, когда провозглашается борьба с ксенофобией, надо понимать, что эти борцы идут против Природы. И совершенно не важно, что они при этом пытаются возразить, что человек обладает разумом, в отличие от животных, поэтому он может обуздать свои инстинкты. Это — совершеннейшая глупость, ибо зачем обуздывать (а по сути — разрушать) защитный механизм.

Более того, человек сам по себе, по своей природе является врожденным ксенофобом. Когда маленький человечек рождается, он не приемлет никого, кроме своей матери. Только потом, через некоторое время, в круг его маленького мира входят другие близкие родственники — отец, бабушки и дедушки, братья и сестры. Но к чужим людям маленький ребенок относится настороженно и даже откровенно негативно вплоть до вступления в стадию полового созревания.

Таким образом, ксенофобия — это здоровая реакция здорового народа на нездоровую этнополитическую обстановку.

В рамках движения за возвращение слову «ксенофобия» статуса правильного слова, в обиход было введено понятие «кириофобия», которое обозначает недоброжелательное отношение (а то и просто ненависть) гостей к хозяевам. Тем самым ксенофобия просто являет правильную реакцию на кириофобию.

С другой стороны, правильному смыслу слова «ксенофобия» противопоставляется слово «ксенофилия», под которой можно понимать болезненное состояние разума, характеризующееся отсутствием национального или расового инстинкта, склонностью к поношению собственной культуры, унижению своего народа и восхвалению всего чужого. Надеюсь, всем все понятно.

Так вот — к чему это я. Изряднопорядочные граждане, насаждая толерантность, обвиняя русских в ксенофобии в том числе и к захватчикам и паразитам, проявляют русофобию.

Следует отметить и важный смысловой оттенок терминов. «Ксенофобия» подразумевает именно фобию, боязнь. Русофобия — это боязнь русских.

И вот это явление мы сейчас подробно разберем. Начнем с определения (из того же словаря).

РУСОФОБИЯ — ЧТО ЭТО?

РУСОФОБИЯ — идеология определенного общественного слоя, составляющего меньшинство и противопоставляющего себя остальному Русскому народу. Русофобия является целенаправленной политикой и идеологией, направленной против титульного народа России — русских. Русофобия использует самые различные приемы, которые позволяют пока что безнаказанно унижать и шельмовать русских, их великую историю и культуру. Среди этих приемов можно назвать историческую ложь, клевету, уверенность в своем праве творить судьбу русского народа без его на это согласия, игнорирование русской исторической традиции и национальной точки зрения, приписывания целой нации различных преступных и асоциальных наклонностей (воровство, пьянство, лень, рабская психология) и т. д. Русофобия опасна для Русского народа, т. к. лишает его веры в свои силы, своего неповторимого национального облика. Русофобия, равно как и геноцид Русских, должны категорически осуждаться, а их носители преследоваться в судебном порядке как распространители антирусской и антигосударственной идеологии, подрывающей основы государства и жизнедеятельности Русской нации.

Русофобия очень часто свойственна представителям интеллигенции, правозащитникам и прочим адептам общечеловеческих ценностей. Более того, эти люди считают за добродетель иметь русофобские взгляды и наклонности. Если среди них попадается человек русский, то он начинает всячески изживать из себя свою русскость, по капле находить чужеродную кровь, отказываться от национальности, от своего народа, превращаясь в гражданина мира. Нерусские русофобы обычно и не собираются отказываться от своих корней, но напирают на то, чтобы отказывались все русские люди. В этом деле доходит до абсурда. Например, попытка сравнения русофобии и антисемитизма (явления одного порядка — виды ксенофобии) вызывает у таких людей приступ ярости и неподдельной ненависти: тот, кто пытается сделать такое сравнение, тут же получает клеймо «антисемита». Основной тезис русофобии: Русский должен забыть свою русскость, платить и каяться.

РУСОФОБИЯ В РОССИИ

В конце марта (2008) вышел из печати аналитический доклад Русского Информационного Центра «Русофобия в России. 2006 2007 гг.».

С его полным текстом вы можете ознакомится на сайте А. Н. Савельева:http://www.savelev.ru / article / show / ?d=¬479&t=1

Приведу краткое содержание общей части доклада, конкретные проявления русофобии — по ссылке.

Русофобия — неприязнь, ненависть, враждебность или иные негативные чувства по отношению к России, русским или их языку, истории и культуре.

Основными следствиями русофобии являются:

• отрицание права русских на равноправие, статуса русской культуры и русского языка как главных государствообразующих факторов в Российской Федерации, отрицание исторической миссии русского народа как создателя России,

• обвинение русских, борющихся за свои права, честь и достоинство, в шовинизме, возбуждении межнациональной и межрелигиозной розни, распространении идеологии нацизма, а также определение русского национализма как фашистской, расистской, антисемитской идеологии и практики, характеристика русского общественного движения как «русского фашизма»;

• репрессии против русских общественных и политических организаций, против организаций, выступающих в защиту русских национальных интересов, прав русского большинства в России, прав русских соотечественников за рубежом, политических прав русских;

• политика, ущемляющая социальные права русских, приводящая к сверхсмертности, снижению рождаемости, демографическому кризису русского народа;

• политика замещающей миграции, меняющий этнодемографический баланс в Российской Федерации, в отдельных ее регионах, вытеснение русских из традиционных мест проживания путем создания экономического и политического неравенства, ущемляющего русских, либо насильственными методами;

• антирусский этнобандитизм и терроризм, а также их оправдание или провоцирование.

Русофобия оборачивается правовым нигилизмом, который провоцируется политической позицией высших должностных лиц правоохранительной системы и государственной администрации. Так, в комментариях к Федеральному закону «О противодействии экстремистской деятельности» справочной правовой системы «Консультант» в октябре 2006 года появился следующий комментарий:

«Все экстремистские организации объединяют следующие черты: 1) акцент темы «русского народа» (обратите внимание: из этого следует, что если организация не имеет акцента на русском народе, то она не экстремистская, что бы она не заявляла по поводу других народов — А. Б.). При этом под русским человеком в одних организациях понимают этнических русских, а в других — и украинцев, белорусов. Определение русского человека является важным классификационным признаком для экстремистов; 2) враждебное отношение к западным и восточным странам; 3) антисемитизм; 4) отсутствие либеральных взглядов. Экстремисты являются активными противниками либерализма. Большинство из них является сторонниками диктатуры, политических репрессий, ограничения свободы слова и демократии в целом. 5) в большинстве экстремистских организациях огромную роль имеет религия. В большинстве случаев экстремисты являются православными, реже язычниками. Однако, так как главным для них являются все же национализм, религия (в частности, история славянского православия) истолковывается по своему».

В данной интерпретации правоприменителю прямо рекомендуются репрессивные меры против русских людей, а также против православных и язычников, а также всех, кто не придерживается либеральных взглядов или враждебен «к западным и восточным странам».

Принятая государствами-членами ШОС Шанхайская Конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом (Шанхай, 15 июня 2001 г.) определяет экстремизм совершенно иначе:

«Kакое либо деяние, направленное на насильственный захват власти или насильственное удержание власти, а также на насильственное изменение конституционного строя государства, а равно насильственное посягательство на общественную безопасность, в том числе организация в вышеуказанных целях незаконных вооруженных формирований или участие в них».

Возникает вопрос: а зачем некто настолько озабочен сдерживанием естественного русского национализма? Почему этот некто так боится русских?

Какие категории людей придерживаются антирусских взглядов — как осознанно, так и бессознательно? И, главное, почему?

БОЯЗНЬ НЕПОНЯТНОГО

Люди всегда боятся того, чего не в состоянии понять. Стремление «западного» образа мышления «разложить все на составные части и по полочкам» и «восточного» мирозерцания вместо миропонимания, стремления слиться в единое с миром без осознания такового, имеют одну природу: боязнь мира как такового. Запад пытается свести мир к частным проявлениям, таким небольшим, уютным и понятным; Восток уходит в медитацию, чтобы думать поменьше, действовать по наитию.

Вопросы «сколько ангелов помещается на конце иглы» и «как звучит хлопок одной ладонью» здесь сходятся в нечто единое — высокофилософскую оторванность от жизни.

Запад мыслит, склоняясь к дихотомиям — если не белое, то обязательно черное; восток склонен отрицать дихотомии вообще. Оба типа мышления не приспособлены к тому, чтобы воспринимать одновременно мир как целое и частности фактов, причем в глубокой взаимосвязи между собой.

Федор Тютчев некогда высказал взгляд на русских со стороны Европы:

Умом Россию не понять,

Аршином общим не измерить:

У ней особенная стать —

В Россию можно только верить.

Это не значит, что в России нет ума и требуется вера, хотя такие трактовки этих строк и попадаются. Тут главное другое: «аршином общим не измерить».

Русские — я не устану это повторять — в плане менталитета не европейцы и не азиаты. Мы — русские, мы уникальны. Русский человек может найти общий язык и с европейцем, и с азиатом (естественно, если те стремятся к этому), но не является ни тем, ни другим. А вот те русского понять не в состоянии. Иностранцу — да, можно только верить и не стараться понять умом.

Но мы сами изнутри умом понять вполне можем. Вот и займемся сейчас феноменом русофобии как явлением бессознательного страха перед русскими.

Какие же категории людей следует разобрать?

Не думаю, что имеет смысл затрагивать азиатов — в их среде русофобия как таковая проявляется лишь на территории РФ среди анклавов местечкового национализма. Явление неприятное, но его причины не столь философичны, а сводятся к обычным комплексам малых народностей, почуявших, что можно получить преференций на халяву. Дело тут даже не в народностях, а в психологии так называемых «меньшинств» — будь то меньшинство национальное или сексуальное.

Рекомендую на эту тему статью А. Кочетова «Что такое национализм? Национализм «больших» и «малых» наций».

«… Национализм творит историю. Но необходимо различать два его вида: национализм прогрессивный, державный, и национализм реакционный, местечковый, родоплеменной.

Державный национализм — национализм большой, пассионарной, государствообразующей нации, так или иначе, ведет общество вперед, пусть даже ценой незначительного ущемления интересов периферийных этносов (а прежде всего, их самолюбия) — в конечном итоге они все равно выигрывают. Он не дает проявиться деструктивным, центробежным силам в лице местечковых «национальных элит», способных разрушить любое государство и пустить насмарку результаты труда нескольких поколений, как это произошло с СССР. При всех стонах национальных меньшинств об их «притеснениях» со стороны державной власти, на самом деле они приобретают многократно больше, нежели теряют. Развивается их культура, наука и образование (которых раньше либо вообще не было, либо были в зачаточном состоянии), появляется промышленность, серьезно улучшается уровень жизни. Многие национальности избегают опасности уничтожения либо порабощения со стороны агрессивных соседей (так, армяне, грузины и многие другие народы, не прими их Россия когда то под свое крыло, сейчас уже не существовали бы — они были бы давно истреблены турками). Более того, крупные периферийные этносы получают автономии (это, скорее всего, большая ошибка. Результаты этой ошибки мы сейчас чувствуем на собственной шкуре).

Местечковый же, родоплеменной национализм — явление совершенно противоположное. Он нацелен прежде всего на грабеж, на разрушение. Ему совершенно чужд созидательный порыв, движение вперед, он руководствуется узконациональными интересами (псевдоинтересами), его главное стремление — отобрать что то у державообразующей нации, и поделить между «своими», а на деле получается — внутри «нацэлиты» (хотя и другим тоже кое что перепадает). Главная декларируемая цель — создать «хоть маленькое, зато свое» государствишко, и «чтобы мы там были главными». И это — не средство для последующего созидательного рывка, а именно самоцель. Причем родоплеменных националистов совершенно не интересует, как и на что это государство будет существовать в дальнейшем, после проедания награбленного. Главное — это выгнать со «своей» территории государствообразующую нацию (подвергнув ее по максимуму всевозможным унижениям и грабежу, а еще лучше — геноциду), а все созданное ею — промышленность, инфраструктуру, все материальные богатства — присвоить. В качестве же основного источника доходов своего «государства» многие родоплеменные националисты вполне серьезно рассматривают, как в средние века, грабеж богатых соседей, как бы «в компенсацию» за многовековое «угнетение» ими. Либо (чаще) — «материальную помощь» со стороны врагов бывшей своей метрополии в качестве оплаты за различные, большие и малые, пакости ей (как правило, сепаратисты, в случае реализации своих планов, сразу же занимают резко агрессивную внешнеполитическую позицию по отношению к бывшему «старшему брату».

Р. Л. Перин в «Психологии национализма» четко различает «национализм белой расы» и «национализм неарийских народов».

«Если национализм белой расы в основном носит оборонительный характер, то агрессия цветных лишена всяких нравственных критериев... Отсюда ограниченность агрессии национализма арийских народов, которая чаще характеризуется как оборонительная агрессия. Можно утверждать, что инстинкт национализма арийских народов находится в «предсознательном» (предпороговом) состоянии. Т. е. подлежит частичному контролю со стороны сознания. У неарийских же народов инстинкт национализма сидит в глубоком бессознательном и поэтому более агрессивен и абсолютно бесконтролен».

В связи с вышесказанным имеет смысл разбирать только действительно крупные группы людей, имеющих русофобские взгляды.

Чтобы закрыть вопрос с азиатами, вспомним про Китай — весьма крупная группа, да. Но в китайцах нет русофобии как таковой: они издревле относятся ко всем не-китайцам как к варварам, не выделяя русских в особую группу. Китайцы умеют ждать — и надеются постепенно захватить весь мир.

Так кто же проявляет русофобию в своей массе?

Понятно, что эти группы должны непосредственно взаимодействовать с русскими — негры не будут русофобами, так как живут далеко. Конечно, отдельные негры могут очень даже ненавидеть русских, но для этого они должны с ними пересечься в массе, т. е. — приехать в Россию.

У групп русофобов должна быть еще одна общая черта: стремление переделать русских «под себя», что сделает их понятными, просчитываемыми и уберет страх.

Еще одно важное замечание. Иногда приходится слышать, что нации может противостоять лишь другая нация (или государству — другое государство). Это — ошибка.

«… Нации и ее интересам может противостоять любое сообщество, устроенное на любых принципах, и объединенное только «отрицательным интересом» по отношению к данной нации» (с) К. Крылов.

Подобные сообщества — более широкое понятие, так как могут существовать и на вполне рациональных интересах, скажем, «пограбить». Мы же разбираем именно фобию. Тем не менее, тезис работает и здесь: русофобскими могут быть любые сообщества, «на подкорке» боящиеся русских.

Конечно, классификации могут быть разными, и было бы глупо заявлять об некоей «самой верной». Я лично выделяю всего две категории, существенные для темы.

Первая: европейцы. Для европейцев Россия была, есть и всегда будет оставаться серьезным, по крайней мере, потенциальным, если не противником, то конкурентом и соперником. Но дело не только в этом сознательном понимании, а в отношении к «этим русским» на подсознательном уровне. «Вроде бы на вид — тоже европейцы, но неправильные, так быть не должно, такого не может быть» — и так далее.

Смотрели фильмы ужасов? Когда некто, только что вполне обычный, вдруг превращается в зверя или инопланетянина? Вот такой ужас. «Не может быть!!!»

Вопрос с русофобией европейцев мы разберем подробно чуть позже — он важен и обширен (и логично его оставить на отдельную публикацию). Сейчас же займемся другой русофобской группой, разговор тут будет более короткий..

РУСОФОБИЯ ПАРАЗИТОВ

Это — вторая группа русофобов «на подкорке»…

Почему же у этой группы имеется русофобия?

Из-за неспособности понять.

Ведь что требуется обычному паразиту?

Паразит паразитирует вполне сознательно. Он не скрывает от себя своей паразитарной сущности. И даже ей гордится — мол, какое то быдло там пашет, а я вот сумел устроиться в жизни так, чтобы ничего не делать.

Кроме того, паразиту хочется богатства. При этом — не «для чего то», а как самоценность. Всем нужны деньги, чтобы меньше зависеть от жизненных обстоятельств, и в самих деньгах нет ничего «плохого» или «хорошего», они — лишь инструмент. Но именно для паразитов деньги представляют собой самоценность, смысл жизни, так сказать.

При этом — важно! — ценностью является не просто «иметь много денег», а «иметь больше, чем другие». Важны не свои возможности для творчества и созидания, а лишь превосходство над другими. Очень хорошо это расписал К. Крылов в «Аллегории» о Храме Тьмы. Привожу отрывок по сути вопроса:

«— Добрый день. Я принес вам душу, — сказал клиент, завидев Темные Силы, — и хотел бы получить кое что в обмен.

— Да, у него есть душа, — сказала Левая Часть Силы, всмотревшись в суть клиента.

— В таком случае, говори, чего ты хочешь, — сказала Правая Часть Силы.

— В общем то, обычных вещей, — пожал плечами клиент. — Я хочу быть богатым, сильным, великим и знаменитым. В этом я не оригинален.

— Хорошо, — пожала отсутствием плеч Левая Часть Силы. — Значит, ты хочешь, чтобы мы дали тебе деньги, высокие должности, известность и…

— Нет, — твердо сказал клиент. — Я этого не сказал. Я сказал, что хочу быть богатым, сильным, великим и знаменитым.

— Разве это не одно и то же? — деланно удивилась Левая Часть Силы, посмотрев на клиента с некоторым интересом.

— Разумеется, не одно и то же, — сказал клиент. — Допустим, вы дадите мне мешок золота. Но у меня его отберут, как только я выйду за пределы земли Уц, ибо я не смогу защитить свои сокровища. Вы, конечно, можете дать мне стражу или вложить деньги в какой нибудь банк страны Нод на мое имя. Но все равно я их довольно быстро утрачу, так как я не умею управляться с большими деньгами, и у меня их выманят или я сам вложу их в неверное дело. То же самое произойдет и с властью: я никогда не занимал высоких должностей и не имею к тому способностей. Поэтому во власти я не удержусь. Что касается известности, то об этом и говорить то смешно: как только люди обратят на меня внимание, всем будет видно, сколь я ничтожен. Я же хочу именно того, чего хочу — быть богатым, сильным, великим и знаменитым, и не менее того.

— Что ж, ты трезво смотришь на вещи, — признала Левая Сторона Силы. — В таком случае мы могли бы изменить тебя, даровав тебе соответствующие способности. Ты сможешь заработать себе состояние, занять высокие должности, и в тебе даже пробудится величие…

— Нет, — сказал клиент, — меня это тоже не устраивает. Потому что люди, достойные богатства, власти и славы, как правило, не очень ценят эти блага, а стремятся к чему то другому. Например, к тому, чтобы создать нечто масштабное, или осчастливить своим правлением народы, или познать природу вещей. На само же богатство, славу и прочие подобные вещи они смотрят в лучшем случае как на орудия и инструменты своей настоящей работы, и мало ценят их сами по себе. Я же хочу именно того, чего хочу — быть богатым, сильным, великим и знаменитым, и не более того.

— Что ж, твоя позиция, по крайней мере, последовательна, — сказала Правая Часть Силы. — В таком случае не согласишься ли ты на такой вариант: ты останешься тем, кем был, но тебе будет казаться, что ты велик, силен, знаменит и все прочее? Глоток воды будет иметь для тебя вкус изысканного вина, черствый хлеб заблагоухает изысканным яством, дерюга будет ласкать твои плечи, как виссон, а приветствие друга раздастся в твоих ушах ревом толпы. Ты получишь все, что хотел — во всяком случае, для себя. Если хочешь, мы даже сделаем так, чтобы ты забыл об этом разговоре, и принимал все за правду. Многие на это соглашаются.

— Я думал и об этом, — сказал клиент, — но отверг такую идею. Нет, меня не устраивает жизнь в иллюзиях, за которые я заплачу своей настоящей душой. Я хочу быть богатым, сильным, великим и знаменитым на самом деле.

— Есть и такой вариант, — сказала Правая Часть Силы. — Мы можем сделать так, что люди будут видеть в тебе достоинства и величие, которыми ты не обладаешь. Каждое твое слово будет считаться исполненным мудрости, каждый жест — величия. В таком случае ты достигнешь богатства и власти очень быстро, и все это будет настоящим.

— Я читал Гофмана, — сказал клиент, — и помню, что крошка Цахес плохо кончил. Но дело даже не в этом. Мне неприятна мысль, что мною будут восхищаться за те свойства, которыми я не обладаю. Это будут почести, воздаваемые не мне, и богатство, дарованное другому. Нет, я, такой, какой я есть, хочу быть богатым, сильным, великим и знаменитым, — не более и не менее того, и без всяких иллюзий, по настоящему.

— Но тогда, — развела отсутствием рук Правая Часть Силы, — у нас просто не остается вариантов.

— Почему же? — ухмыльнулся клиент. — Вариант есть. Я хочу остаться тем, чем являюсь. Я лишь хочу, чтобы все остальные люди лишились того, чем они обладают. Пусть червь подточит их дома, пусть зараза поразит их стада, а золото истлеет. Далее, я хочу, чтобы они утратили всякие способности управлять чем либо. Пусть они ненавидят друг друга и не будут способны договориться даже по самым простым вопросам, а я останусь единственным, к кому они могут обратиться за советом и помощью. Далее, пусть они забудут о своих способностях и талантах, а я сохраню свои. На таком фоне я буду выглядеть великим. Изуродуйте также их лица, чтобы я был прекраснее их. Наконец, пусть они предадутся самым мерзким и бессмысленным порокам — например, дрянному вину и опиуму. Ибо я хочу превзойти всех не только в богатстве, власти и прочем подобном. Нет, я хочу самого сладкого — быть лучше их, причем в их же собственных глазах. Пусть они видят бездну своего падения и мою чистоту. Именно это мне доставит величайшее удовольствие — за которое и души не жалко.

Обе части Силы замолчали.

Наконец, заговорила Левая Часть Силы:

— Твоя просьба необычна, но, пожалуй, мы готовы ее исполнить. Все равно никто не приходит в Костяной Храм, а ты все таки принес душу. Сделка заключена.

— Ничего, — ухмыльнулся клиент, — скоро людишки к вам потянутся. И они будут предлагать свои души по цене горсти бобов или куска конины.

— Нет, — сказала Правая Часть Силы. — Мы уходим из этого мира, ибо нам тут больше нечего делать. Ибо в таком мире у людей больше не будет душ».

Очень образное и очень верное описание сущности паразита. Третье их свойство — стремление к деградации окружающего. Почему — понятно из приведенной аллегории.

Это верно, какую бы область мы не взяли.

Политика? Они паразитируют на любом общественном устройстве, будь то тоталитаризм или либеральная демократия. Конечно, второе их устраивает куда больше, так как паразитировать можно разнообразно: становясь политиканами, продвигая «права меньшинств», а при тоталитаризме приходится хоть что то делать, но «устроиться» они могут везде.

Искусство? Наука? — уже говорилось.

При этом процесс лавинообразен: чем больше влияние паразитов, тем больше деградирует соответствующая область, и тем больше их может «устроиться», а их паразитизм становится легитимным. Сравните любое «интеллектуальное» шоу нынешнего ТВ со «Что? Где? Когда» — причем тех времен, когда оно еще не было «интеллектуальным казино». Почувствуйте разницу.

Русофобия паразитов происходит именно из за понимания того, что русским не просто чужды их устремления, а они для русских неприемлемы, образно говоря, на органическом уровне.

Отношение русских к богатству нетипично. Этого паразитам не понять в еще большей степени.

Конечно, русские — не принципиальные бессеребренники, но с русской точки зрения богатство должно быть заработанным (заслуженным), что уже не умещается в паразитарный менталитет, для которого лучший способ заработать — это на ссудном проценте и «торговле воздухом». Более того, русские не признают богатство как главный критерий уважения в обществе. Когда в менталитете прописано «можно купить все», очень неуютно, когда выясняется, что, на самом деле, не все.

Я не утверждаю, разумеется, что все русские — такие принципиальные, но доля тех, кто не продается, выше, чем в других народах, особенно в современном мире.

А, самое главное, для русских первично понятие СПРАВЕДЛИВОСТИ.

Это такая штука, которую русскому объяснить сложно — понятие базовое, понятное с детства и «на подкорке», вербализуется с большим трудом, а уж четкое определение дать и вовсе невозможно, как и другим базовым понятиям. Но если понятие «время» или «пространство» базовое для всех, то «справедливость» — именно для русских.

Другие народы могут руководствоваться чем угодно, но не справедливостью.

Возможен вариант «кто сильнее, тот и прав» — совсем примитивная модель. Если раньше имелась в виду физическая сила, то в современном мире она заменена деньгами. Это паразитам понятно.

Возможен вариант «прав тот, кто соблюдает обычаи». Тоже модель примитивного общества, в современности развившаяся до трактовок оригиналов — будь то религиозные тексты или же юридические. Какой простор для паразитирования!

Возможен вариант «кто сумел доказать в суде свою правоту, тот и прав» — модель современного либерального общества. Тоже понятно, тем более, что можно паразитировать на такой системе очень легко, от адвокатуры и до замены законов на другие, более устраивающие.

Многие народы под справедливостью понимают беспристрастность. Dura lex — sed lex («Закон суров, но это закон»). Но для русского такой подход кажется диким: как можно подходить формально к живым людям?

Во врожденном понятии справедливости заключается Сила русского народа.

Именно поэтому русских постоянно нагружают чувством вины. Пока есть чувство «все по грехам нашим», может быть чувство горя, скорби, но не будет чувства попранной справедливости.

И понятно, почему паразиты так боятся русских — паразиту понятно, что, когда его возьмутся изгнать из организма, то меры будут жесткими и тотальными.

И если европейцы изменили свой менталитет от исконно-арийского давно (окончательно — с возникновением протестантизма), то русские сопротивляются до сих пор. В следующем номере — русофобия европейцев.

Оцените эту статью
2713 просмотров
нет комментариев
Рейтинг: 3

Читайте также:

Автор: Сергей Иванов
1 Июля 2008
ПАРАДОКС ДИОМИДА

ПАРАДОКС ДИОМИДА

Написать комментарий:

Общественно-политическое издание