04 августа 2020 19:58 О газете Об Альфе
Общественно-политическое издание

Подписка на онлайн-ЖУРНАЛ

ОПРОС

Поддерживаете ли Вы идею о переносе даты празднования Дня России на 1 июля?

АРХИВ НОМЕРОВ

Автор: Андрей Борцов
СОЦИАЛИЗМ БЕЗ ЯРЛЫКОВ – 3

1 Августа 2007

(продолжение)

МИФ ТРЕТИЙ: УЖАСЫ ПЛАНИРОВАНИЯ ПРОИЗВОДСТВА

Как много приходилось слышать про это! Мол, планирование неэффективно по определению, и только Невидимая Рука Рынка способна все расставить по своим местам.

Для начала замечу, что приснопамятный Свободный Рынок™ может существовать либо в сферическом вакууме, либо в мозгах отпетых либералов (что отличается не принципиально).

Благословенные принципы Свободной Конкуренции работают исключительно в условиях колхозного (в смысле «небольшого местного») рынка. Там да, — ежели кто то начнет продавать картошку дороже, чем другие, то покупать у него не будут. А продавать дешевле — не выгодно, оборот принципиально не увеличишь, товара не так много.

Но эта модель не учитывает даже таких жизненных реалий, как монополизация рынков перекупщиками: попробуйте ка сейчас самостоятельно встать торговать на рынке.

А если говорить о крупных производствах с обширной инфраструктурой, то без планирования не обойтись в принципе. Влияние государства на стратегическое планирование необходимо — как вы без этого предложите решать проблемы государственного уровня?

Если кто не в курсе — опыт советского Госплана давно успешно применяется во многих западных государствах. Сразу же после Великой Отечественной во Франции был создан Комиссариат плана, практически перенявший опыт советского Госплана, включая создание крупных госмонополий. Схожие системы госуправления применялись в 50 70 е годы и другими государствами Европы с целью мобилизовать все национальные ресурсы для восстановления экономики, подорванной войной.

Или, совсем уж классический пример, — Великая Депрессия 1929 1933 гг. в США. Президент Рузвельт почему то не надеялся на рынок, и основным методом борьбы с кризисом стало государственное вмешательство во все сферы общественно-экономической жизни. Рузвельт видел выход из экономического кризиса только посредством государственного вмешательства, регулирования правительством экономических отношений между предпринимателями и восстановления покупательной способности рядовых американцев — что и сработало.

Начала работать социальная защита, контроль за производством и сбытом продукции, как следствие — началось возрождение производства. Характерно, что новая администрация и Конгресс прежде всего были вынуждены разобраться с банковско-финансовыми проблемами. Первым шагом к стабилизации стало уменьшение количества банков: в начале марта 1933 года Рузвельт объявил чрезвычайное положение.

Кроме того, в то же время были созданы трудовые армии — The Civilian Conservation Corps. Воплощение мечты Троцкого, так сказать. Что особо показательно — командовали ими офицеры, любезно предоставленные американской армией.

Общий вывод можно сформулировать следующим образом: «выход из кризиса возможен лишь при помощи плановой экономики». С этим обычно никто не спорит, возражения против планирования идут «для нормальной, не кризисной ситуации». Вот только рыночная ситуация почему то приводит к кризисам, из которых приходится вытаскивать экономику госрегулированием. Преувеличиваю? Вспомните хотя бы закон о недопустимости монополий. Какое кощунственное попирание свободы рынка!

Однако перекос в другую сторону тоже ни к чему хорошему не приводит, — это мы знаем по собственному опыту. Одно дело — планировать стратегические направления, другое дело — каждую мелочь. Атомные электростанции должно строить государство (равно как и определять, где их строить и как они должны вписываться в уже существующую энергетическую инфраструктуру), а вот какого цвета должны выпускаться носки и сколько точно их должно быть в каждом квартале — не суть важно, этим может заняться и частник, которому на месте виднее.

Приходилось встречать тезисы вида «государственные предприятия жутко неэффективны, а при хозяевах (Эффективных Собственниках™) — лучше и не бывает». Здесь определяющим является то, что под эффективностью понимается коммерческая доходность, и ничто иное. Так что вывод не удивителен. Скажем, сейчас высшие учебные заведения эффективны, так как имеют много платных мест. А раньше все было бесплатно, и они были убыточны. Вот только качество образования почему то не просто ухудшилось, а упало стремительным домкратом….

Обобщенно говоря, капиталистам требуется доход, причем с высоким процентом и получаемый достаточно быстро. Конечно, они могут финансировать что либо «на перспективу», но это — уже так, для профилактики. Мимоходом замечу, что КПД таких исследований куда меньше, чем у государства: конкуренция, и поэтому обмен промежуточными результатами сильно затруднен.

Разновидностью мифа можно назвать тезис о том, что при плановом производстве качество всенепременно будет так сяк, а вот вся та же Невидимая Рука Рынка автоматом это качество поднимет — мол, некачественное не будут покупать, а будут покупать качественное — у конкурентов.

Действительность же ровно обратная: рынок сам по себе не обуславливает качество. Напротив, он обуславливает снижение качества при увеличении объема.

Поскольку целью является получение прибыли, то надо продавать, продавать и продавать.

ИЛЛЮСТРАЦИЯ: КАЧЕСТВО И ВЫБОР ТОВАРА ПРИ РЫНКЕ

Процитирую описание американского жилья из интернета:

«Сейчас строят не из щитов, но на русский взгляд «из щепочек»: делается скелет из брусков дерева, на него навешивают снаружи — листы штукатурки, отделанной, чтобы было похоже на камень, между — изоляция, внутри — сухая штукатурка, которая будет стенами. Это практически единственная, массовая технология. Поэтому в американских фильмах автомобили прошибают стены и въезжают в гостиную, достигая пика комического эффекта.

Разумеется, это не похоже на постройки, которые стоят по 300 лет. В Америке вообще типичен подход, когда старое сносят, на его месте делают новое. Оттого «история» в городах плохо накапливается.

Причина такого строительства — дешевизна. Вообще главный закон рынка можно определить как «самый плохой продукт за максимально возможную цену».

На такие дома рынок держит максимальные цены, семьи выплачивают их потом десятки лет. Миллионный от стотысячного отличается планировкой и отделкой, технология та же: щепки с листами штукатурки. Оптимисты и энтузиасты всего американского скажут, что в их климате капитальнее строить и не требуется. Может быть. Но капитальнее (из камня, например) никто цену и не потянет. А многомиллионные поместья по какому то случайному совпадению не делают из щепок».

Еще одна зарисовка (К. Симоненко, «НеПутевые заметки о США»):

«Что своими глазами видел, то и рассказываю. Хотя и в фильмах правду показывают. Помните фильм «Универсальный солдат» с Ван Даммом? Я все удивлялся, как это он умудрился три стенки подряд плечом поломить. Здесь, в США, я понял: сам чуть не ввалился к соседу в кухню, когда в душевном порыве пнул стену. Вмятину я потом аккуратно прикрыл тумбочкой.

Звукоизоляция. Ее просто нет. Внешние стены еще более-менее защищают от шума, внутренние — обыкновенный картон. Когда сосед за стенкой смывает воду в своем унитазе, у меня начинает вибрировать стол, на котором стоит компьютер. У нас даже в контракте на аренду обговорено, что мы не имеем права пользоваться стиральными машинами после 10 вечера. И это справедливо: вместе с центрифугой трясется весь дом. Перекрытия, такое впечатление, сделаны тоже из фанеры: когда этажом выше ходит мой сосед, у меня шатается люстра. Ну, мои проблемы — это еще полбеды. Вот у моего коллеги проблемы посерьезней: у него соседи молодожены. Так по его словам, он каждую ночь вместе с ними, правда, через стенку, принимает участие в их сексуальных оргиях как свидетель. У бедняги бессонница началась.

Ой, только не надо мне сейчас говорить, что, мол, нефиг селиться в негритянских районах за сто долларов. Неправда! Я живу в достаточно престижном районе, где в основном селятся дипломаты и другие высокооплачиваемые товарищи. И рента моя ощутимо больше тысячи долларов в месяц».

Нагляднейшей иллюстрацией «рынка против планирования» является всем известное событие с рухнувшим аквапарком. Покрытие рухнуло, не простояв и полутора лет — при требуемой долговечности для общественных зданий 1 ой группы капитальности в 175 лет. И, что показательно, никто даже не сел — ни архитектор, ни строители…

Ладно, давайте на совсем бытовом примере. Мнение: «Покупал с рук ливайсы — носил их лет 5. С нынешними «фирменными» этот номер не пройдет». Категорически согласен, так как тоже когда то носил именно «Lewi’s 616» (давно сняты с производства).

«Ради прикола попробуйте купить сейчас, при капитализме, где все есть, обычные синие мужские джинсы. Классику, что ни на есть. И женские такие же. Без заниженной талии, рюшечек и прочей херни. В Москве. Где тоже все есть. В самом центре капитализма РФ».

Думаю, примеров хватит — их вокруг столько, что не видеть их можно, только надев розовые очки со 100 % непрозрачностью. Обобщим.

Недостатком планового ведения хозяйства является сложность эффективного распределения. Что, кстати говоря, при современной компьютеризации вполне решаемо. Все остальное — мало существенно, так как относится не к планированию непосредственно, а к отдельным частным проявлениям. Скажем, «отклик от покупателей», почему то приписываемый исключительно рынку, можно (и нужно) получать и при плановом ведении хозяйства. То, что в СССР этого практически не делалось, вплоть до классического «сегодня в колбасе потребности нет» — вопрос не столько экономический, сколько политический и выходит за рамки статьи. Впрочем, отмечу, что на Западе учитываются вовсе не потребности, а возможность получить прибыль с производства или продаж. Госплан же, при всех своих недостатках, учитывал именно потребности.

Проблемой рыночной экономики является сам принцип получения максимальной прибыли. Обратите внимание: принципиально неустранимый недостаток. Именно что «самый плохой продукт за максимально возможную цену».

Главные следствия:

Во-первых, так называемая «Planned Obsolescence» — принцип планируемого старения. Упрощенно: изделия делаются так, чтобы их более-менее хватало на гарантийный срок, и не более того. Далее ремонт становится слишком дорогим, и потребитель приобретает новую вещь.

Во-вторых, не менее важная составляющая для подстегивания покупателя — введение моды. Вещь еще вполне пригодна, но «не модна» — и ее выкидывают. Те же классические джинсы были изобретены еще в 1873 году, и мало изменились с того времени. А вот современные навороты с рюшечками, стразиками и талией на уровне ануса — очень скоро выйдут из моды, уступив место другому извращению.

Таким образом, рынок искусственно занижает срок жизни товара, чтобы обеспечить возобновляющийся цикл продаж. Не будь капитализма в его нынешнем виде, цивилизация могла бы тратить в десятки раз меньше ресурсов, оставаясь примерно на том же техническом уровне.

Рынок, нацеленный на достижение максимума прибыли, ничего не «оптимизирует» — это либеральный миф.

С. Г. Каpа-Муpза: «Вспоминаешь о «застойных» временах, и не верится, что это было. Откуда все бралось? Одних танков и ракет столько наделали, что весь Запад и помыслить не мог нам угрожать, а не то чтобы какие то иорданские «серые волки» разгуливали по Кавказу и стреляли в русских людей. Зарплату платили час в час. Если день получки приходился на воскресенье — давали в пятницу, а то народ был недоволен. На севере города строили с бассейнами и зимними садами, а детей оттуда летом поголовно вывозили в Крым. И это было всем выгодно! Вот ведь в чем загадка. И государству было выгодно добывать там никель, и люди на Север ехали за «длинным рублем». Если бы кто то сказал тогда, что шахтеры будут в забое падать в обморок от голода, а академики пускать себе пулю в лоб из за того, что голодают их подчиненные, лучшие в мире ученые-атомщики, никто бы не поверил. Просто бы не поверил и даже посчитал бы такого пророка сумасшедшим».

ИЛЛЮСТРАЦИЯ: ТЕПЛОФИКАЦИЯ

LiveJournal-юзер gastritka некогда очень хорошо расписал эту ситуацию (цитирую без кавычек из за объема текста).

Случайно для себя выяснил, что в капиталистических странах центральное отопление присутствует только в богатых районах. В остальных, оказывается, оно автономное, а в Англии, например, вообще как автомат — бросай денежку, буду греть. В США такая же ситуация, хотя идея централизованного теплоснабжения возникла у них в конце 19 века. Однако к комбинированной выработке тепла и электричества, т. е. теплофикации, они пришли гораздо позже, только в 1937 году.

Более того, оказывается, и ТЭЦ там совсем не распространены, если ТЭЦ и есть, то это, как правило, ТЭЦ промышленного типа, а не отопительного. Т. е. они работают в рамках одного потребителя собственника и ни с кем своим избыточным теплом не делятся. Капиталист лучше впустую будет гнать джоули в воздух, чем поделится с кем то.

В России комбинированный цикл выработки тепла и электричества использовался с начала 20 го века.

В России вообще без тепла никак. Климат такой. Зима длинная, лето короткое. Антисоветчикам тепло с электричеством, равно как и жилье в СССР, казалось естественной и неотъемлемой частью, нечто само собой разумеющееся и существующее для них в независимости от прочих условий, в т. ч. и экономических. Пока есть воздух, ты не замечаешь, что он существует. В СССР центральное отопление и теплофикация были четко выделенным приоритетом в развитии энергетики, как отрасли народного хозяйства.

Что важно — для ТЭЦ выгода и прибыль совсем не является целью. ТЭЦы обеспечивают очень важные задачи эффективной организации теплового снабжения, осуществляют значительную экономию топлива. Работая на пиковых нагрузках (ТЭЦ вторые по динамике набора мощности после ГЭС), позволяют эффективно вырабатывать электрическую энергию и создавать целостность, полноту и эффективность Единой Энергетической Системы. ТЭЦ также сокращают ущерб экологии и уменьшают загрязнение окружающей среды. Помимо чисто технических задач, теплофикация также несет большое значения для общества в целом: берет на себя социальную нагрузку.

Во всем, куда не посмотри, без ТЭЦ никак. Палочка-выручалочка. Для развития теплофикации очень важны экономические условия, которые могли быть созданы только в СССР. Сейчас же «эффективный собственник» озабочен сиюминутной выгодой в условиях внедряемой схемы «свободного рынка» электрической энергии и довольно мутной тарифной политики. Без теплофикации в России никак! Ее развитие должно стать важной, государственной задачей. Боюсь, что в тех условиях, в которые загоняют отечественную энергетику, мы скорее увидим детеплофикацию, уменьшение объемов комбинированной выработки тепла и электричества, повышение количества аварийных остановок оборудования и агрегатов. С 1991 года общая установленная мощность всех ТЭЦ только уменьшается за счет выбытия изношенных мощностей, значительно сократилась также выработка электрической энергии в комбинированном цикле, сокращается объем отпускаемой тепловой энергии.

Самое интересное, теплоснабжение — это, по сути, съем избыточного тепла, образующегося при производстве электроэнергии. Можно охлаждать конденсат в градирне и греть атмосферу (это неизбежно!), а можно охлаждать в батареях центрального отопления.

Но, чтобы создать такую инфраструктуру, надо однократно вложить много-много денег и окупаться все это будет лет 15 20… Протестантская, с позволения сказать, этика такого не приемлет.

Кстати говоря, именно благодаря тому, что «рынок» воспринимается уже даже не как альтернатива, но как аксиома, и появляются концепции вида «почему Россия не Америка и в ней все неизбежно будет плохо». Таки да — отопление дорого, но ведь уже есть метод решения проблемы! Проверенный! Но — не рыночный, и поэтому как бы не существующий.

МИФ ЧЕТВЕРТЫЙ: В СССР НЕВОЗМОЖНО БЫЛО ПРЕУСПЕВАТЬ, А ЛИШЬ РАБОТАТЬ ЗА НИЩЕНСКУЮ ЗАРПЛАТУ!

Пишет Алексей Байков:

«Дескать, чувак, хочешь жить лучше — заведи свое дело, преуспей и все будет в шоколаде.

Октябрьскую Революцию ругают за то, что она убила в людях чувство хозяина, что этих самых «крепких хозяев» (кулаков) выкорчевывали сознательно и целенаправленно.

А вот рыночная, капиталистическая экономика — она всенепременно вернет людям возможность чувствовать себя хозяевами, благосостояние повысится и «тут мы заживем»…

Однако никто не задавал ни себе, ни другим, простого и внятного вопроса: «Если каждый откроет себе по кафешке / лавочке / прачечной, — то кто тогда работать будет?».

Не лишним было бы напомнить, в таком случае, о скромной науке истории. Например о том, что развитие капитализма во всех европейских странах начиналась с принятия законов, приводивших к уничтожению мелких земельных хозяев, к их пауперизации и к раскрестьяниванию.

То есть как раз мелкий собственник, хозяин, наряду с аристократией оказывался одним из препятствий на пути развития капитализма. И так важно было это препятствие устранить, что для этого не побоялись превратить немалую долю населения в бомжей и уголовников, как это произошло в Англии при Тюдорах.

Следите за руками: да, это правда, что для существования капитализма должен выработаться менталитет хозяина. Но это не вся правда, а только ее половина. Одна, так сказать, сторона медали. Если медаль перевернуть — на другой стороне будет написано пояснение: «но не у всех».

У меньшей части общества, т. н. «элиты» или, проще говоря, «расы собственников» менталитет хозяина безусловно должен выработаться.

Совершенно иной будет участь большей части — «расы кнехтов». Им менталитет хозяина не нужен, даже напротив — вреден. «Кнехт» должен быть в первую очередь легким на подъем, постоянно движимым чувством голода «экономическим животным», способным, в идеале, всю жизнь, пока не околеет, мотаться между городами и весями в поисках лучшей доли. Кнехту не полагается в идеале иметь ничего своего. Безработица экономически выгодна — ибо она позволяет кнехту, получившему заветное место, всякий раз исполняться священного страха, взглянув на толпы у биржи труда.

Дизраэли, правда, был проще — он писал про «расу богатых» и «расу бедных”».

Обратите внимание: как все чудесным образом совпадает с пропагандой «любой может разбогатеть, если постарается», «надо менять место работы / жительства с легкостью необычайной» и так далее. Все для рыночной эффективности кнехта!

Но, в самом деле, а как быть с производством? Давайте не будем закапываться в микро- и макроэкономику, а проведем простейшие рассуждения на бытовом уровне.

Если некто работает в одной и той же области — он накапливает опыт. Возражения есть? Конечно, бывают совсем патологические случаи, но из таких и при смене работы ничего путного не выйдет. А так — даже обычный трудяга неизбежно приобретает навыки и начинает работать с большим КПД, что и ему самому полезно, и государству заодно.

А что предлагается? Смена профессии, возможно, и приведет к улучшению материального благосостояния индивида, но при этом его КПД будет неизбежно меньшим, чем, если бы он совершенствовался в одной и той же области деятельности. Это даже без учета вариантов «уникальный специалист пошел торговать, чтобы прокормить семью».

Здесь наглядно видно отличие социализма от капитализма: социализм следит за выгодой для всего общества в целом, а не только для собственников. Конечно, ошибок реализации было множество; но главное — сам принцип.

В СССР жутко неэффективным менеджером Сталиным был создан культ труда.

Если ты — рабочий человек, тебе — все блага: санатории, дома отдыха, дворцы бракосочетания и культуры, бесплатная медицина, образование и квартиры. Результаты такой «неэффективной» политики мы знаем, только некоторые очень хотят этого не помнить.

При этом, если работника пестовать — он действительно готов работать чуть ли не энтузиазме. Он отстаивает интересы своего предприятия, самостоятельно повышает качество и эффективность своего труда — прибыль растет.

Особенности национального менталитета: подразумевается патернализм и общинность. Я приводил цитату из «Писем из деревни» А. Н. Энгельгардта в «Русском Характере», повторю еще раз.

«Когда я, два года тому назад, приехал в деревню, то первую же весну разливом реки у меня промыло плотину и так испортило дорогу, что я, как петербуржец, думал, что по ней и ездить нельзя.…

Крестьяне запросили за работу сто рублей. Я предлагал тридцать, предлагал пятьдесят, отказались наотрез: менее 100 рублей не пойдем, говорят. Ну, думаю, прижимают. Знают, что негде взять землекопов, и потому жмут…

На другой день приходит ко мне один крестьянин, с которым первым я сошелся по приезде в деревню.…

Я жаловался, что крестьяне прижимают и требуют сто рублей за такую работу, которая стоит много тридцать рублей.

— Не так вы сделали, А. Н., — заговорил Степан. — Вы все по петербургски хотите на деньги делать; здесь так нельзя.

— Да как же иначе?

— Зачем вам нанимать? Просто позовите на толоку; из чести к вам все приедут, и плотину, и дорогу поправят. Разумеется, по стаканчику водки поднесете.

— Да ведь проще, кажется, за деньги работу сделать? Чище расчет.

— То то, оно проще по немецки, а по нашему выходит не проще. По соседски, нам не следует с вас денег брать, а «из чести», все приедут, — поверьте моему слову.

— Хорошо, положим, я толоку сделаю… нужно угощение хорошее, а ты сам знаешь, — у меня никакого заведения нет, столов даже нет.

— Ничего этого не нужно. Все знают, что у вас еще нет заведения, и потому приедут, позавтракавши дома; вы им поднесете по стаканчику водки, — самим вам нужно, как хозяину, на работу прийти. Тут дело не в водке — «из чести» приедут; водки для того только нужно, чтобы веселее было работать.

— Мне кажется, гораздо проще за деньги делать. Теперь такое время, что работ полевых нет, все равно на печи пролежат. Цену ведь я даю хорошую?

— Конечно, цена хороша, да мужик то «из чести» скорее сделает. Да позвольте, вот я сам: за деньги совсем не поеду на такую работу, а «из чести», конечно, приеду, да и много таких. «Из чести» все богачи приедут; что нам значит по человеку, да по лошади со двора прислать? Время теперь свободное, — все равно гуляем.

— Постой, но ведь хозяйственные же работы полевые все на деньги делаются?

— Хозяйственные, то другое дело. Там иначе нельзя.

— Не понимаю, Степан.

— Да как же. У вас плотину промыло, дорогу попортило — это, значит, от бога. Как же тут не помочь по соседски? Да вдруг у кого — помилуй господи — овин сгорит, разве вы не поможете леском? У вас плотину прорвало — вы сейчас на деньги нанимаете, значит, по соседски жить не желаете, значит, все по немецки на деньги идти будет. Сегодня вам нужно плотину чинить — вы деньги платите; завтра нам что нибудь понадобится, мы вам деньги плати. Лучше же по соседски жить — мы вам поможем, и вы нас обижать не будете. Нам без вас тоже ведь нельзя: и дровец нужно, и лужок нужен, и скотину выгнать некуда. И нам, и вам лучше жить по соседски, по божески.…

Я послушался Степана и послал старосту звать две соседние деревни на толоку поправлять плотину и чинить дорогу. На другой день явилось двадцать пять человек, все саженные молодцы пришли, потому что и богачи прислали своих ребят, с двадцатью пятью лошадьми, и в один день все сделали. С тех пор мы стали жить по соседски, и вот уже скоро два года ни ссор, ни неприятностей никаких не было».

Так что советские социалистические соревнования и «Доски Почета» были очень даже эффективны — до тех пор, пока это не превратилось в фарс при «застое». Сейчас это кажется смешным — мол, кто то работал не за деньги. Но такое положение вполне нормально в случае, если не стоит проблема выживания. Использую штамп: существовала уверенность в завтрашнем дне. Что характерно — обоснованная.

Суть не в «сколько денег человек зарабатывает», а «как он может жить на эти деньги».

С деньгами, честно говоря, сейчас вообще смешная ситуация. Культ денежных знаков стал действительно культом: его положения принимаются без какого либо осмысления и критики. Тот же приснопамятный ВВП — это что за показатель? Какое отношение к благополучию населения, обороноспособности страны, развитию науки и техники и ко всему вообще имеет искусственная цифирь, показывающая в лучшем случае увеличение товарооборота? Мол, я дал имярек яблоко, он мне тоже дал яблоко — и в ВВП стало два яблока, какой прогресс!

Лекс Кравецкий писал по поводу денег ехидно, но метко:

«По мнению либерала бумажки с какими то значками, подобно джину, материализуют из ничего толпы квалифицированных и трудолюбивых специалистов, которые враз решают любую проблему. Надо канал прокопать — выкладываешь миллиард долларов и канал чудесным образом выкапывается. Не хуже, чем в пресловутой «Цивилизации», где деньгами совершенно спокойно можно «поторопить» строительство завода или электростанции. Причем не просто чуть чуть поторопить, а сразу раз в двести процесс ускорить.

Оттуда же и идеи, что если все будут заниматься своим бизнесом (ну, то есть, торговать, как у нас водится), то у всех будет много денег и все смогут без проблем покупать себе все, что пожелают.

В связи с последней идеей, я вообще готов подарить продвинутым либералам мега-концепцию построения рая в России.

Надо всему населению открыть залы с игральными автоматами. Автоматы тем хороши, что приносят доход сами по себе. Вообще ничего производить не надо, только вложился в закупку и собираешь денежки. После того, как все граждане России последуют сему ценному совету, деньги к ним потекут рекой. На эти деньги за границей будет закупаться все необходимое и просто приятное. А с выплаченных налогов будут строиться дома и дороги, руками специально приглашенных на налоговые деньги иностранцев. Вот тут то и заживем!».

ГЛАВНОЕ ПРЕИМУЩЕСТВО СОЦИАЛИЗМА: РАБОТА

Главное преимущество социализма: ты можешь делать ту работу, которую любишь, и иметь достойный уровень жизни.

Нет, не роскошный; но — вполне достойный, далеко за уровнем выживания. Вы при социализме про «черту бедности слышали»? Причем это — «достижение» не только эРэФии, и даже не стран третьего мира. В очень даже пафосной капиталистической Англии каждую зиму умирает пара десятков тысяч человек от холода. У них, знаете ли, отопление не централизованное, а индивидуальное. Хочешь — плати, хочешь — мерзни. Смерть от холода, кстати, считается одной из самых легких, и в конце человеку даже начинает казаться, что он наконец то согрелся…

Подавляющее большинство умерших — пенсионеры, у которых элементарно не хватило денег на отопление. Кстати — сравните климат. В СССР вы себе представляете подобную ситуацию? Впрочем, про теплофикацию уже написано выше…

И еще Лекс Кравецкий:

«Одно из следующих «осознаний» спровоцировала моя учеба в Физтехе. Вообще, с самого детства я был довольно умным, науки постигал с легкостью, да и с практическим применением своих способностей проблем не испытывал. Это очень хорошо сочеталось с либеральной идеей конкуренции. Я, такой умный, враз ведь обойду окружающее меня быдло и получу то, что мне причитается по праву. Притягательная мысль, не спорю.

Однако, попав в Физтех, я встретил там физтеховских преподавателей. В физтехе преподавали очень хорошие ученые, даже отличные. Их вклад в науку и преображение окружающего мира крайне тяжело оценить заочно. Понятно, что сделали они очень много, но непонятно, насколько много. И непонятно, насколько сложно было это сделать. Во время обучения это стало понятно. И на этом фоне возник вдруг моральный императив (обязательный нравственный закон, требование — прим. ред.): чтобы я не делал, каким бы мега-менеджером или мега-бизнесменом я не стал, эти люди не должны стать нищими. Даже бедными стать не должны, насколько бы успешно я с ними не конкурировал. Ведь не факт, что академик не окажется совершенно несостоятельным в области практической экономики. Не факт, что ловкий и пронырливый бизнесмен / мошенник не найдет способа вытянуть из этих людей все их сбережения. Да хотя бы просто потому, что академику недосуг заниматься всей этой экономической байдой.

В экономической конкуренции же, как показала практика, побеждает далеко не самый умный и даже не самый полезный для общества. В выигрышном положении здесь оказываются хитрые и изворотливые. Даже если они не нарушают закон в явном виде, то обязательно пользуются дырами в нем, незнанием окружающих, их бедственным положением или чем то подобным. Истории обогащения нынешних олигархов это наглядно показали: эти люди банально растащили народное ранее добро, пользуясь всем вышеперечисленным.

Одним из наиболее ярких примеров обмана рыночной риторики было постоянно излагаемая либеральным якобы экономистами концепция, согласно которой население страны может обогатиться, занимаясь исключительно внутренней торговлей иностранными товарами. Чтобы понять ложность этой концепции, достаточно обладать познаниями на уровне школьной программы. Термодинамика, да. Не все ее понимают, но я то понимал. Достаточно было набросать на бумажке схемы потока денег и ресурсов, чтобы понять и так очевидное: при такой системе богатеть может только часть общества, остальные неминуемо будут беднеть. Если шагнуть чуть дальше, то становится понятно, что при извлечении кем то прибыли, деньги будут течь исключительно от нижних слоев населения в верхние. Именно так: богатые богатеют, бедные — беднеют. Остановить этот процесс в условиях свободного рынка нельзя».

Но вернемся к теме нашей статьи. ЖЖ-юзер allan999:

«Главным достижением социалистической системы, на мой взгляд, было то, что любому человеку было гарантировано трудоустройство, при котором (на любом месте и на любой должности) ему была также гарантирована заработная плата, которую он мог заработать за 8 (восемь), и не более того, ежедневных рабочих часов, и на которую он мог жить.

Иными словами — работая на одной работе, без переработок, 8 часов в день, а то и меньше (за этим следили специальные органы), человек уже одной ею мог обеспечить себе средства к существованию. Остальное время оставалось ему по закону для сна и для отдыха, читай — для воспитания детей, возможно — иной полезной (в первую очередь — ему самому) деятельности, или для заработка «на стороне», с целью уже не просто «жить» (это ему обеспечивала уже основная работа), а — жить лучше. С другой стороны, государство гарантировало то, что безработным человек не останется, при желании, ни одного дня.

Сейчас не только одной-единственной работой куда сложнее заработать уже просто на жизнь, но и эта самая «одна-единственная» нередко не оставляет возможностей (в первую очередь времени) ни для второй, ни для «иной полезной деятельности», ни для воспитания детей. Само понятие «восьмичасовой рабочий день» кануло в выгребную яму нынешних реалий, — надеюсь, правда, что не безвозвратно».

Именно так. Были, конечно, интересные перегибы: например, в 18 лет я работал слесарем КИПиА на заводе, это был пусковой объект, нас попросили по часику перерабатывать. А когда зарплату подсчитали — честно, с двойной оплатой за переработку, — то весьма странная налоговая ставка обрубила ее практически до обычной. Но, знаете ли, это было ни разу не критично.

Окончание в следующем номере

Оцените эту статью
1416 просмотров
нет комментариев
Рейтинг: 0

Написать комментарий:

Общественно-политическое издание