22 сентября 2021 05:30 О газете Об Альфе
Общественно-политическое издание

Подписка на онлайн-ЖУРНАЛ

ОПРОС

КАКАЯ ИЗ СИЛОВЫХ СТРУКТУР ВЫЗЫВАЕТ У ВАС НАИБОЛЬШЕЕ ДОВЕРИЕ?

АРХИВ НОМЕРОВ

Человек эпохи

Автор: МАТВЕЙ СОТНИКОВ
ВОИН ПОСЕЙДОНА — 2

29 Апреля 2021
ВОИН ПОСЕЙДОНА —  2
Фото: «Боевая стажировка». Николай Калиткин с бойцами Народной Армии ДРА. Афганистан. 1987 год

ОКОНЧАНИЕ. НАЧАЛО.

КОМАНДИРОВКА В БАКУ

— В составе Группы «А» вы находились в командировке в Баку. В республике случилась трагедия — и не одна, а целая череда. Насилие, смерти… То, что называется этническими чистками.

— Тяжелые воспоминания. В голове не укладывалось: как такое может происходить в нашей стране? Ведь мы были воспитаны на идеях братства советских народов, а тут — такое! Разгул национализма никогда и нигде не приводил к чему-то хорошему.

Но я хочу рассказать о другом. Вспомнился забавный случай зимы 1990-го. Нам была поставлена задача: проверить одно из городских общежитий, где могли скрываться лидеры экстремистов. Оружие нельзя применять, запрет. Разрешили использовать только спецсредства, среди которых было устройство двойного назначения: с одной стороны фонарь, с другой — мощный электрошокер.

С легендарным сотрудником Группы «А» Виктором Ивановичем Блиновым (в центре). Фото 1980‑х годов

— Офонареть можно!

— И вот на одном из этажей в темный коридор из душевой выскочил полуодетый молодой парень, увидев бегущего на него нашего сотрудника, с диким криком принял боевую стойку и… в ту же секунду отлетел на несколько метров к стене.

— «Фонарик» сработал?

— Верно, он самый. На следующий день весь Баку облетел слух, что в городе появилось какое-то спецподразделение, состоящее из суперменов, способных одним ударом вырубить и отбросить на несколько метров одного из лучших каратистов города. В полной экипировке, с опущенным забралом шлема, мы и правда, напоминали космических воинов из фильма «Звездные войны».

— А что все-таки произошло?

— Как выяснилось позже, наш сотрудник на бегу резко выбросил вперед руку с электрошокером и коснулся шеи парня. Поскольку тот был мокрый, сила тока многократно увеличилась, и он отлетел метров на пять.

НАХИЧЕВАНЬ. ГРАНИЦА С ИРАНОМ

— Николай, а почему сотрудники Группы «А» оказались на границе с Ираном?

— Нахичевань, есть такая область на границе Азербайджана и Ирана. В отдаленном районе вспыхнул бунт населения, которое, кстати, жило очень бедно, чего нельзя было сказать о коррумпированной местной элите.

— В чем была причина бунта?

— Бунт носил ярко выраженный религиозный и националистический характер. Огромные массы людей двинулись к границе, круша все на своем пути. Они разрушили пограничную систему на протяжении десяти километров, блокировали заставы, сожгли несколько пограничных вышек, забросали здание погранотряда камнями и бутылками.

Через пограничную реку Аракс на подручных плавсредствах переправлялась на нашу территорию экстремистская и религиозная литература, оружие. Даже большое количество утонувших не останавливало этот нескончаемый людской поток.

Было принято решение нейтрализовать главаря. Его заманили на переговоры на одну из застав. Он приехал с двумя револьверами за поясом, с повязкой «шахида» на голове, всем своим видом показывая, что ему терять нечего.

— Его сопровождали?

— А как же! Такие «смельчаки» одни не ходят. Собралась толпа, около двух тысяч, — они что-то беспрерывно скандировали. Переговоры проходили в кабинете начальника заставы. По условному сигналу я и мой товарищ Леонид Сивущенков выскочили из сушилки, ворвались в кабинет, слегка обездвижили главаря и разоружили. Затем мы подхватили его и со спринтерской скоростью вынесли на задний двор заставы, куда уже приземлялся вертолет.

Едва колеса шасси коснулись земли, открылась дверь. Мы на бегу забросили главаря внутрь, и вертолет снова взмыл в воздух. Вся операция заняла не более двух минут. И толпа постепенно разошлась, все беспорядки прекратились. Получилось как в песне Высоцкого: «Настоящих буйных мало, вот и нету вожаков».

— Вы рассказывали как-то, что у этой истории было свое продолжение.

— Через несколько месяцев я лечу после очередной командировки из Баку в Москву. Уже на аэродроме мне говорят, что надо присмотреть за одним арестованным, которого этапируют в изолятор КГБ «Лефортово». Мы летели военным бортом, в самолете, выбрав дальний уголок, я посадил «клиента» рядом с собой и обложил какими-то коврами и тюками.

— Зачем?

— Чтоб не привлекать внимание других пассажиров. Но наручники с него по его просьбе снял, он весь полет что-то рисовал, писал стихи в своей тетрадке. Он был с большой окладистой бородой, отросшей за это время, так что я его, естественно, не узнал. А он вдруг говорит: «Это не ты меня в Нахичевани брал?» Я присмотрелся — точно! Вожак экстремистов к тому моменту спокойнее стал, так что проблем у меня с ним не возникло.

РЕЦЕНЗИЯ

«Произведению присуща авторская смелость, автор не боится играть масштабами сюжета и не бежит за признанием, при всех недостатках и достоинствах он пишет чертовски интересно.

Многим понравится стиль повествования, автор пишет всегда интересно, всегда масштабно и в тоже время детально, всегда атмосферно без напыщенности и боязни экспериментов. Так называемые «вечные» проблемы и образы, занимательно описанные автором, не потеряют своей актуальности с течением времени и будут захватывать всё новые и новые поколения читателей.

Изобилующая многочисленными и подробно описанными примерами, данная книга представляет собой тонкое искусство неотразимых образов. Знакомство с книгой «Воины Посейдона» писателя Николая Калиткина должно состояться обязательно в жизни каждого человека».

RusBook

БУНТ В СУБТРОПИКАХ

— Еще одна горячая точка, где вы побывали, — это Абхазия, Сухуми. Лето 1990 года. Изолятор временного содержания МВД, захваченный уголовниками.

— Ну, положим, горячей точкой республика еще не была. Но уже чувствовался разогрев «почвы». Что касается самой операции, то, по общему мнению, она была проведена блестяще — силами Группы «А» КГБ и отряда «Витязь» МВД СССР.

Это был далеко не рядовой случай. Изолятор. Огромное количество конфискованного огнестрельного оружия, оказавшегося в руках преступников — семи уголовников, приговоренных к смерти, а также тех, кого они освободили из камер и подбили на бунт. Маленькая крепость.

— Да, терять им было нечего: или смерть, или прорыв…

— Тяжелая, вроде бы безвыходная ситуация. Но, с другой стороны, бандиты выдвинули требования, а стало быть, с ними можно было вести какой-то разговор.

— Неужели была все-таки надежда, что здравый смысл возобладает?

— Надежда была только на нас самих. В разработке операции принимали участие старшие офицеры, те, кому предстояло вести свои группы на штурм изолятора и освобождение «Рафика» с заложниками. Мы были единой командой.

Беседа с полковником-пограничником Виктором Шатских — отцом офицера Группы «А», убитого в Вильнюсе в январе 1991 года

Успех операции зависел от грамотного подбора кадров. Наш командир, Герой Советского Союза Виктор Фёдорович Карпухин, отбирал людей, за плечами которых было по две, три, а то и по четыре специальных операции. В нас был дух победителей. Мы ни разу не проиграли. Мы были уверены, что сделаем свою работу, и сделаем ее качественно. Так и произошло!

— А что за эпизод, связанный с собакой?

— Виктор Фёдорович приказал мне застрелить из бесшумного пистолета сторожевую овчарку, охранявшую периметр изолятора. Ее три дня никто не кормил, не поил, она была в шоковом состоянии и могла с лаем наброситься на бойцов и лишить нас фактора внезапности. Сложность была в том, что мне пришлось бы стрелять с большой высоты по маленькой подвижной цели, а убить ее надо было с первого выстрела. Представляете мое состояние?

— Собаку было жалко?

— Конечно! Ведь я очень люблю собак. И вот мы осторожно начали спуск двух взрывников, — пока все идет гладко, собаки не видно. Зэки с помощью осколков зеркал, привязанных к палкам, пытаются контролировать периметр изолятора. В режиме тишины взрывники приступили к минированию двери первого этажа, и вдруг выбегает собака…

Я прицелился… и тут солдатик, находившийся ближе к собаке, протягивает в ее сторону руку и пристально смотрит ей в глаза. Собаку словно парализовало.

— Кашпировский, не иначе…

— Потом солдат жестом поманил овчарку к себе, она безропотно подошла, дала себя погладить и ушла за угол, не издав ни звука. Поверьте, это надо было видеть! А я был рад, что мне не пришлось убивать животное.

…После завершения операции весь город встречал нас как героев. Такое я видел только в хронике, когда встречали космонавтов. Был один забавный эпизод. Местные чекисты попросили нас сделать групповой снимок. Мы расположились на ступеньках местного Управления КГБ. Все смотрят в объектив, и только я один на этом фото смотрю куда-то вверх и что-то показываю.

— Что это было?

— В разгар фотосессии на балкон третьего этажа дома напротив высыпала вся семья и, радостно крича, стала предлагать мне, стоявшему с краю, огромный арбуз: «Эй, парень, лови, дорогой!».

ТВОРЧЕСТВО СПЕЦНАЗНАЧЕНИЯ

— Что вы делали после того, как ушли из Группы «А»?

— Работал. Сначала — в охранных структурах. Потом открыл фирму, занимающуюся установкой средств технической защиты: видеокамеры, сигнализация, системы контроля доступа.

Я работал честно, платил налоги — но случился дефолт, не стало заказов, и наша маленькая фирма рухнула. Потом — таможенный СОБР, где я был заместителем командира по боевой и специальной подготовке. Но эту структуру расформировали, и я опять вернулся в ЧОП. А дальше было телевидение… Фирма «Альфа-ТВ».

— Как у вас завязались отношения с телевидением?

— В то время я смотрел передачи, посвященные спецназу, боевым искусствам и так далее. В основном это были грубо сработанные поделки. Но иногда попадались очень интересные работы. Вот так я однажды просмотрел программу «Военная тайна» Игоря Прокопенко — там был сюжет о рукопашном бое, который вызвал у меня ряд вопросов. И я захотел пообщаться с корреспондентом. Просто позвонил на телевидение, объяснил, кто я такой.

	 В день празднования 25‑летия образования Группы «А» КГБ-ФСБ. Москва, Кремль. У входа в ГКД. 29 июля 1999 года

Встретились с Игорем Прокопенко, проговорили почти час. Он предложил мне сотрудничество. Я сделал несколько сюжетов, которые были очень хорошо приняты зрителями: их впоследствии даже пустили в повторы. Для телесюжета повтор — это признак большой творческой удачи.

Конечно, пришлось всему учиться: искать темы, снимать синхроны, писать тексты. Но у меня, видимо, это получалось. Потому что я знал, о чем нужно рассказывать, и как это надо показывать.

«ПРАВДА — ТЯЖЁЛАЯ ВЕЩЬ»

— Николай Анатольевич, «Спецназ России» поздравляет вас с рождением романа «Воины Посейдона». Как можно быстрее пусть будет следующий шаг — издание книги, выход тиража. А пока что вопрос: о чем она? В чем, выражаясь языком великого Станиславского, «сверхзадача роли»?

— Мне очень не нравится то, каким образом людей моей профессии изображают в дешевых триллерах. Я постарался показать в романе реальных сотрудников. Некоторые «списаны» с конкретных людей, с которыми мне посчастливилось служить и воевать. Главный герой — это собирательный персонаж, но он все равно несет дух, энергетику Группы «А».

Эти люди живут среди нас, они сталкиваются с теми же проблемами, что и другие россияне, и радуются простым житейским вещам. Но их главное, принципиальное отличие — способность выполнить задачи исключительной сложности, а если будет нужно, то отдать свою жизнь, спасая людей, попавших в грозную беду. Как это было, скажем, в том же Беслане.

Вот о чем роман «Воины Посейдона». Его главная идея. Рискну предположить, что такого художественного произведения еще не было в России.

С чисто профессиональной точки зрения все, что я видел и читал на эту тему, не выдерживает критики. Журналист, писатель и уж тем более режиссер фильма должен разбираться в предмете, о котором он говорит, хотя бы на таком уровне, чтобы не допускать явной лажи. Идеально, если он сам будет специалистом в той области, которую описывает.

Вообще, пора привыкнуть к мысли, что так называемые творческие профессии в принципе требуют двойной подготовки. Человек должен, во-первых, уметь писать, или снимать кино, или рисовать картины. Это требует особых навыков, которым, конечно, нужно учиться. Но при этом он должен еще и знать то, о чем он собирается рассказать! Думаю, если бы Лев Толстой не был офицером, он не написал бы «Войну и Мир».

— Но ведь недостаточно просто иметь жизненный опыт, чтобы его донести до других? Например, на Отечественной Войне были миллионы…

— Писать о войне пытались тысячи. А произведений о войне, в которых есть настоящая окопная правда — единицы, в лучшем случае десятки. Потому что для этого нужен талант. Талант и совесть: ведь для того, чтобы говорить правду, нужно иметь совесть. И бесстрашие. Потому что правда — тяжелая вещь.

— Зачастую из этого положения пытаются выйти при помощи иронии.

— Ну что тут сказать, это вообще удобная штука, ирония: если уж нельзя скрыть своего невежества или нечестности в каком-то деле, то можно посмеяться над самим делом. Профессионалам, конечно, будет не смешно, а противно, но кто их спрашивает?

Меня возмущает, когда криво изображают людей, служащих в спецподразделениях. Именно об этом — о людях и о том, что у них внутри — сочинители баек не знают ничего. Мне же захотелось рассказать о том, каковы спецназовцы на самом деле. Не только «альфовцы», а вообще люди этой профессии.

Я захотел рассказать, что именно побуждает идти служить в спецназ — за смешные, как сейчас выражаются, деньги — в то время как другие богатеют, возводят себе особняки и устраивают пикники на островах в теплых морях. Причем, хочу заметить, спецназ защищает всех граждан, в том числе и владельцев этих особняков. Осталась единственная ценность: человеческая жизнь, спасение конкретных людей.

В одном из наших фильмов есть такие кадры. Девяносто третий год, Белый дом. Толпа людей идет по лестнице, а сотрудники Группы «А» стоят в оцеплении. И вот один пожилой человек поворачивается к нашим и с поклоном говорит: «Спасибо вам, ребята». Наверное, вот это для нас и есть главное — благодарность обычных людей, которых мы защитили.

Горная подготовка для боевого пловца спецназа госбезопасности — нужно знать и уметь всё!

В ДЕНЬ ПОБЕДЫ

— Наша беседа проходит незадолго до Дня Победы. Чтобы вы хотели сказать в этой связи?

— У ветеранов Группы «А» есть такая традиция — 9 мая мы посещаем могилы наших павших ребят. Это один из немногих дней в году, когда мы надеваем боевые награды. Потом мы едем в ресторан, поднимаем поминальную чарку за погибших друзей и за тех, кто отдал свои жизни в той Великой войне, за тех солдат, кто подарил нам жизнь…

Мы поем песни военного лихолетья, отдавая дань героям прошлого, но часто слова этих песен подходят и к судьбам современных воинов — и тех, кто жив, и тех, что отдали свои жизни в локальных и региональных войнах.

Одной из любимых наших песен была и остается «На безымянной высоте». Жаль, что наши ряды редеют с каждым годом. Нет с нами Игоря Орехова, Алексея Сергеева, Славы Прокофьева, Саши Юрина, Василия Денисова и многих других замечательных ребят, которым бы еще жить и жить… Вечная им память и слава!

Публикацию подготовила Анна ШИРЯЕВА. 

 

Площадки газеты "Спецназ России" и журнала "Разведчик" в социальных сетях:

Вконтакте: https://vk.com/specnazalpha

Фейсбук: https://www.facebook.com/AlphaSpecnaz/

Твиттер: https://twitter.com/alphaspecnaz

Инстаграм: https://www.instagram.com/specnazrossii/

Одноклассники: https://ok.ru/group/55431337410586

Телеграм: https://t.me/specnazAlpha

Свыше 150 000 подписчиков. Присоединяйтесь к нам, друзья!

Оцените эту статью
8317 просмотров
1 комментарий
Рейтинг: 5

Читайте также:

Автор: МАТВЕЙ СОТНИКОВ
30 Апреля 2021
ВОИН ПОСЕЙДОНА

ВОИН ПОСЕЙДОНА

Написать комментарий:

Комментарии:

Очень непостоянный читатель: Автор "матвей сотников", но публикацию подготовила "анна ширяева". Дичь какая то.
Оставлен 4 Мая 2021 18:05:00
Общественно-политическое издание