14 ноября 2019 02:40 О газете Об Альфе
Общественно-политическое издание

Подписка на онлайн-ЖУРНАЛ

ОПРОС

БУДЬ ТАКАЯ ВОЗМОЖНОСТЬ, В ГОСУДАРСТВЕ С КАКИМ НАЗВАНИЕМ ВЫ БЫ ХОТЕЛИ ЖИТЬ?

АРХИВ НОМЕРОВ

Антитеррор

Автор: АЛЕКСАНДР ДАНИЛОВ
ДУШИ БЕСЛАНА

31 Августа 2019
ДУШИ БЕСЛАНА
Фото: Офицеры «Альфы» Виталий Демидкин и Юрий Торшин. Беслан. Сентябрь 2004 года

«ОНИ РЯДОМ, ПРОСТО НЕ МОГУТ ПРИЕХАТЬ, И ВСЁ»

Пока жива Россия, жива будет и память о трагедии Беслана. Апофеоз террора — одних. Символ мужества — других. Пятнадцать лет тем страшным событиям… Но как вчера!

Пятьдесят два часа между жизнью и смертью, без еды и воды. Больше тысячи заложников. Третьего сентября, после того, как в школе прогремели взрывы, спецназовцы бросились на помощь. Но жертвами теракта стали 334 человека.

Четырнадцать лет школа, построенная сразу после теракта, официально именуется: «ГБОУ СОШ г. Беслан». В 2016 году ее преобразовали в «Гимназию № 1 имени Героев спецназа», но приказ до сих пор не вступил в силу.

«Хранительница памяти» Надежда Ильинична Гуриева и её дочка Ирина

Каждый класс школы назван в честь одного из Героев России, все ученики носят бейджи с их именами — к примеру, учеников класса имени кавалера ордена «За заслуги перед Отечеством» VI с изображением мечей, майора Андрея Велько («Вымпел») родители Героя ласково называют «вельчата», — а после выпуска торжественно передают это имя следующему классу.

В школе постоянно устраивают встречи с семьями погибших сотрудников «Альфы» и «Вымпела», а также с их боевыми товарищами, продолжающими службу и вышедшими в отставку.

Учитель истории Надежда Ильинична — одна из тех заложниц, убеждена, что взрыв произошли внутри зала.

— Если б из огнемета били отсюда сюда, — Гуриева показывает спортивный зал на макете школы, — я бы здесь не стояла. Посмотрите на окна спортзала: фрамуги все выбиты наружу. Если бы стреляли по школе, они бы выпали внутрь. Террористы стреляли в потолок, чтобы нас «успокоить». Там, на конструкциях баскетбольных щитов, висели мины. Одна взорвалась, осколком убило бандита на педали — взорвалась большая мина за моей спиной… именно она положила мою семью. Второго взрыва я не видела. Потеряла сознание на некоторое время…

Обо мне многие говорят, что я сильная, что я быстрее всех вышла из шока. Это внешне. Я пошла в школу с тремя детьми, а вышла с одной дочерью. Как я могу быть нормальной? Но с другой стороны — да, я должна была помочь своим ученикам вернуться в детство, растить дочь. Школа, дети, а ещё журналисты помогли мне жить дальше. Журналисты помогли мне выговориться. Принимали на себя часть моей боли. Часто просто плакали вместе со мной. С тех пор стараюсь помогать им в их работе.

Сейчас в небольшом школьном музее висит доска. На ней накануне того 1 сентября дочь Надежды Ильиничны шестиклассница Верочка написала: «С последним первым звонком!»

Когда Надежда Ильинична, которая готовила класс к началу учебного года, спросила ее: «Почему ты так написала?» — она ответила: «Но ведь у твоего (11-в) класса это в последний раз»…

Рядом с этой доской — школьная форма и туфли Верочки — нашли после трагедии… Она надела костюм для выступления, а форму оставила в классе. От сына Борика нет ничего.

Полпред Президента РФ в СКФО Александр Матовников во время траурных мероприятий в спортзале школы № 1. Фото: Елена Афонина / ТАСС

— Ни на минуту не забываю о том, что было. Я — учитель и делала для детей все, что могла. Пыталась с этими нелюдями разговаривать, найти в них какие-то человеческие качества. Думаю, эти их поступки родом из детства. Им не привили элементарных правил человеческого общения, уважения к другой личности, будь то ребенок или старик. Им ничего не стоило стоять в дверях туалета и смотреть, как справляют нужду женщины. Они не испытывали ни капли жалости к страданиям заложников. Кто их учил ненависти? Зачем?

Как только я вышла на работу, в ноябре 2004 года, мне дали десять детей, которые или из-за ранений, или из-за психологических проблем не могли ходить в школу. С утра занималась с ними на дому, во вторую смену проводила уроки в школе. Видела смятение и ужас, стремление довериться и страх, радость встречи с учителем. И собственное горе отступало, когда чувствовала, насколько во мне нуждаются. Кто их мог понять лучше нас? Ведь мы были в этом аду вместе.

Но, видимо, жизнь выбрала меня неслучайно. Через четыре дня после освобождения я пошла в школу там, в классе, были бесценные для нашей семьи вещи — родословная, материалы о родных-фронтовиках. Там, в коридорах разорённой школы, поняла, что надо сохранить память обо всем произошедшем. Мою младшую дочь Иру спасли спецназовцы. У нее появилась цель в жизни — стать хирургом, лечить и спасать спецназ, тех, кто спас ее. Но от педагогических корней не уйти (наша учительская династия с конца XIX века), сейчас она заканчивает магистратуру Московского городского педагогического университета.

Наши дети выбирают профессии врачей, военных, юристов, следователей, педагогов. Все они хотят помогать людям. Как помогали им спецназовцы, врачи их учителя. Ребята получили жесточайший урок, но вывод из него сделали правильный.

Тех, кто в себя приходил, боевики выгоняли в столовую, чтобы выйти из спортзала, надо было идти по телам. И вот я до сих пор, как в этот зал захожу, мне кажется, что иду по ним. Очень больно… Ирина даже просто по мягкому полу не может ходить…

Да, мы все хотим знать правду. Но мне не нужен европейский суд, чтобы разобраться с делами в нашей стране. Чужой дядя не будет разбираться, что у нас происходит. Он использует любую возможность навредить моей Родине.

…В школе Надежда Ильинична открыла Объединение «Школьный музей». В нем несколько залов: Зал славы с биографиями погибших бойцов «Альфы», «Вымпела» и МЧС, Зал истории школы, Зал Великой Отечественной войны, Знаменный зал, Этнографический зал с предметами осетинского быта, Зал искусств. Получился такой центр всестороннего воспитания молодежи.

Это память и обо всех жертвах террора в России

В здании же полуразрушенной школы Надежда Ильинична предлагает создать большой музей, посвященный жертвам терроризма в Осетии. Выделить каждому погибшему свой уголок.

Она говорит, что сделать это обязательно надо, чтобы ни в коем случае не забыть никого. Чтобы они продолжали жить в памяти. Как живут ее дети, в смерть которых сердце матери так и не поверило. «Для меня они уехали куда-то. У меня ощущение, что они рядом. Просто не могут приехать, и всё».

Пока жива Россия, жива будет и память о трагедии Беслана. Мы помним. Забыть — предать, значит. И страну, и себя.

 

Площадки газеты "Спецназ России" и журнала "Разведчик" в социальных сетях:

Вконтакте: https://vk.com/specnazalpha

Фейсбук: https://www.facebook.com/AlphaSpecnaz/

Твиттер: https://twitter.com/alphaspecnaz

Инстаграм: https://www.instagram.com/specnazrossii/

Одноклассники: https://ok.ru/group/55431337410586

Телеграм: https://t.me/specnazAlpha

Свыше 150 000 подписчиков. Присоединяйтесь к нам, друзья!

Оцените эту статью
4658 просмотров
нет комментариев
Рейтинг: 4.9

Написать комментарий:

Общественно-политическое издание