12 декабря 2017 13:18 О газете Об Альфе
Общественно-политическое издание

Подписка на онлайн-ЖУРНАЛ

ОПРОС

ГЛАВА ЧЕЧНИ РАМЗАН КАДЫРОВ ПРЕДЛОЖИЛ ПЕРЕЗАХОРОНИТЬ ТЕЛО В.И. УЛЬЯНОВА-ЛЕНИНА. ВАШЕ МНЕНИЕ?

АРХИВ НОМЕРОВ

Политика

Автор: ВЛАДИСЛАВ ШВЕД
ПО РЕЦЕПТАМ МУССОЛИНИ

30 Июня 2015
ПО РЕЦЕПТАМ МУССОЛИНИ
Фото: Полковник Юрий Мель бессудно находится в тюремных застенках Литвы свыше пятнадцати месяцев

В начале июня этого года в Литве разразился политический скандал. В этот раз он не был связан с обнародованием очередной тайной страницы биографии литовской президентши Дали Грибаускайте.

КАК ОПРАВДАЛИ «ОМОНОВЦЕВ»?

Литву потрясло известие о том, что Вильнюсский окружной суд оправдал бывших руководителей Отряда милиции специального назначения (ОМОН) в Вильнюсе, в настоящее время граждан России, Болеслава Макутыновича и Владимира Разводова по обвинениям в военных преступлениях и преступлениях против человечности, якобы совершенных ими в 1991 году.

Заочное судилище над офицерами-омоновцами продолжалось почти полтора года и закончилось полным фиаско, хотя дело было максимально политизировано и должно было закончиться суровым приговором, как до этого заканчивалось в Литве не одно такое дело. Некоторые российские политологи и журналисты восприняли данное известие, как попытку литовского суда продемонстрировать независимость от политического давления властей.

Высказывалось мнение, что подобный исход дела «омоновцев» вселяет надежду на объективное рассмотрение литовским судом «дела 13 января», по которому в Литве планируется заочно осудить 69 бывших советских, а ныне российских граждан, также обвиненных в преступлениях против человечности и военных преступлениях, якобы совершенных ими в Вильнюсе в январе 1991 года. На самом деле это не так.

В постсоветской Литве Фемида стала банальной служанкой прорвавшейся к власти в 1990 году политической верхушки. Заочный процесс над «омоновцами» это еще раз подтвердил. Наиболее ярко это продемонстрировала реакция литовского политического бомонда на решение суда. Сразу же после оглашения приговора по делу Макутыновича и Разводова в республике начался подлинный «ор». По-другому это назвать трудно.

Судейская коллегия Вильнюсского окружного суда, возглавляемая судьей Аудрюсом Цининасом, вынесшая оправдательный приговор «омоновцам», подверглась всеобщей обструкции. Уже утром следующего дня после оглашения приговора в популярной газете «Lietuvos rytas» появилась статья под названием «После приговора по делу ОМОН политики распинают судей на крестах».

При знакомстве с критическими репликами на приговор суда, крайнее удивление вызывает явная предвзятость и некомпетентность высказываний политиков. Это обусловлено стереотипом, созданным вокруг дела Вильнюсского ОМОНа. Литовские власти и СМИ сумели внушить общественности, что «омоновцы» причастны как к трагическим событиям 13-го января у вильнюсской телебашни, так и к кровавой расправе над литовскими таможенниками в Медининкай, произошедшей в ночь на 31 июля 1991 года. В литовской прессе они именуются не иначе, как «боевики».

Между тем в приговоре суда о причастности руководителей Вильнюсского ОМОНа к вышеуказанным преступлениям не сказано ни слова: «Суд установил, что… два бывших офицера ОМОН Б. Макутынович и В. Разводов не были причастны к убийствам 13 января 1991 года, ни к июльским убийствам 1991 года в Медининкай, тем не менее, они обвинялись в том, что в 1991 году они терроризировали и запугивали должностных лиц армии и таможни возрождающейся Литвы…»

Там же говорилось об организованных Макутыновичем и Разводовым вооруженных нападениях на литовские таможенные и пограничные посты, в ходе которых пострадало шесть человек, из них четверо получили незначительные травмы, а двум был причинен вред здоровью небольшой тяжести. Тем не менее, в республике это преподносится как военные преступления и преступления против человечности!

Стремление наказать «по полной» бывших советских милиционеров, оставшихся верными присяге, данной Союзу ССР, довлеет над бывшими активными советскими коллаборационистами, находящимися сегодня у власти в Литве. Ведь все они не только отреклись от своего советского прошлого, в котором жили припеваючи, но и нагло его искажают.

Естественно, что одним из первых оценку приговору по делу руководителей Вильнюсского ОМОНа дал Витаутас Ландсбергис, бывший в 1990-1992 гг. председателем Верховного Совета Литвы. Он верно служил советской власти в качестве информатора КГБ Литовской ССР и преподавателя марксистко-ленинской эстетики. Но сегодня позиционирует себя, как «резистент № 1» (сопротивленец) в борьбе с советской властью.

В своей обычной иезуитской манере проповедника Ландсбергис заявил, что шокирован приговором и его мог вынести только суд России или Литовской Советской Республики, но не Литовской Республики. Главу судейской коллегии А. Цининаса, вынесшей оправдательный приговор, он назвал «человеком не этого мира», фактически объявив того изгоем.

Оценку Ландсбергиса поддержал Артурас Паулаускас, бывший в 1990-1995 гг. генеральным прокурором Литвы. В настоящее время он является главой комитета по национальной безопасности Сейма Литвы. В советский период этот деятель прошел «обкатку» в аппарате ЦК Компартии Литвы, одновременно числясь в резерве КГБ Литовской ССР, где его папаша занимал высокий пост. Так вот, юрист и блюститель национальной безопасности Паулаускас безапелляционно сообщил литовским журналистам, что «давно не слышал такой ерунды, какой является оправдание В. Разводова и Б. Макутыновича».

Свое отношение к оправдательному приговору по делу ОМОНа высказала Она Гасюлите, судья Вильнюсского окружного суда по гражданским делам. Она недвусмысленно заявила: «Не знаю, что бы я делала в такой ситуации, но подписаться под таким приговором не смогла бы».

Окончательную оценку приговору дала бывшая активная советская коллаборационистка, а ныне президент Литвы Даля Грибаускайте. Она заявила, что «таким преступлениям не может быть оправдания». И добавила, что «справедливость должна быть выше правосудия». То есть за то, что омоновцы, исполняя служебный долг, кому-то разбили нос и слегка потрепали прическу, по мнению президента, следовало дать 12 лет заключения, как это предлагал прокурор.

В этой связи надо напомнить, что самые большие злодеяния в мире вершатся, когда ссылаются на восстановление «справедливости», которая у каждого преступника своя. Без сомнения, боевики ИГИЛ, отрезая головы своим жертвам, уверены, что они осуществляют справедливое возмездие.

Отмечу, что четырех вышеприведенных критических высказываний в адрес коллегии Вильнюсского окружного суда вполне достаточно для того, что сделать очевидный вывод — правосудие в Литве вершится по политическим лекалам, суть которых «враги должны сидеть в тюрьме».

В такой ситуации говорить о независимости правовой системы в Литовской Республике не приходится. Поэтому, если дело Макутыновича и Разводова будет когда-нибудь рассматриваться в Европейском суде по правам человека, то благодаря высказываниям Д. Грибаускайте, В. Ландсбергиса, А. Паулаускаса и О. Гасюлите можно будет доказать, что суды в Литве являются объектами политического давления, нередко переходящего в прямой шантаж судей.

НЕ ЧИТАЛИ, НО ОЦЕНКУ ДАЛИ

В ситуации с негативной оценкой приговора Вильнюсского окружного суда поражает то, что давая эту оценку, ни один из критикующих не удосужился ознакомиться с самим приговором, подменяя его основные положения неточными выдержками из отчетов журналистов.

Прежде всего, жесткую критику вызвало сообщение журналистов о том, что суд не признал, что в 1991 году Литва не находилась в состоянии советской военной агрессии, вооруженного конфликта и советской оккупации. Сегодня эти понятия считаются фундаментальными в истории Литвы. Они законодательно подтверждены. Отрицание этих положений чревато реальным уголовным наказанием.

Не буду вступать в полемику по данному вопросу. Замечу лишь, что в 1940 году переход власти от тогдашнего президента Антанаса Сметоны к Народному правительству Юстаса Палецкиса произошел в полном соответствии с Конституцией Литвы 1938 года. Дополнительный контингент советских войск вошел 14 июня 1940 года в Литву без единого выстрела, дружески встречаемый литовскими военными частями. Это факт, который разрушает довод о советской оккупации Литвы в 1940 году.

Народный Сейм, провозгласивший Литовскую Советскую Социалистическую Республику и обратившийся с просьбой принять республику в состав СССР, был избран в результате всенародного голосования, в ходе которого не было зафиксировано антисоветских выступлений. Это также неопровержимый факт.

А. Буткявичюс так охарактеризовал литовское правосудие: «Это чисто политическая машина. Ни один судья не пойдёт против, если будут суровые указания сверху»

К сожалению, советская власть за год правления (1940-1941 гг.) не оправдала надежд многих литовцев. И это тоже факт. Но он не может быть основанием для объявления этой власти оккупационной. Однако литовские советские коллаборационисты во главе с В. Ландсбергисом, пришедшие к власти в марте 1990 года, в целях создания вокруг себя ореола непримиримых борцов с советской властью и преувеличения своих заслуг в обретении Литвой независимости, объявили советский период оккупационным и тоталитарным, а январь 1991 года — месяцем военной агрессии СССР.

Что же касается января 1991 года, то в этот период Литва была союзной республикой в составе СССР. Напомню, что 19 ноября 1990 года ее представители не были допущены к участию в Совещании по безопасности и сотрудничеству в Европе глав 34 государств, как страны, не имеющей международного статуса. Членом ООН Литва стала только 17 сентября 1991 года.

Однако спекуляции о том, что Литва с 11 марта 1990 года обладала полным суверенитетом, в республике были закреплены законодательно. В этой связи в официальных документах, касающихся оценки советского периода 1990-1991 гг., это время должно характеризоваться как период советской оккупации и агрессии. Утверждения о том, что Вильнюсский окружной суд якобы отрицал состояние советской агрессии и оккупации в Литве не соответствуют действительности.

Это следует из текста приговора, в котором отмечено, что 11 марта 1990 года был восстановлен полный суверенитет литовского государства и что «в исследуемом периоде — 1990-1991 гг. в Литве остались дислоцированные части армии СССР и МВД, а в 1991 году были оккупированы некоторые объекты инфраструктуры Литвы — центр радио и телевидения, Дом печати и другие здания.

И хотя это состояние имеет признаки частичной оккупации, указанной в статье 2 Женевской конвенции 1949 года, которые предполагают условие ее применения, она (оккупация — В. Ш.) в обвинении не сформулирована и не была доказана, поэтому суд, придерживаясь ограничений обвинения (ст. 255 Уголовно-процессуального кодекса ЛР), не счел возможным исследовать, соответствует ли период, указываемый в обвинении, условиям частичной оккупации, как это предписывает Женевская Конвенция 1949 г.».

Помимо вышеизложенного, в приговоре суда разъяснено, почему к обвиняемым — бывшим офицерам ОМОНа оказались неприменимы формулировки международного гуманитарного права. Это было обусловлено тем, что прокурор в обвинении не дал четкие формулировки состояния военного вооруженного конфликта и оккупации, в котором, по мнению литовских властей, находилась в 1991 году Литва.

По этому поводу в приговоре сказано: «прокурор не инкриминировал обвиняемым преступлений, совершенных в период военного, вооруженного конфликта или в контексте подготовки к войне, хотя 1-ая часть 103 статьи Уголовного Кодекса ЛР предусматривает ответственность за преступления, совершенные именно в таких условиях.

Значит, с точки зрения обвинения, в 1991 году (в Литве — В. Ш.) не было военного, предвоенного положения и оккупации. В этом случае суд делает вывод, что обвинения Болеслава Макутыновича и Владимира Разводова в совершении преступлений против человечности согласно ст. 100 УК ЛР вообще не сформулированы, так как не инкриминированы элементы состава этого преступления, как это предписывает международное право, то есть — наличие предвоенного, военного или вооруженного конфликта».

Цининас пояснил, что суд оказался не вправе применить к действиям Макутыновича и Разводова формулировки 2-ой статьи Женевской конвенции о защите гражданского населения 1949 года, так как согласно УПК ЛР при вынесении приговора он должен руководствоваться лишь теми формулировками, которые указаны в прокурорском обвинении.

Особо хочу отметить, что Вильнюсский окружной суд нашел смелость приговором по делу руководителей ОМОНа поставить некомпетентных и недобросовестных прокуроров на должное место. Ведь до сих пор литовские судьи предпочитали брак в работе прокуроров не замечать и штамповали запрограммированные приговоры.

В этой связи несколько слов о литовских прокурорах. Цининас под напором журналистов был вынужден сообщить некоторые пикантные подробности подготовки дела руководителей ОМОНа к судебному процессу. Оказывается, что дело Макутыновича и Разводова предыдущим судьей уже возвращалось на доработку прокурору. Однако тот обратился в высшую судебную инстанцию, которая поддержала прокурора и предписала суду рассматривать обвинение таким, каким оно было.

Следующим председательствующим в коллегии судей, назначенной рассматривать дело ОМОНа, стал Цининас. Он, понимая политическое значение дела, уже на первом заседании предложил прокурору доработать обвинение. Прокурор вновь не согласился. Видимо, за 24 года независимости литовские прокуроры настолько уверовали в свою непогрешимость, что перестали воспринимать любые замечания, в том числе и от судей.

Тем самым прокуроры окончательно переложили ответственность за вынесение неправого приговора на судей. Осознав это, судейская коллегия Вильнюсского окружного суда приняла решение действовать строго в рамках закона и вынесла приговор, вызвавший бурные споры в Литве.

Наиболее точное определение конфуза прокуроров дала газета «Karstas komentaras», опубликовавшая 5 июня 2015 года статью Сигитаса Мартинавичюса с красноречивым названием «Prokurorai pakiso prezidentei kiaule» («Прокуроры подсунули президентше свинью»). Лучше и не скажешь.

УПРАВЛЯЕМОЕ ПРАВОСУДИЕ

Не вызывает сомнения, что в постсоветской Литве сформировалась система управляемого, подконтрольного властям правосудия. Ее создание ранее упомянутый В. Ландсбергис начал в 1992 году и закончил в 1996-2000 гг. Эта система развратила прокуроров и судей. Литовские юристы осознали, что если существует политический заказ свыше, то они обязаны его реализовать любой ценой.

Впервые это было продемонстрировано на уголовных процессах в начале 1990-х годов. Тогда Ландсбергис начал расправляться со своими политическими противниками: в 1992 году — с бывшим премьер-министром Литвы Казимерой Прунскене, бывшим вторым секретарем ЦК Компартии Владимирасом Березовасом и известным философом, депутатом ВС Йокубасом Минкявичюсом. Им всем инкриминировали связь с КГБ.

Ромуальдас Озолас, один из бывших активнейших деятелей «Саюдиса» и сторонников Ландсбергиса, в сентябре 1992 года выступая в Верховном Совете ЛР, расценил уголовные процессы над ними, как политическую расправу, в которой обвиняемым «не была гарантирована полноценная защита».

В 1996 году в рамках дела «13 января» начался процесс над бывшими руководителями ЦК Компартии Литвы КПСС Миколасом Бурокявичюсом, Юозасом Куолялисом, Юозасом Ермалавичюсом и Ляонасом Бартошявичюсом. Процесс длился 3 года, местами он напоминал дурной фарс, где роли и реплики прокуроров и судей были расписаны изначально, обвиняемых предпочитали не слышать, а их пояснения и аргументы не включались в протоколы. Он завершился в 1999 году осуждением всех подозреваемых.

Иначе и быть не могло. Ведь в 1998 году тогдашний глава Сейма Литвы В. Ландсбергис, желая «по полной» отомстить бывшим коммунистам, направил в Вильнюсский окружной суд письмо с инструкциями, как их следует осудить. В своих претензиях Ландсбергис дошел до того, что даже установил дату, когда суд должен был озвучить окончательный приговор — 23 августа 1999 года. Что и произошло. Известно, что данное письмо находится в материалах уголовного дела «13 января».

В 1997 году Ландсбергис сумел расправиться со своим ближайшим соратником Аудрюсом Буткявичюсом. Тот посмел, наряду с Ландсбергисом, претендовать на роль спасителя Литвы от «советской агрессии» 1991 года. Буткявичюсу быстро «организовали» получение взятки и «наградили» пятью годами тюремного заключения. От длительного пребывания в тюрьме Буткявичюса спасло лишь то, что он не был лишен мандата депутата Сейма Литвы.

После выхода на свободу, А. Буткявичюс в интервью газете «Обзор» (№29 / 184, июль 2000 года) так охарактеризовал литовское правосудие: «Это чисто политическая машина. Ни один судья не пойдет против, если будут суровые указания сверху».

С тех пор литовская Фемида послушно следует по дорожке, проторенной В. Ландсбергисом и его командой. Особенно ярко ее политическая ангажированность проявилась при рассмотрении в Вильнюсском окружном суде дела об убийстве в июле 1991 года на КПП «Медининкай» литовских должностных лиц.

Следствие по этому делу продолжалось восемнадцать лет. Уголовный процесс продолжался почти два года. 10 мая 2011 года за данное преступление суд приговорил бывшего бойца рижского ОМОНа Константина Михайлова к пожизненному заключению. Единственным основанием для вынесения подобного приговора было лишь то, что Михайлов был бойцом рижского ОМОНа, а в день преступления в Медининкай находился в Вильнюсе.

В прокурорском обвинении, оглашенном на суде, в нарушение УПК ЛР не было приведено ни одного факта, подтверждающего присутствие Михайлова на месте преступления, не говоря уже о том, что там также отсутствовали сведения, каким образом он осуществлял убийства, из какого оружия, кого убил, когда, как и т. д. А ведь закон требует подобного изложения. Но литовских прокуроров и Вильнюсский окружной суд такие «мелочи» не интересуют. Главное, найти виновного и успокоить общественное мнение.

О каком объективном разбирательстве дела «Медининкай» можно говорить, если суд, начиная исследование этого дела, даже не удосужился уточнить личность обвиняемого и то, гражданином какой страны он являлся? Судьи удовольствовались тем, что в 2008 году Константин Михайлов был выдан Литве, как гражданин Латвии. Но в феврале 2014 года Посольство РФ письмом №266 уведомило МИД ЛР, что так называемый Константин Михайлов на самом деле с 24 декабря 1993 года является гражданином РФ Константином Никулиным.

Болеслав Макутынович и Владимир Разводов обвинялись в преступлениях против человечности и военных преступлениях

Это письмо вызвало лишь небольшое замешательство в Вильнюсском окружном суде, хотя оно свидетельствовало не только о явном непрофессионализме литовских прокуроров, но и о стремлении Генпрокуратуры Литвы и власть предержащих как можно скорее поставить «точку» в знаковом медининкайском уголовном деле. Сейчас это дело с большим «скрипом» рассматривается в Апелляционном суде Литвы.

В ближайшее время этот суд приступит к рассмотрению апелляции прокуроров на оправдательный приговор по делу Макутыновича и Разводова. По некоторым сведениям судьи Апелляционного суда уже получили указание до Нового 2016 года окончательно закрыть это дело с соответствующим обвинительным приговором. Утверждают, что это указание последовало «свыше». В этой связи несколько слов о роли нынешнего президента Литвы Д. Грибаускайте в формировании управляемой судебной системы.

ПО РЕЦЕПТАМ МУССОЛИНИ

Грибаускайте уже не раз публично демонстрировала пренебрежение к ряду общепринятых норм международного права. Именно по ее инициативе в 2010 году были приняты поправки в Уголовный кодекс ЛР, позволяющие объявить обычные криминальные преступления военными или преступлениями против человечности.

В этой связи на память сразу приходит итальянский фашистский диктатор Бенито Муссолини. Придя к власти, он решил покончить с сицилийской мафией. Префектом города Палермо, столицы Сицилии, Муссолини назначил преданного ему полицейского Чезаре Мори. Дуче в телеграмме, отправленной Мори в 1925 году, требовал: «Государственная власть должна быть безусловно, я повторяю — безусловно, восстановлена на Сицилии. Если существующие законы будут мешать Вам, это не будет проблемой, мы издадим новые».

Нечто подобное происходит в Литве. Грибаускайте по примеру Муссолини, постоянно вносит изменения в законы, пытаясь расширить не только сферу их применения для подавления инакомыслия, но и для расширения полномочий президента. Помимо этого она постоянно тасует расстановку должностных лиц, ответственных за важнейшие сферы функционирования литовского государства.

Так недавно был заменен глава Государственного департамента безопасности Литвы. В настоящее время готовится замена Генерального прокурора республики. Видимо, прежний генпрокурор не слишком прытко и умело выполнял указания президентши. От советской бюрократии та усвоила одно правило: «Виновниками ошибок начальника являются только его бестолковые подчиненные!» Пока это правило срабатывает.

Помимо прокуратуры под особым контролем Грибаускайте находятся суды. Судейские тройки стали для нее мощным средством запугивания и расправы с инакомыслящими или плохо управляемыми гражданами. В марте 2014 года, накануне президентских выборов Грибаускайте публично заявила: «Апилинковые суды уже поправила. Верховный суд приведу в порядок, когда буду переизбрана президентом. Они же там, в этом суде сидят с русскими дипломами. И прокуратуру поправлю» («Lietuvos rytas», 19 марта 2014 года).

Будучи избранной в мае 2014 года на второй срок, Грибаускайте жесткой рукой наводит порядок в литовских судах. Не сомневаюсь, что заочный процесс по делу Макутыновича и Разводова стал своеобразной репетицией будущих заочных уголовных процессов.

После жесткой общественно-политической «экзекуции» судейской коллегии Вильнюсского окружного суда по итогам процесса по делу ОМОН, в Литве вряд ли найдется судья, способный противостоять давлению властей. Не вызывает сомнений, что 69 российских граждан, проходящих по делу «13 января» будут осуждены и признаны военными преступниками.

В этой связи особую тревогу вызывает судьба гвардии полковника запаса российской армии Юрия Меля. Он находится в тюремных застенках Литвы вот уже пятнадцать месяцев. Обвинение в его адрес более чем абсурдное. За три холостых выстрела у Вильнюсской телебашни его пытаются обвинить в совершении жестоких военных преступлений. Мель будет единственным россиянином, который на заочном процессе будет представлять СССР и Россию. На нем литовские прокуроры и судьи постараются отыграться сполна.

Между тем официальная Россия о полковнике как бы забыла. Молчит Госдума, молчит МИД, молчат общественные организации, замолчали российские СМИ. Такое отношение поражает, если иметь в виду, с какой энергией и последовательностью пытаются защитить свою летчицу-наводчицу Надежду Савченко украинские власти. Российским чиновникам такому подходу к защите своих граждан не мешало бы поучиться. 

 

ШВЕД Владислав Николаевич, родился в Москве.

С 1947 года проживал в Литве. С 1990 года — второй секретарь ЦК Компартии Литвы / КПСС, член ЦК КПСС. Председатель Гражданского комитета Литовской ССР, защищавшего права русскоязычного населения. Депутат ВС Литвы.

В декабре 1991 г. отказался поменять гражданство, был лишен мандата депутата Сейма и арестован. По причине отсутствия улик и под воздействием общественного мнения выпущен на свободу.

В 1998‑2000 гг. — руководитель аппарата Комитета Госдумы по труду и социальной политике. Действительный государственный советник РФ 3‑го класса. В 1996‑2000 гг. был заместителем председателя ЛДПР. Автор книги «Катынь. Современная история вопроса» (2012 г.) .

 

 

Газета «СПЕЦНАЗ РОССИИ» и журнал «РАЗВЕДЧИКЪ»

Ежедневно обновляемая группа в социальной сети «ВКонтакте».

Свыше 48 500 подписчиков. Присоединяйтесь к нам, друзья!

 http://vk.com/specnazalpha

 

Оцените эту статью
9683 просмотра
2 комментария
Рейтинг: 5

Читайте также:

Написать комментарий:

Комментарии:

AlbertBek: SUBJ1
Оставлен 25 Марта 2017 11:03:19
Александр Орлов: Это просто позор для России. Своих не бросают!
Оставлен 4 Июля 2015 17:07:58
Общественно-политическое издание