19 ноября 2017 09:49 О газете Об Альфе
Общественно-политическое издание

Подписка на онлайн-ЖУРНАЛ

ОПРОС

ГЛАВА ЧЕЧНИ РАМЗАН КАДЫРОВ ПРЕДЛОЖИЛ ПЕРЕЗАХОРОНИТЬ ТЕЛО В.И. УЛЬЯНОВА-ЛЕНИНА. ВАШЕ МНЕНИЕ?

АРХИВ НОМЕРОВ

Критика

Автор: ОЛЬГА ЕГОРОВА
ВЕСЬ МИР В ОГНЕ

30 Сентября 2014
ВЕСЬ МИР В ОГНЕ
Фото: Спасительный выстрел Натаниэля в майора Хейворда, сгораемого на индейском костре

«ПРИДУТ НОВЫЕ ЛЮДИ, ЧТОБЫ ТРУДИТЬСЯ И СРАЖАТЬСЯ»

Говорят, за последние десятилетия мир изменился к лучшему — стал гуманнее, что ли. Ну да, особенно это видно в контексте варварских бомбардировок Сербии, совершенных практически в центре Европы — преступления, которому цивилизованное сообщество не соизволило дать правовой и моральной оценки.

В СУРОВОЕ ВРЕМЯ НА СУРОВОЙ ЗЕМЛЕ

«Торжество» Эры милосердия, о которой так мечтал один из персонажей фильма «Место встречи изменить нельзя», видно на примере целых стран, ставших за последние годы зонами беспросветного насилия — Афганистан, Ирак, Ливия, Сирия… Везде, куда дотянулась рука дядюшки Сэма, опаляемого черным солнцем Британии, привносимая «демократия» оборачивается насилием и страданиями.

И вот на очереди — Украина… Любимая нашему сердцу красавица Украина, где теперь не просто Гоголя читают в переводе… О, нет! Это территория, ставшая жертвой чудовищного эксперимента по выращиванию новой породы — укров, сродни оркам из Мордора.

Но ничто, однако, не ново под Луной. Все это уже было, было! И тогда еще не было США, зато Британская империя, находившаяся в зените славы, разделяла и властвовала.

Не хотите перенестись на два часа в XVIII век? На машине времени Майкла Манна. История эта живет в бессмертном романе Джеймса Фенимора Купера и в великолепном фильме «Последний из могикан» Майкла Манна. Его экранизация 1992 года прочно затмила все предыдущие попытки.

Может быть, Манн и сам не понял, как получился шедевр. Красивый, суровый и лаконичный. Это преображение напоминает «Остров» Павла Лунгина — весьма отличный от всех его фильмов. Будто кто-то провел через режиссера замысел, высокий и чистый.

Буквально все в фильме Манна связано между собой тончайшей осенней паутиной изумительных образов, великолепной, неотъемлемой от происходящего музыки, замечательной актерской игры, режиссерских находок и бесподобной операторской работы.

Говоря словами романа Купера, «может быть, на всем огромном протяжении границы, которая отделяла французов от территории английских колоний Северной Америки, не найдется более красноречивых памятников жестоких и свирепых войн 1755-1763 годов», чем фильм Майкла Манна «Последний из могикан».Чингачгук, Пернатый Змей — Рассел Минс

Складывается впечатление, что фильм обращен не столько в прошлое, сколько описывает настоящее, где британский флаг заменил другой — звездно-полосатый. «Владычица морей» уступила видимое место American Empire, но суть осталась прежней.

Вот Соколиный Глаз и предводитель колонистов пытаются увести людей из осажденного французами форта на защиту своих семей, подвергающихся истреблению.

— Английский закон больше не имеет силы? — спрашивает полковника Монро предводитель отряда колонистов. — Его заменил абсолютизм?

— Если ему нельзя доверять, то, может, этим людям заключить мир с французами? — вступается Соколиный Глаз.

— Это подстрекательство! — парирует Монро. И слышит в ответ: — Это правда!

А через некоторое время против Монро уже взбунтовалась его старшая дочь Кора. Она пришла, чтобы заступиться за арестованного Натаниэля, оставшегося в форте.

— Кто позволил колонистам судить о политике Англии в ее пределах? В ее собственных владениях самовольно приходить и уходить? — вопрошает Кору майор Хейворд.

И получает в ответ гневные слова:

— Они это право честно заслужили! Они освоили этот край собственным трудом, хороня своих детей в пути…

— Вы его защищаете, потому что он вскружил вам голову.

— Дункан… У вас есть несколько положительных черт, но, в целом, я была о вас лучшего мнения.

— Кора! — восклицает Монро. — Кора… Я бы все сделал, чтобы уберечь тебя от боли. Но этот человек виновен в подстрекательстве и предстанет перед правосудием без права на помилование.

— «Правосудие»! — презрительно отвечает Кора. — В таком случае, чем скорее французы выбьют английскую армию из Америки, тем это лучше для местных.Названные братья, сыновья Чингачгука: Соколиный Глаз и Ункас

Так по всему фильму проходит идеологический подтекст, которого нет в романе Купера.

«Последний из могикан» не стал бы одной из жемчужин кинематографа, если бы не музыка — потрясающее сопровождение, блестящее и практически осязаемое, оно цепляет с первых кадров. А в концовке музыка столь сильна и выразительна, что слова более не нужны — они лишние.

Музыка в фильме пахнет свежим ветром, разнотравьем, хвойным лесом, безграничным небом… Главная же тема Promentory стала любимой для ценителей подлинного искусства.

Диалоги… В фильме они кратки и немногословны — передающие только необходимую информацию. Таковы и люди, живущие в суровое время и на суровой земле. Ничего лишнего.

Отлично сняты батальные сцены. Правильно сделанные артиллерийские позиции, фашины, траншеи, подкопы. Жесткие, натуралистические поединки — молча, жестко, сурово, но без излишнего смакования убийств.

СОКОЛИНЫЙ ГЛАЗ

Единственный в истории «Оскара» трижды лауреат «За лучшую мужскую роль», этот ирландец считается «мерилом проникновения в образ». Приверженец системы Станиславского буквально вгрызается в каждую роль, заболевает ею, проживает каждой клеточкой души. Его обожают зрители и уважают коллеги.Даниэль Дэй-Льюис, сыгравший Соколиного Глаза, в фильме «Банды Нью-Йорка»

Даниэлю Дэй-Льюису удалось стопроцентно вжиться в образ Соколиного Глаза, несмотря на то, что, как он сам признавался, это было ему абсолютно чуждо. «Меня поражала жестокость и насилие. Даже притом, что я был частью всего этого во время съемок. Вы чувствуете себя не в своей тарелке, когда принимаете участие в этом. Все его мировосприятие и его культурное понимание — от его народа, могикан. Это было абсолютно чуждо мне».

Возможно, и так. Но скрупулезно разрабатывая свой образ, Дэй-Льюис набрал вес, серьезно улучшил физическую форму, научился стрелять из кремневого оружия и управлять каноэ. «Белый индеец с душой поэта» пробовал жить в лесу, месяцами упражнялся в стрельбе, питался плодами собственной охоты и всюду ходил с ружьем, чтобы привыкнуть к изящному, но не сбалансированному и тяжелому оружию.

«Дэниэл все время носил свое оружие, даже когда шел обедать, — рассказывала Мэделин Стоу. — Он, вообще, не от мира сего… Вокруг Дэниэла неподвижность и спокойствие. И если вы не слишком хорошо его знаете, вы не можете читать, когда ему не по себе или он расстроен. Он очень отстраненный. В нем есть мягкость. Он не критикует, никогда не говорит плохо о чем-либо, не жалуется. В команде было много таких, и все же я думаю, что большинство съемочной группы, должно быть, чувствовало, что они ничего не узнали о нем».Борец за права индейцев Рассел Минс не просто сыграл вождя могикан, но сердцем прожил эту роль

Наверное, больше всех остальных о нем узнали «брат» и «отец» — Эрик Швейг («Ункас») и Рассел Минс («Чингачгук»). Перед тем, как запустить фильм в производство, мудрый режиссер собрал всех героев в антитеррористическом тренировочном лагере. О том времени Дэй-Льюис кратко резюмировал: «Мы должны были узнать друга как семья. У нас должны были быть отношения отца-сына. Мы стали близкими и останемся такими». Исчерпывающе.

«Первый американский герой» (таков слоган фильма), Дэниэл так вжился в XVIII век, что и после съемок продолжал думать как индеец.

«Я только закончил 26-часовые последние съемки в Северной Каролине (съемки под водопадом), а на следующий день оказался на улицах Парижа, — рассказывал Дэниэл, — и был полностью ошарашен всеми этими картинами, запахами и звуками. Я все еще думал как индеец. Вы можете себе представить, что они чувствовали, когда их привезли на встречу с королевой Англии? Это, должно быть, походило для них на научную фантастику!»

ИНДЕЙСКИЙ ЧЕ ГЕВАРА

Тот факт, что Дэниэл Дэй-Льюис научился стрелять из кремневого ружья и управлять каноэ так впечатлил англоязычные СМИ, что все как-то позабыли, что Рассел Минс, которому на момент съемок было за пятьдесят, снимался в боевых и охотничьих сценах без каких-либо скидок на возраст. «Ах, но ведь он же индеец, ему и карты в руки!» Да, он — индеец оглала-сиу по происхождению.Актер Эрик Швейг — Ункас

Вообще, жизнь Минса — настоящий роман о жизни в резервации Пайн-Ридж, о бесшабашной молодости, связи с криминалом, и крутых поворотах судьбы. Настолько крутых, что только диву даешься. Недаром его Чингачгук так убедителен и реален, он живет и сражается до конца — потому что сам Рассел Минс всю жизнь боролся за права индейцев и «Последний из могикан» для него — не игра.

В 1968 году Рассел Минс присоединился к Движению американских индейцев (ДАИ). Вдохновленный воинственным духом организации, он основал ее отделение в Кливленде. В 1970 году устроил столкновение в Плимуте во время празднования Дня благодарения. В 1972-м участвовал в захвате здания Бюро по делам индейцев в Вашингтоне, благодаря чему было утрачено множество конфиденциальных документов.

На следующий год Минс и группа вооруженных активистов численностью около трехсот человек захватили поселок Вундед-Ни в родной резервации Рассела. Они объявили в нем независимое племенное правление, как велось исстари. Семьдесят один день продолжался вооруженный конфликт с полицией, армией и ФБР, в результате которого оставшиеся в живых сложили оружие, поверив обещаниям правительства об улучшении условий проживания коренных жителей.

В 1974 году Минс выдвинул свою кандидатуру на должность президента племени оглала-сиу. Он проиграл двести голосов Дику Уилсону, и хотя позднейшие подсчеты показали, что результаты были сфальсифицированы, и официальное расследование предполагало новые выборы, правительство Уилсона бойкотировало это постановление.Магуа в исполнении Уэса Стьюди вышел за пределы куперовского образа

Начавшиеся слушания по поводу инцидента в Вундед-Ни раскрыли ряд фальсификаций и фальшивых показаний с правительственной стороны, и Рассел Минс был оправдан. Правда, в 1975 году он был обвинен в убийстве, однако в итоге был признан невиновным.

В 1985 году, услышав по радио о притеснении в Никарагуа индейцев племени мескито, на землях которых стали создаваться сельскохозяйственные кооперативы, Минс, не колеблясь, кинул клич и собрал из представителей разных племен США военный отряд.

Перейдя границу, отряд попал в окружение и был вынужден сложить оружие. Как выяснилось, Минс и его товарищи пали жертвой американской пропаганды — те же индейцы мескито поддерживали революционные власти Никарагуа.

На своей родине Минс неоднократно подвергался арестам и судебным преследованиям, пережил несколько покушений. Несколько раз выдвигал свою кандидатуру на выборах в племенные органы власти, но каждый раз недобирал нужного количества голосов, поскольку многие избиратели считали, что излишний радикализм Минса может лишь привести к потере правительственных выплат и компенсаций за некогда отобранные у индейцев земли.Уэс Стьюди хорош во всех своих ролях

Впоследствии Минс пытался уйти с арены политической борьбы и даже снялся в нескольких вестернах — о покорении Дикого Запада, в которых авторы сочувственно относятся к борьбе индейцев за свободу. Но наибольшую славу Минсу, как актеру, принесла роль Чингачгука. Он также автор автобиографической книги «Where White Men Fear To Tread» и двух записанных им аудиоальбомов в стиле «индейский рэп».

Несколько ранее, в декабре 2007 года, по инициативе Минса индейцы племени Лакота объявили о своей независимости от США, в результате чего возникло виртуальное государство — Республика Лакота, претендующая на территорию пяти штатов: Северной и Южной Дакоты, Небраски, Вайоминга и Монтаны.

Основным мотивом своих действий активисты назвали низкий уровень жизни: детская смертность в округе Лакота в пять раз выше, чем в среднем по США, 97 % населения живут за чертой бедности, 85 % — безработные, средняя продолжительность жизни составляет всего 44 года (это один из самых низких показателей в мире).

Договоры между федеральным правительством США и предками современных лакота, заключенные полтора столетия назад, были названы «никчемными словами на никчемной бумаге», так как США их «неоднократно нарушали, чтобы украсть нашу культуру, нашу землю и возможность сохранить наш образ жизни».

22 октября 2012 года его не стало...

МАГУА, ДУХ СМЕРТИ

Если вы не читали роман Купера, а сначала посмотрели фильм, то главные герои будут ассоциироваться только с актерами. «Магуа» (Уэс Стьюди) — кровожадный мститель и истинный вождь — получился настолько ярким персонажем, что вышел за пределы куперовского образа.

Судьба Стьюди достойна съемок отдельного фильма. В чем-то она перекликается с биографией Рассела Минса. «Магуа» родился в сельской Оклахоме, в семье потомков племени чероки. Мать — домохозяйка, отец — наемный рабочий на ранчо.Соколиный Глаз в фильме действует не в рамках английского закона, а повинуясь высшему долгу, симпатии и любви

Учился Стьюди в Индейской сельскохозяйственной школе на севере Оклахомы. До старших классов говорил только на языке чероки. В 1967 году был призван в армию и восемнадцать месяцев прослужил во Вьетнаме.

После демобилизации Уэс воспользовался полагающимися ветеранам льготами и поступил в Молодежный колледж в Тулсе, где проучился два года, после чего завершил образование в университете.

Последующая деятельность ветерана Вьетнамской войны не была связана с кинематографом. Уэс — один из первых журналистов газеты «Адвокат Чероки», редактор, преподаватель языка чероки. Активист Движения североамериканских индейцев, он участвовал в знаменитом противостоянии в Вундед-Ни в резервации Пайн-Ридж (1973 год).

Первые роли в театре и кино Стьюди сыграл после сорока лет. После развода он по совету друга стал заниматься в любительской театральной студии, чтобы познакомиться с новыми людьми и наладить личную жизнь. Однако хобби быстро переросло в профессию.

Поначалу Стьюди заслужил признание как театральный актер и драматург Американской Индейской Театральной Компании Тулсы, штат Оклахома. Но уже третья по счету киноработа Стьюди — вождь пауни в знаменитом фильме Кевина Костнера «Танцующий с волками», стала поворотным моментом в его карьере.Незабываемый взгляд Алисы Монро перед тем, как она бросится со скалы вслед за убитым Ункасом

Харизматичный Магуа — один из центральных в картине, он заслужил высокую оценку зрителей за многомерность образа, нарушившую традицию изображения «плохих индейцев» записными злодеями.

Магуа — воплощенный дух смерти, исповедующий культ войны ради войны. Гурон жаждет отмщения за убитых детей, но при этом, снедаемый алчностью, желает торговать бусами и «огненной водой», уподобляясь во всем белым. «Душа Магуа черна», — прилюдно обвиняет его Соколиный Глаз.

Через год после «Последнего из могикан» Стьюди пригласили вместе с Эриком Швейгом в фильм студии TNT «Разорванная цепь». В 1993 году он сыграл главную роль в картине «Джеронимо: Американская легенда».

В 2002 году Стьюди «оживил» легендарную личность — лейтенанта Джо Лифорна в серии фильмов студии PBS, поставленных Робертом Редфордом по романам Тони Хиллермана. Другая его роль — генерал Линус Эбнер (аналог библейского Авенира) в сериале NBC «Короли».

В 2005 году в фильме «Новый Свет» Стьюди воплотил на экране образ Опечанкануга, вождя племени Повхатанов. Фильм, снятый Терренсом Маликом, был номинирован на Оскар.

Историческая канва — времена основания Джеймстауна, первого поселения англичан в штате Вирджиния. Главные роли буквально списаны с исторических персонажей, таких как Капитан Джон Смитт (в исполнении Колина Фарелла) и Покахонтас. Большая часть фильма была снята в тех же местах, где 14 мая 1607 года была заложена первая английская колония Нового Света — Джеймстаун.

20 апреля 2009 года Уэс Стьюди появился в роли Майора Риджа в «Тропе печали» — третьей части «Мы будем помнить», новаторском мини-сериале, рассказывающем об истории коренного населения как об основной части Американской истории на PBS. В течение всего своего выступления Уэс говорил только на родном языке — чероки.

Вне кино Стьюди увлекается резьбой по дереву и является автором двух книг для детей. А еще он играет на бас-гитаре в местной группе. Является Почетным председателем комиссии по Национальному достоянию Института Туземных Языков в городке Санта-Фе, штат Нью-Мексико. Ай да Магуа!

БЛАГОРОДНЫЙ УНКАС

Эрик Швейг (Рэй Дин Трэшер) родился в Инуике на Северо-Западных территориях, Канада. Его семья — смешанного происхождения (инуиты, немцы, португальцы). Мальчик был старшим из семи братьев и сестер, отобранных у родной матери-индианки и отданных на усыновление в белые семьи в рамках программы канадского правительства «по ассимиляции индейского населения».Финальная сцена фильма, содержащая монолог Чингачгука, была вырезана американской цензурой и восстановлена в режиссерской версии картины

Сразу после рождения его усыновила англоязычная семья смешанного франко-немецкого происхождения. Приемные родители обращались с мальчиком чудовищно, избивали его и подвергали унизительным наказаниям. Когда Эрику исполнилось шестнадцать, он сбежал и стал жить самостоятельно, зарабатывая на жизнь плотницкими работами (в том числе, остеклением домов).

Его родная мать умерла от алкоголизма в 1989 году. По словам самого Швейга, она не брала в рот спиртного до того, как у нее отобрали детей. Актер никогда с нею не встречался. Но он не забыл, кто он и откуда. Уже будучи взрослым, Эрик нашел одного из своих дядьёв и поддерживает с ним отношения.

В 1985 году Швейг исполнил свою первую роль в театре, в экспериментальной любительской постановке. Через два года ему предложили пробы на роль в фильме «Родник шамана». Не имея ни опыта, ни серьезной подготовки, он все же рискнул и получил роль, которая открыла ему путь в киноиндустрию.

Скромняга (по мнению коллег), он вспоминает свою работу в «Последнем из могикан» скорее как необходимость «постоянно много бегать», чем «вживаться в образ». Но вживание прошло более чем органично, может быть, еще и потому, что Эрика позвали сюда духи предков. Во всяком случае, он сам так считает.

Пятый в списке пятидесяти самых красивых людей в мире (по версии журнала «Пипл», 1993 год), Швейг снялся более чем в тридцати фильмах, включая свою звездную картину и многочисленные телевизионные сериалы.

В девяностые годы Швейг заинтересовался изготовлением ритуальных масок по мотивам оригинальных эскимосских масок-духов прошлых веков. Он и сам стал делать маски инуит, причем настолько интересные, что в узком круге посвященных их считают произведениями искусства. Актер же воспринимал свое увлечение как терапию, которая позволила ему смягчить негативный опыт несчастливого детства и, по его словам, восстановить духовную связь с предками-индейцами.

Человек с непростой судьбой, актер, художник — Швейг навсегда останется образом благородного Ункаса, истинным воином, готовым погибнуть за честь той, которой отдал свое сердце.

ДВЕ АЛИСЫ МОНРО

«Алиса Монро», она же актриса Джоди Мэй, родилась в 1975 году в Лондоне. Мать — француженка, отец — немец. Свою карьеру в кино Мэй начала в возрасте тринадцати лет, снявшись в фильме «Разделенный мир». Эта картина принесла юной леди немало наград.

Победа в Каннах в номинации «Лучшая женская роль» (приз поделен между ней, Барбарой Херши и Линдой Мвузи). Пальмовая ветвь в Каннах — «Лучшая актриса». Награда Лоренса Оливье — «Самый многообещающий новичок». Награда Круга Нью-йоркских Критиков — «Лучшая женская роль второго плана». Восьмая Ежегодная награда Феннекус — «Лучшая несовершеннолетняя актриса».

Юное дарование по настоянию родителей, желающих видеть дочь истинной леди, окончила Кэмденскую школу для девочек, колледж Уэдхем в Оксфорде по специальности «английская литература». Помимо английского, прекрасно владеет французским.

В одном из интервью Джоди посетовала, что ее роль в «Последнем из могикан» осталась на полу монтажной. Одна из причин — отсутствие экранного времени и неусыпное наблюдение мамы Джоди, присутствующей на съемках. Она была категорически против любовных сцен и никаких вольностей Манну не позволила.

В фильме две любовные линии: Кора — Соколиный Глаз и Алиса — Ункас. Любопытно, что сначала второй пары вроде и не замечаешь. Ункас как будто избегает девушку, и Алиса не смотрит на него.

В картине всего два эпизода об их любви. И все. В сценарии же прописано, как развивается эта линия — там много трогательных моментов. И сцена в пещере, когда Ункас прижимает Алису, оберегая ее, гораздо больше и заканчивается иначе. Ну, что сделано, то сделано.

Она не похожа на сестру и поначалу производит впечатление безвольного существа. Но ведь Алиса всего лишь перепуганная, юная девушка. Ей нужны отец и сестра, их забота. Однако на краю гибели в ней вдруг проявляется то, что было сокрыто до этой поры.

Немой диалог за минуту до того, как Алиса бросилась со скалы, вслед за убитым Ункасом, — вершина актерского мастерства. Равно как ее взгляд на краю скалы, еще живой, испуганный, и после, когда Алиса глянула вниз и сделала выбор — уже нездешний, полностью отстраненный. И даже Магуа, прочитавший в ее глазах готовность к смерти, опустил окровавленный нож и стал подзывать рукой…

КОРА. НЕ ДАТЬ ИСКРЕ ПОГАСНУТЬ

Мэдлин Стоу (Кора) — эталон того, какой должна быть женщина, попавшая в трудное время в отчаянную ситуацию. Роль утонченной и отважной аристократки принесла ей признание критиков и стала переломной в карьере.

«Кора Монро» родилась в городе Игл-Рок (пригород Лос-Анджелеса). Старшая — в семье из трех сестер в семье эмигрантки из Коста-Рики Миреи Моры и Роберта Стоу, инженера из Орегона.

Интересно, что в возрасте десяти лет Стоу начала брать уроки игры на фортепиано у знаменитого Сергея Тарновского, эмигранта из России.

Мэделин изучала журналистику в Университете Южной Калифорнии. Именно там она заинтересовалась актерским мастерством и решила попробовать силы в одном из театров в Беверли-Хиллз, где встретила агента. Тот вскоре нашел ей работу — Мэделин дебютировала в 1978 году в эпизоде полицейского телесериала «Баретта», а затем продолжала появляться на телевидении, в шоу «Удивительный Человек-паук», «Барнаби Джонс» и «Маленький домик в прериях».

В 1978 году Стоу сыграла свою первую главную роль — мать Иисуса в телефильме «Рождество». После она снялась в еще нескольких телефильмах: «Зверобой» (1978 год), «Амазонки» и «Кровь и орхидеи» (1986 год). Так что «индейская тема» Купера ей хорошо знакома.

Умная и самоотверженная, Кора одновременно хрупка и женственна. В конце картины Манн соединяет ее с Натаниэлем — вопреки роману, но в полном соответствии с логикой фильма. Идет война, вокруг гибнут люди, но Кора и Соколиный Глаз не дают искре, вспыхнувшей между ними, угаснуть! Так и должно быть — только любовь может дать жизнь и спасти мир.

«ПАМЯТНИК КАМЕРОНАМ. И МОЕМУ НАРОДУ…»

Майкл Манн привнес то, чего не было в оригинале у Купера — обвинение Западному миру («Я думал, что британская политика — сделать Англией весь мир, сэр») и предсказание того, что он, этот мир, отнюдь не вечен.

— Вы из форта Уильям-Генри? — спрашивает следопыта майор Дункан Хейворд, сопровождающий сестер Монро.

— Нет, — кратко отвечает Натаниэль.

— Тогда из форта Эдвард?

— Мы идем на запад, в Кентукки, — уходит от прямого ответа следопыт.

— Там война. Как же вы направляетесь на запад? — допытывается майор.

Остановившись, Натаниэль отвечает:

— Мы направлялись на север. А потом повернули налево.

— Я думал, что все колониальные разведчики в ополчении, — с вызовом говорит майор Хейворд. — Ополченцы сражаются с французами на севере.

И встречает твердый взгляд следопыта, который вносит ясность:

— Я не разведчик и не вхожу в ваше чертово колониальное ополчение. Теперь вам все ясно?

Однако вместе с Чингачгуком и Ункасом он спасает незнакомых ему людей, и делает это сперва по велению долга — но не того, который обусловлен присягой, данной Его Величеству, а потом повинуясь чувству любви и глубокой симпатии.

В начале фильма между Корой и Натаниэлем происходит короткая стычка. Соколиный Глаз отказывается хоронить убитых карателями колонистов Камеронов, чтобы не дать возможность преследователям напасть на след дочерей Монро.

Ночью путники расположились на ночлег в лесу, и между Корой и следопытом состоялся разговор. Пожалуй, его можно считать ключевым во всем фильме.

— Почему вы их не похоронили? — спрашивает Кора.

— Идущий по нашему следу сразу же понял, что мы были там.

— Вы знали их?

Натаниэль оборачивается, но ничего не говорит.

— Вы поступили так ради нас. Извините. Я вас не поняла.

— Ну, этого следовало ожидать. Мой отец…

— Ваш отец? — удивляется Кора.

— Чингачгук предупреждал о людях вроде вас.

— Неужели?

— Он говорил: «Не пытайся их понять».

— Что?

— И не пытайся их заставить понять тебя. Потому что они другого племени и ничего не понимают.

Шум заставляет Соколиного Глаза схватиться за оружие. Смутными тенями приближаются каратели. Достав припрятанный пистолет, Кора ложится рядом, готовая принять бой.

Однако дальше индейцы не идут, испугавшись ступить ночью на землю захоронений, где прячутся беглецы, и также тихо, осторожно ступая, растворяются в ночном лесу вместе с кураторами-французами.

— «Другого племени? Ничего не понимаем», — с обидой повторяет Кора слова следопыта относительно женщин.

— Вы, мисс, исключение из правил.

— Большое спасибо, — говорит Кора и отворачивается. Но, быстро поборов обиду, спрашивает: — А где ваша семья?

— Они похоронили моих родителей и сестер. Чингачгук подобрал меня и воспитал как сына.

— Мне очень жаль…

— Я их не помню. Мне было год или два.

— А как вы выучили английский?

— Отец отправил меня с Ункасом к священнику в школу Ви Локк, когда мне было десять.

Следопыт отвечает односложно. Его слова накладываются на потрясающей красоты музыку, которая потихоньку возникает «из ниоткуда».

— Почему эти люди жили в небезопасном месте? — интересуется Кора.

— Отслужив семь лет по контракту в Виржинии, они приехали сюда. Только пограничные земли доступны беднякам. Здесь они никому ничем не обязаны. Их фамилия — Камерон. Джон и Александра Камерон.

Кора смотрит в распахнутое звездное небо. И Натаниэль поднимает взгляд вслед за ней — их души уже вместе, и они оба уже понимают это, чувствуют. А музыка нарастает и захватывает все вокруг.

— Народ моего отца говорил, что при рождении Солнца и его брата Месяца умерла их мать. И Солнце предало земле ее тело, из которого возникает все живое. А из ее души оно извлекло звезды и бросило их в ночное небо — в память о ее душе.

И Натаниэль снова замолкает, обводя взглядом небесные россыпи.

— Так что это памятник Камеронам. И моему народу тоже, как я думаю.

— Вы правы, — говорит Кора, — всматриваясь в Натаниэля, — мы не понимаем, что происходит. И все не так, как я это себе представляла в Лондоне и Бостоне.

— Я вас разочаровал?

— Нет, напротив. Это меня взволновало больше, чем я могла вообразить.

После чего Кора отворачивается и ложится на жесткое лесное ложе. Все сказано. Не словами — взглядами. А в сцене у водопада, прощаясь с Соколиным Глазом, Кора крикнет: «Если случится худшее, тот из нас, кто выживет, сохранит частичку другого».

ЧТОБЫ ТРУДИТЬСЯ И СРАЖАТЬСЯ

«Последний из могикан» дает надежду. Если такие кинокартины выходят на Западе (пусть и два десятка лет назад), значит не все потеряно. И мы знаем это, помимо всего прочего, по сражающимся в Новороссии добровольцам из Франции, Италии, Германии и даже США. Они не наемники, а именно добровольцы, рискующие собой ради Идеи.

Любовь объясняет поступки положительных героев «Последнего из могикан». И даже майор Хейворд, антагонист и соперник Соколиного Глаза, жертвует собой ради этой высшей любви, очищенной в пламени индейского костра, разведенного под его ногами. Только она может спасти мир. Особенно теперь, когда наш мир снова в огне.

В режиссерской версии финальный монолог Чингачгука — словно приговор западной цивилизации. Кстати, в американском кинопрокате он был вырезан по цензурным соображениям.

…Их трое на высокой горе, там, откуда открывается завораживающий вид на суровый, дикий край, — Чингачгук, Натаниэль, Кора.

Чингачгук:

— Граница движется вместе с солнцем, вытесняя краснокожих из этих диких лесов, до тех пор, пока места для них не останется совсем. И тогда нашего народа не станет вовсе, или мы перестанем быть самими собой.

Соколиный Глаз:

— Это говорит печаль моего отца.

Чингачгук:

— Нет, это правда. Граница — это место для таких людей, как мой белый сын, его женщина и их дети. Но однажды границы больше не станет. И люди, подобные тебе, тоже уйдут, как и могикане. Придут новые люди, чтобы трудиться и сражаться. Кто-то из них устроит здесь свою жизнь. Но однажды мы были здесь! 

 

ЕГОРОВА Ольга Юрьевна, родилась в Калуге.

   Выпускница факультета журналистики Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова. В 1997 году была ответственным секретарём журнала «Профи».

На протяжении шести лет, с 1998‑го по 2004 год, являлась редактором отдела культуры в газете «Спецназ России», издаваемой Ассоциацией ветеранов подразделения антитеррора «Альфа». Опубликовала большой цикл статей, посвящённых женщинам в истории отечественной разведки.Автор книги «Золото Зарафшана»

Газета «СПЕЦНАЗ РОССИИ» и журнал «РАЗВЕДЧИКЪ»

Ежедневно обновляемая группа в социальной сети «ВКонтакте».

Свыше 38 000 подписчиков. Присоединяйтесь к нам, друзья!

 http://vk.com/specnazalpha

 

Оцените эту статью
12529 просмотров
нет комментариев
Рейтинг: 4.8

Написать комментарий:

Общественно-политическое издание