24 января 2018 06:48 О газете Об Альфе
Общественно-политическое издание

Подписка на онлайн-ЖУРНАЛ

ОПРОС

КАКОЕ ИЗ НАЗВАНИЙ ВАМ БОЛЬШЕ ВСЕГО НРАВИТСЯ?

АРХИВ НОМЕРОВ

Журнал «Разведчикъ»

Автор: Павел ЕВДОКИМОВ
ДВОЕ ИЗ «НОРД-ОСТА»

3 Октября 2012
ДВОЕ ИЗ «НОРД-ОСТА»
Фото: Национальные герои

Мюзикл «Норд-Ост», Московская Дубровка — эти два понятия давно уже воспринимаются как единое и трагическое целое. И открывается оно именем Ольги Романовой, прошедшей в захваченное террористами здание ранним утром 24 октября 2002 года. Она — первая кровь «Норд-Оста».

Национальные герои

Одним из тех, кто на Дубровке рисковал собой, спасая заложников, был майор «Альфы» Юрий Данилин. Ко времени проведения спецоперации Романова была уже мертва. А он, офицер спецназа антитеррора, который шел по ее следам, погибнет весной 2004 года, уничтожая вербовщика смертниц для «Норд-Оста».

Оба они, Юрий Данилин и Ольга Романова, учились в одной и той же средней школе №469, располагавшейся возле метро «Пролетарская». Ныне она переехала из старого здания постройки тридцатых годов, которое было снесено, в новое — высокое, светлое и просторное.

Есть нечто мистическое в том, что Романова, пусть и уроженка этих мест, смогла миновать все кордоны и беспрепятственно войти в здание. Для поступка, совершенного Ольгой, требуется недюжинная воля и вера в свою правоту — Романова, названная в фильме Би-Би-Си «русской национальной героиней», обладала и тем, и другим.

Романова. Обычная московская девушка из небогатой семьи. Красивая, добрая. Выделялась обостренным чувством справедливости и боевым характером. И еще — Верой. Наверное, именно Вера и привела ее в «Норд-Ост» для того, чтобы попытаться переубедить совершающих зло террористов. Наивно? Возможно. Но только не для нее.

Данилин — уроженец Москвы; пролетарий и по происхождению, и по месту жительства. В общем, парень с «Пролетарской». Отец, Николай Афанасьевич, трудился на автомобильном заводе имени Лихачёва, мама, Татьяна Романовна, работала на предприятии «Стройдеталь».

Юрий родился 20 октября 1965 года. Вместе с ним на свет появился брат Анатолий. Гибкий, подвижный, — он вполне мог оказаться на профессиональной сцене, но судьбой было определено иное, нежели народные танцы. Учился в школе, затем пошел в профессионально-техническое училище связи №14, что на Больших Каменщиках.

Юрий Данилин (слева) во время одной из спецопераций

…От трамвайной остановки в центре Таганской площади к СПТУ вела неширокая дорожка, вымощенная булыжником. Кирпичный забор, за ним — глыба кирпичного здания сороковых годов постройки. Из этих стен столичная телефонная связь получила десятки тысяч квалифицированных специалистов.

Училище готовило механиков по ремонту радиотелевизионной аппаратуры и электромонтеров для Московского городского телефонного узла — в столице усиленно развивалась сеть автоматических станций, и каждая пара квалифицированных рабочих рук была на вес золота.

Казалось, пути-дорожки Данилина определены. С 1984-го по 1986 год он проходил службу в армии. После учебки, находившейся в уральском городе Актюбинске, его направили на Крайний Север — в центр дальней связи «Редуктор» («Рубин»), что на Чукотке. Объект, находившийся в шести километрах к западу от поселка Мыс Шмидта, являлся частью армейской тропосферной системы «Север». Работы хватало.

Зимой «точку», состоявшую из кунгов и щитовых домиков, накрытых общей крышей, заносило снегом. Свирепствовали ветра… Хуже, чем мороз. Борей дул непрерывно — и днем, и ночью. Пустая бочка, к примеру, спокойно могла взлететь, поэтому их набивали камнями и вкапывали. Или убирали под сопку.

Там, на Чукотке, Юрий отморозил себе лицо. Да так, что в последующие годы, засыпая ночью, закрывал его подушкой. Поразительно, но точно такая же привычка у его дочки Маши — хотя она Чукотку и в глаза не видела, и тем более не знает, что такое обморожение. И на тебе!

Говорят, что от «Рубина» остались большие антенны, которые можно увидеть с любого места…

Демобилизовавшись, Данилин пошел работать по специальности на телефонный узел. От этого периода его жизни дома скопилось много запчастей, включая раритетные телефонные диски. А затем Юрий решил круто изменить свою жизнь — в 1987 году, помня о собеседовании в военкомате, подал документы в КГБ. После соответствующей проверки он был зачислен в Пятнадцатое управление Комитета. Теперь он был прапорщиком в оперативно-постовой службе.

Во время событий «Норд-Оста» дочке Данилина исполнилось четыре месяца

Через некоторое время примеру брата последовал и Анатолий. В мае 1988-го, пройдя длительную проверку, он стал сотрудником Седьмого управления КГБ. Его начальником в 6-м отделе стал участник штурма дворца Амина Олег Александрович Балашов. Он же потом и порекомендовал молодого сотрудника, когда тот обратился к нему с просьбой относительно Группы «А». До этого он два года упорно тренировался, чтобы соответствовать уровню легендарного спецподразделения.

Юрий буквально бредил службой в «Альфе». В подразделение он был зачислен в начале 1993 года. Братья служили в разных отделах. А потому командировки у них не совпадали: один возвращался домой, а другой улетал на Северный Кавказ.

Для многих людей, желавших посвятить себя «такой профессии — Родину защищать», это было очень трудное время, время выбора: или, несмотря на смуту и развал государства, все-таки идти служить, или заняться иным делом на вольных хлебах, без обременительных для семейного бюджета погон. Данилин стал, по выражению полковника Юрия Дёмина (офицера, принимавшего его в подразделение) «первой ласточкой нового призыва».

…С будущей женой Еленой они вместе учились в Академии ФСБ.

— Когда он приходил, — вспоминает она, — и улыбался своей безумно обаятельной улыбкой, мир начинал вертеться вокруг него. Серый зимний день оборачивался весной.

Когда Данилины пришли в ЗАГС, то для боевого офицера не нашлось места в льготной очереди.

— Приходим, кругом милые, отзывчивые люди, — рассказывает Лена. — Выслушав, отослали нас к директору, потому что «мест нет». Ладно! Объясняем уже директору ситуацию и просим расписать нас без очереди. Та говорит: «Ну что ж, я могу предложить место через месяц. Как раз проверите свои чувства».

Характерно, что Юрий наотрез отказался воспользоваться служебным положением и достать свое удостоверение: «Я стесняюсь, ничего говорить не буду».

— Он никогда не козырял местом службы, — продолжает Лена. — И вот теперь он сидел и терпеливо слушал эту особу, предлагающую нам «проверить чувства». Я не выдержала: «Вы знаете, Юрий Николаевич — сотрудник специального подразделения, и он уезжает в командировку». — «А надолго?» — «На месяц» — «Вот и отлично! Через месяц придете, и мы вас распишем». И тут молчавший Юра уточняет: «Понимаете, я могу не приехать» — «Тогда несите справку с работы».

Требуемая бумажка была выдана, и Данилиных расписали.

Единственный раз Данилин пропустил командировку, когда родилась Маша. До этого он в очередной раз вылетел на Северный Кавказ. Пришел к жене, которой предстояло лечь в больницу на сохранение ребенка, и сказал: «Мне ненадолго нужно съездить в Чечню». — «Юра, ну разве так можно?!» — «Да ты не волнуйся! Тебя не успеют выписать, как я уже вернусь».

В период событий «Норд-Оста» дочке исполнилось два месяца. Ее появление на свет стало для Данилина настоящим праздником, он же подобрал ей имя, привел такой веский довод: «Так ее же весь наш отдел Машей называет!»

У него наступил период жизни, полный надежд, планов на будущее. Прежде чем перевезти семью в новую квартиру, Юрий сделал там полный ремонт, приобрел всю необходимую бытовую технику и даже оборудовал отдельную детскую комнату.

— Мы переехали за один день, нам помог Олег Пащенко, — рассказывает Елена. — Когда пришли с Машей, то увидели, что у нас есть действительно свой дом.

Как-то Лена спросила мужа — почему он долго не обзаводился семьей? Ответ был исчерпывающий: «Некогда было, постоянно воевал». И действительно, в качестве бойца антитеррора Данилин за десять с лишним лет участвовал более чем в двадцати специальных операциях в различных регионах страны, находился на острие событий в Будённовске. Анатолий со своим отделом в это время был в Грозном и, конечно, рвался туда, где решалась судьба всей страны, судьба его брата.

Мельникова, 7

Наступила осень 2002-го. В Москве давали «Норд-Ост» — первый и, пожалуй, единственный патриотический мюзикл для детей и взрослых. Как писали тогда: «Превосходная музыка, живой оркестр, потрясающие декорации и невероятные спецэффекты. Каждый вечер на сцену садится самолет-бомбардировщик в натуральную величину».

Улица Мельникова, 7. Бывший Дворец культуры 1-го Государственного подшипникового завода (ГПЗ № 1). Тут же, под одной крышей с ним, разместился филиал «свободы нравов». Как сообщалось в прессе, «часть здания Театрального центра на ул. Мельникова арендована под клуб гомосексуалистов «Центральная станция».

Таково место трагедии, которая имела шансы многократно превзойти Будённовск и привести к катастрофическим последствиям для нашей страны.

…Есть люди, которые буквально физически не могут смириться с чужой болью, страданием, чинимым над кем-то насилием. Они таковы от рождения, и это великий дар. Потому и говорят — «свет не без добрых людей», такие личности проявляются, даже если этому не способствует окружающая действительность.

Процент таких жертвенных натур в обществе — процент надежды. К числу таких принадлежали и сотрудники Центра специального назначения ФСБ, и скромная москвичка Ольга Романова. Она пошла в «Норд-Ост» не по должности или ради популярности, а по велению сердца.

Из многих тысяч человек
Нашлась одна девчонка,
Что в этот двадцать первый век
Не отошла в сторонку!
Четверг 24 октября. 3 часа 30 минут.

Через открытую площадку перед бывшим ДК по расцвеченному огнями «Норд-Оста» асфальту твердо, уверенно вышагивает девушка в черной куртке. Идет неспешно, однако довольно бодро — танцующей походкой, чуть покачивая бедрами.

На ходу поправляет капюшон, проходит мимо припаркованных перед ДК автомобилей, поднимается на три ступеньки и — оказывается перед прозрачными дверями.

По церковному канону человек, принимающий иноческий постриг, должен сам подать ножницы тому, кто совершает обряд. Епископ или игумен трижды роняет их, вопрошая: «Сознаешь ли, что навсегда отрекаешься от мира?» То есть трижды даёт возможность передумать.

Так и Ольга, словно перед отречением от прежней жизни, несколько раз пыталась открыть двери — одну, другую, двери были заперты, а потом, пройдя вдоль фасада, скрылась в темноте за колоннами.

Поступок, совершенный Ольгой Романовой, многим показался безрассудным, даже безумным — людям, далеким от героических традиций своих предков и живущим вне духовных реалий. Сильное и спонтанное чувство, рожденное в опаленной чужой бедой душе, спишут на алкогольное или наркотическое опьянение, несмотря на результаты медицинской экспертизы. Что ж, во все времена люди, неспособные на такой мужественный шаг, органически не воспринимали героев.

Точно также обыватели не воспринимают подвиг спецназа — будь-то в Будённовске, на Дубровке или в Беслане…

Это только малая часть арсенала террористов из «Норд-Оста»

Ольга Романова прошла вперед по коридору вдоль зрительного зала и через боковую дверь рядом со сценой вошла внутрь, сопровождаемая несколькими галдящими террористами. Прямо с порога прозвучал ее звонкий голос:

— Что вы творите, людей напугали?! Убирайтесь отсюда, быстро!

— Ты кто такая?! — спросил главарь Мовсар Бараев, ошеломленный неожиданным появлением.

Но Ольга, оттолкнув его рукой, успела обратиться к залу:

— Люди, чего вы боитесь, расходитесь по домам! Они же клоуны! — крикнула она заложникам.

— Девушка, садись скорей, они же тебя убьют! — ужаснулись в зале.

Прикладами ее швырнули в кресло.

Бараев:

— Ты как сюда зашла?

Ольга:

— Обычно, через двери! Я всю жизнь в этот ДК хожу еще со школы.

Бараев:

— Зачем пришла?

…До заложников долетали только обрывки ее слов, но они хорошо запомнили интонацию — Ольга отвечала смело, даже дерзко. И это еще больше заводило террористов.

— Тише-тише! Нельзя так говорить! — раздались испуганные голоса.

Вдруг с балкона резанул выкрик одного из террористов, взбешенного тем, что из-за какой-то девчонки ситуация может выйти из-под контроля:

— Мовсар, расстреляй ее! Надоела!

— Это провокатор! — обратился Бараев к заложникам. — Такие были в Будённовске. Ее надо расстрелять.

Ольга взглянула на него:

— Ну, давай-давай! Веди!

В этот момент один из террористов рванул ее за плечо.

— Не убивайте ее. Да она пьяная, пьяная! Не надо! — раздались отчаянные крики.

Высокий террорист вывел Ольгу через боковую дверь с левой стороны зала, — она не сопротивлялась. Толкнул ее в сторону гардероба, так что девушка исчезла из поля зрения даже тех заложников, которые сидели рядом с выходом, и поднял автомат…

В последний миг, должно быть, Ольга успела обернуться и сделать шаг в сторону своего убийцы — эксперты позже определят, что она получила три пули в грудь, а ладони были обожжены пороховыми газами. Убив человека, «воин Аллаха» вернулся в зал и закрыл за собой дверь.

Расстреляв ее, «люди, не имеющие национальности и религии», зримо и бесспорно обнаружили свое истинное лицо, избавив мир от лишних опасных иллюзий по поводу их возможного «благородства и благоразумия». Впрочем, профессионалам из «Альфы» и «Вымпела» это было и так понятно.

Распиаренные «шахиды» на поверку оказались обычными бандитами. А вот действительно отдать жизнь за идею смогла русская молодая женщина, и идея эта — не место в раю, не встреча с «райскими гуриями», обеспеченная кровью «неверных», а спасение реальных людей, спасение достоинства своей страны.

В тот же день был подло убит и подполковник Константин Иванович Васильев из Сарова, вошедший в здание «Норд-Оста» в полной офицерской форме и предложивший себя в заложники вместо детей и женщин. И таких людей, готовых предложить себя в обмен на заложников, в те дни было немало.

…О захвате участников и зрителей мюзикла «Норд-Ост» Данилины узнали вечером. Сообщение о тревоге пришло на пейджер. Прочитав его, Юрий коротко сказал: «Война». Братья тут же собрались и ушли.

За «Норд-Ост» Юрий Николаевич награжден орденом Мужества.

Людей в «Норд-Осте» освобождали оба брата, Юрий и Анатолий. В театральный комплекс в составе штурмовых групп они заходили с разных направлений, а встретились в зале. Домой вернулись вымотанные, черные, грязные. Живые.

По словам Елены, до этого времени она до конца не осознавала, насколько все это страшно — терроризм, захват заложников… А тут война пришла непосредственно в Москву.

Муж рассказывал о том, как только что вышедшие из боя спецназовцы, словно заведенные, выносили из зала и складывали спасенных людей на асфальт. Очень переживал за людей.

Елена и Маша Данилины с вице-президентом Международной Ассоциации «Альфа» Сергеем Поляковым. Снегири, 2009 год

Вспоминает Елена Данилина:

— Дочка Маша была совсем маленькая, когда Юра первым делом повез нас на Николо-Архангельское кладбище. Показал аллею, рассказал обо всех, кто там лежит. Помню, была свежая могила Карпухина, еще без памятника. А сейчас, когда приходишь, то видишь «лес» из надгробий… Когда мы с «альфовскими» девочками приезжаем туда, то наши дети чувствуют себя как дома: каждый бежит к своему памятнику. Слезы наворачиваются.

Как и полковник Савельев, Юрий Николаевич не афишировал, что был верующим. Однако не просто заглядывал в храм, а отстаивал литургии, а когда вместе с Леной они гуляли в Царицынском парке, обязательно заходил в храм Божией Матери «Живоносный источник» и ставил свечи об упокоении всех погибших сотрудников «Альфы».

Восхищаясь воссозданным Царицынским дворцом, Лена не подозревала, что в середине 1970-х годов эти недостроенные руины использовались первым составом Группы «А» для зачетных учений по освобождению заложников. Собственно, отсюда и начиналось легендарное подразделение.

«Одноглазый Бакар»

Погиб Юрий Николаевич 8 апреля 2004 года при выполнении боевой задачи в станице Шелковская Наурского района Чечни. Он находился в составе сводной оперативно-боевой группы и непосредственно участвовал в задержании ближайшего подручного Шамиля Басаева — Абу Бакара Висимбаева, по кличке «Одноглазый Бакар». Именно этот полевой командир отвечал за подбор смертниц для акции в Театральном комплексе на Дубровке.

Обитатели исламского Ада. Справа — Абу Бакар Висимбаев, тот самый

На тот момент Маше исполнилось полтора годика. Она уже хорошо ходила, и могла самостоятельно вылезать из кроватки.

Елена описывает последний вечер:

— Я уложила дочку спать, а сами мы сели разговаривать. И тут приходит Маша. Взяла свои игрушки и пришла к нам. Прилегла, потом заснула. До этого она никогда так не делала. Мы отнесли ее в кроватку. А на рассвете Юра уехал.

Был вечер 7 апреля. На следующий день начальники отделений поставили перед сотрудниками задачу, предварительно провели боевой расчет, всех разбили по группам. Действовать предстояло двумя группами — отделения «А» и «В».

В ту последнюю командировку Данилин часто звонил жене по спутниковому телефону, чего прежде за ним не водилось. В какой-то момент его голос предательски дрогнул: «Я вас так люблю…» Почувствовав состояние мужа, заволновалась и сама Лена: «Ты там, смотри, аккуратнее, у тебя же малолетняя дочь».

Утром, перед выездом, до спецназовцев была доведена новая задача: ожидается адресная работа, нужно брать некоего фигуранта. Выдвинулись в Грозный. Определили, что «Альфа» отвечает за оцепление, «Вымпел» — за работу в адресе.

Около шести часов утра спецназовцы заняли позиции, накладным зарядом открыли дверь — адрес оказался пустым. Такое бывает! Тут опера сообщили, что в станице Шелковской обнаружилась еще одна точка приложения сил. Командиры понимали, что пока группа доберется, то от рассвета, когда предпочтительнее всего действовать, останется одно воспоминание. Информацию, тем не менее, необходимо было отработать.

Выдвинулись в Шелковскую. Теперь по адресу работала Группа «А», а коллеги из «Вымпела» блокировали адрес. Еще по пути Александр Колбанов, как старший группы захвата, провел боевой расчет.

На окраине станицы простояли минут пятнадцать — ждали, пока опера уточнят горячую информацию. В итоге получилась импровизация: ворота, забор, вход… Не говоря уже о внутреннем расположении. Работать пришлось с ходу, чтобы не упустить «клиента».

Несколько слов об этом выродке. «Одноглазый Бакар» родился в селе Дышне-Ведено. Своим прозвищем он обязан детской бытовой травме, из-за которой лишился правого глаза. Висимбаев прошел обучение диверсионному делу в одном из лагерей Хаттаба под Сержень-Юртом. Здесь, помимо прикладных навыков убийства людей, он сносно освоил арабский язык, чем выделился среди прочих курсантов. С этого времени вся его деятельность была прочно связана с агрессией на российской земле «чистого ислама». Именно от арабских инструкторов он перенял дешевые, но эффективные методы борьбы с помощью «живых бомб».

В 2001 году, согласно оперативной информации, Висимбаев стал личным охранником у Шамиля Басаева. Это был знак особого доверия. А через год он уже руководил собственной бандой из десяти человек.

Сделав ставку на «Одноглазого», Шамиль Басаев выделял его и в дальнейшем. В частности, он сделал его ответственным за вербовку «черных вдов» для совершения особо важных террористических актов, среди которых — «Норд-Ост». Одной из смертниц была Зулихан Элихаджиева, совершившая 5 июля 2003 года теракт в Тушино во время проходившего там рок-фестиваля «Крылья любви».

Другой жертвой психологической обработки стала осужденная Московским городским судом Зарема Мужахоева, пытавшаяся пронести сумку с «адской бомбой» в ресторан «Мон-кафе», расположенный в столице на Тверской улице.

Висимбаев был женат на родной сестре Рустама Ганиева. Тот за три тысячи долларов продал для изготовления «шахидок» двух своих сестер — Фатиму и Милану — в отряд Мовсара Бараева. Обе были ликвидированы сотрудниками спецназа ФСБ во время освобождения Театрального комплекса на Дубровке.

Абу Бакар совместно с Рустамом Ганиевым был причастен к организации двух масштабных терактов на территории Чечни с использованием смертниц: во время религиозного праздника в селении Илисхан-Юрт, где главной мишенью «моджахедов» был глава Чечни Ахмад Кадыров, и в населенном пункте Знаменское.

И вот двое жителей станицы Шелковская опознали Висимбаева: террорист скрывался в доме своих родителей, где проживал также его брат со своей семьей. Полученную агентурную информацию нужно было незамедлительно реализовать.

Чтобы не рисковать, можно было уничтожить дом вместе с его обитателями. И поставить точку. Именно так зачастую поступают американцы в Афганистане, а до этого в «освобожденном» ими же Ираке. Но, вопреки укоренившемуся на Западе мнению относительно «зверств федералов в Чечне», спецназ ФСБ не мог позволить себе прибегнуть к этому эффективному, но бесчеловечному методу. «Альфа» всегда ставила жизни заложников и мирных людей превыше безопасности своих сотрудников.

В 8 часов 20 минут поступила команда. На двух «газелях» группы подскочили вплотную к адресу. «Вымпела» осуществили оцепление и блокирование. На их плечах «альфовцы» стали заходить в дом. На веранде — ремонт, что-то расширяли, старое еще не снесли, а новое уже поставили. Плюс строительный мусор. До входа получился узкий коридор. В этом пространстве спецназовцы, мужчины немаленькие, да еще в бронниках и разгрузках, потеряли на входе несколько драгоценных секунд.

Первым шел Дима Елизаров со щитом, вторым Саша Лялькин — он сразу повернул в правую от входа комнату. Александр Колбанов — третьим. Данилин за ним, замыкающим.

Войдя, остановились на кухне. Там никого не оказалось. Двое спецназовцев остались контролировать помещение. В следующем находились молодой мужчина, две женщины и ребенок. В конце большой комнаты обнаружился дверной проем. В тот момент, когда «щит» Елизаров направился туда, а Колбанов едва успел развернуть корпус влево, из-за полупрозрачной занавески раздалась автоматная очередь. Александр молниеносно ответил. Боевой контакт длился полторы секунды.

В те секунды Данилину хватило сил выйти, сказать ребятам: «Я ранен». И только потом он потерял сознание.

Рассказывает член Совета Международной Ассоциации «Альфа» полковник Александр Колбанов:

— Так получилось, что стрелять Висимбаев стал не в первого, кто вошел. Он понимал, что первый будет защищен и дал нам втянуться. Полторы секунды огня… и тишина. Я почувствовал сначала не боль, а будто выбили одну опору. Упал. Слышал, как ребята кричали: «Юра! Юра!» Я думал, что Данилин просто не успел за мной зайти. Понял, что сам серьезно ранен — левая нога не двигалась, была как чугунная. Перенес опору на правую, и, превозмогая сильную боль, продолжил держать дверь под прицелом.

По станции доложил Андрею Руденко, откуда велся бой и что, по-видимому, тяжело ранен — «ноге хана». В горячке не растерялся, а смог правильно поставить себе диагноз, благо «альфовские» врачи многому научили: кровотечение венозное, а значит… есть запас времени, чтобы не паниковать и разобраться в обстановке. Кость перебита, но нервы целы — пальцами можно шевелить.

…Услышав по станции возгласы, Колбанов понял: Данилин ранен. Зацепило и Александра Лялькина — левый голеностоп. Тот, однако, смог вытащить Колбанова в соседнюю комнату, оттуда через окно его эвакуировали на улицу.

Максим Шатунов перетащил Данилина к выходу, быстро сделал обезболивающий укол. Опустили на землю, стали раздевать, чтобы найти рану. И нашли… пуля сама выпала в ладонь одному из спецназовцев. Оказалось, Юру достали две бандитские пули. Но если одна попала в голень, не задев даже кости, то вторая ударила в бок и прошла через сердце.

В этом бою «Одноглазому» пришел конец. Еще один «режиссер» инфернального «Норд-Оста», устроенного террористами, получил по заслугам. Однако несколько секунд, потерянных спецназовцами на входе, дали ему возможность выбрать позицию и открыть прицельный огонь.

Указом Президента России от 17 июня 2004 года за мужество и героизм, проявленные при выполнении специального задания, майору ФСБ Данилину Юрию Николаевичу посмертно было присвоено звание Героя России.

Хозяева Москвы

Гражданская панихида и отпевание прошли в здании Культурного центра ФСБ на Лубянке. Впервые за все время гражданских панихид в этих стенах прозвучали слова православной молитвы. Тем более — на Пасху. До этого погибших в Чечне сотрудников «Альфы» и «Вымпела» отпевали в Елоховском кафедральном соборе, но на этот раз прощание и церковная служба прошли в одном зале.

Так получилось, что тот самый священник, что служил молебен перед отправкой в Чечню сотрудников из 2-го «михайловского отдела» — священник Александр Миронов — отпевал и майора Юрия Данилина.

После событий в Будённовске еще одним небесным покровителем Группы «А» стал святой князь Михаил Тверской, принявший мученический венец в Орде за своих земляков и за отказ переменить Веру. В истории Группы «А» есть несколько случаев фантастического везения, когда явное заступничество Свыше позволило избежать тяжелейших потерь. Например, на Дубровке, где смертницы, завербованные Одноглазым Бакаром, в момент штурма могли обрушить все здание, похоронив под его руинами и себя, и заложников, и спецназ ФСБ. К счастью, этого не произошло.

Похоронен майор Данилин в Москве на Николо-Архангельском кладбище. За годы службы в Группе «А» он был награжден орденом Мужества, медалями ордена «За заслуги перед Отечеством» 2-й степени, Суворова, «За участие в контртеррористической операции».

…Весной каждого года «альфовцы» проводят турнир по мини-футболу, посвященный памяти своего боевого товарища. Данилин любил эту игру, потому и решено было на день гибели проводить товарищескую встречу между ветеранами и действующими сотрудниками.

Не стал исключением и апрель 2012-го. На матче присутствовали Елена и Маша Данилины, вице-президент Ассоциации «Альфа» полковник Александр Репин, он же капитан команды, руководители подразделения.

Во время одного из турниров Захар Бугаев, ветеран подразделения, написал семье прямо на плакате такое четверостишие:

Он не ушел, он навсегда ведь с вами —
Гуляет вместе, плачет и смеется.
На жизнь он смотрит детскими глазами,
Оставшись в ней, он с вами остается.

Отдавая много времени службе, Данилин сильно переживал, что не может уделять должного внимания семье. Когда он вернулся из очередной командировки на Северный Кавказ — черный, загорелый — то Маша, которой исполнился годик, пролепетала: «Что это за дядя?»

Жене Юрий говорил: «Я ее наказывать не могу, я должен быть для нее все время добрый». А когда Маша первый раз назвала его папой, то у него потекли слезы…

Мама, Татьяна Владимировна, умерла рано, а отец прожил до старости, — и Данилин трогательно заботился о нем до самого последнего момента. Внимательный сын, любящий муж.

А еще Данилин страстно любил работу, которая являлась для него смыслом жизни, свой отдел и своих товарищей. Был искренен, прост в общении, из человеческих отношений выгоды для себя не извлекал. Если был уверен в своей правоте, то мог отстоять ее перед любым начальством. Даже если его точка зрения заведомо не понравится старшему по званию и должности.

Да, трудно забыть этого светлого, улыбчивого и бесконечно доброго человека, при этом мастера своего дела — настоящего бойца спецназа.

— Я хочу поблагодарить Юрин второй отдел, всех ребят, кто прошел испытание временем, за ту помощь и поддержку, которую они нам оказывают все прошедшие годы. Нам это важно, мы это очень ценим! — говорит Елена.

Помнят о своем выпускнике и в новой школе №469, где проводят Смотры строя и песни его имени. Придет время, и наверняка на фасаде здания появится мемориальная доска. Иначе просто и быть не может. Не должно, во всяком случае.

Осень 2012 года. Десять лет «Норд-Осту»…

Тогда, десять лет назад, было решено отменить торжества, связанные с 10-летием Ассоциации «Альфа». Но никто из нас не мог предположить, что развязка наступит через три дня… На вечер, который был организован в Культурном центре ФСБ, пришла элита страны, включая первых лиц государства.

«Фирменная» данилинская улыбка

Все, что произошло в Москве в те дни, имеет огромное духовное значение, которое нам еще предстоит осознать. Равно как подвиг сотрудников спецназа и Ольги Николаевны Романовой. Высший смысл ее смерти открывается нам только сейчас, спустя годы. Хотя уже тогда, в 2002-м, люди обратили внимание на «невообразимую случайность» — царское сочетание имени, отчества и фамилии.

Такая смерть — только для избранных…

История свидетельствует: выживают лишь те народы, которые способны духовным зрением увидеть, распознать своих подлинных, а не мнимых героев, пусть и не сразу. И сделать их символами народа, нации, государства, всей цивилизации.

Была «Ромашка» такой, как многие. И одновременно иной — по духу, сродни майору Юрию Данилину, офицерам «Альфы» и «Вымпела», шедшим в здание на верную смерть. Повела себя как настоящая москвичка, как хозяйка своего города. О себе с гордостью говорила: «Я — из рода Романовых!»

Таким же хозяином своей земли и судьбы был майор Данилин. Потому и выбрал профессию защитника страны от разного рода нечисти. И не допускал мысли, что можно в годовщину гибели не приехать на могилу боевого товарища, поскольку память о павших — свята!

 

Оцените эту статью
25056 просмотров
6 комментариев
Рейтинг: 4.9

Написать комментарий:

Комментарии:

Лапшов Владимир: Благодаря таким людям у нашего Государства есть запас прочности и будущее!
Оставлен 8 Апреля 2016 19:04:21
Тамара: До слез их жалко! И их семьи...Вечная память павшим героям! А действующим сотрудникам Покрова Божьего!!!
Оставлен 20 Октября 2015 19:10:26
Осинцев: Если наша память будет молчать о героях?как мы посмотрим в глаза своих детей?
Оставлен 28 Октября 2012 00:10:15
Общественно-политическое издание