15 декабря 2018 16:44 О газете Об Альфе
Общественно-политическое издание

Подписка на онлайн-ЖУРНАЛ

АРХИВ НОМЕРОВ

Заграница

Автор: Роберт Ивон
ПАМЯТИ «ДОНА ЛУЧО»

1 Сентября 2010
ПАМЯТИ «ДОНА ЛУЧО»

EL PUEBLO UNIDO JAMAS SERA VENCIDO!

КОНДОРИТО

Умер Луис Корвалан в своем доме в Сантьяго. В доме, где он прожил последние годы вместе с женой, младшей дочкой, ее мужем и тремя внучками. Писал статьи, работал в ячейке компартии и ЦК. «Коммунизм — та цель, к которой я стремился всю свою жизнь, — наступит. Падение Советского Союза стало огромным ударом для нашего дела, но флаг социализма и коммунизма поднят! Человечество должно идти к новому обществу», — не уставал повторять Луис Корвалан. Он очень хотел пережить генерала Аугусто Пиночета, борьба с которым долгие годы определяла его жизнь, и 10 декабря 2006 года его мечте суждено было сбыться.

«Дон Лучо» родился 4 сентября 1916 года. Во главе Коммунистической партии Чили встал в 1958 году в возрасте сорока двух лет, пережив до этого несколько арестов. С 1948 го по 1958 год КПЧ находилась вне закона, в подполье. Луис Корвалан был ее лидером с 1958 го по 1989 год.

«В Компартию Чили я вступил в феврале 1932 года, — рассказывал он о себе. — В те годы страна переживала глубочайший экономический кризис, вызванный Великой депрессией в США. Большинство предприятий и шахт были закрыты, а десятки тысяч семей были вынуждены покинуть свои родные места в поисках лучшей доли. Сокращение производства, массовая безработица привели к массовым выступлениям трудящихся. В результате народных выступлений пала диктатура Ибаньеса. Мало кто сейчас помнит, но именно тогда в Чили провозглашается «социалистическая республика», а в Сантьяго и других городах образуются Советы рабочих, солдат и крестьян. В те годы я был студентом педагогического училища. Однажды мои друзья пригласили меня на собрание партячейки, а спустя некоторое время я вступил в ряды коммунистической партии».

Он видел Чили страной, управляемой народом и во благо народа, и неизменно стремился к максимальной сплоченности всех тех, кто выступал за более справедливое общество. Крестьяне, затаив дыхание, слушали маленького «Кондорито» (так его прозвали в честь популярного героя комиксов, а кондор — символ страны), клеймившего американский империализм и латифундистов за то, что они грабили богатое природными ресурсами Чили, большинство населения которого прозябало в бедности.

Корвалан был одним из главных архитекторов альянса левых партий Unidad Popular («Народное единство»), который принес историческую победу Социалистической партии Сальвадора Альенде на президентских выборах 1970 года.

За тысячу и сорок один день своего существования правительство Сальвадора Альенде национализировало главное богатство Чили — залежи меди, находившиеся в руках североамериканских корпораций. То же самое было сделано и с железной рудой, углем, селитрой, цементом. Крупные текстильные фабрики и металлургические заводы стали государственными. 80 % экспорта и 60 % импорта отошли в госсектор. Кроме того, были экспроприированы 5 миллионов гектаров земли, что продолжило аграрную реформу, которую начало еще предыдущее правительство. Одновременно повысились доходы трудящихся, получило развитие здравоохранение, рос уровень образования населения.

После кровавого военного переворота Пиночета 11 сентября 1973 года, стоившего жизни президенту социалисту Сальвадору Альенде и многим чилийцам, Корвалан вновь оказался за решеткой — сначала в центре для депортированных врагов хунты на острове Досон, а затем в концентрационном лагере Питроке, где он провел около трех лет.

Вообще, за время диктатуры по политическим обвинениям в тюрьмах оказалось свыше ста тысяч чилийцев. Сколько сгинуло, этого точно до сих пор не установлено… Однако подсчитано: только при самом военном перевороте погибло или пропало без вести 3 тысячи человек — они были либо казнены в специально отведенных лагерях, либо захвачены по указанию властей, а затем убиты без суда и следствия.

Мы, советские люди, восприняли тогда смерть президента Альенде, сражавшегося в пылающем дворце «Ла Монеда», и расправу над певцом Виктором Хара как личное горе.

Вставай, вставай, к оружию, мой друг,

Шахтер, студент, рабочий, металлург,

Война идет, без гимнов и знамен,

Но мой народ не будет побежден.

Пока война идет, без гимнов и знамен,

Вперед идет Альенде батальон…

После расправы Корвалан стал наиболее известным чилийским политзаключенным. Кстати, его единственный сын умер от разрыва сердца в 1975 году, что стало следствием пыток, перенесенных на Национальном стадионе Сантьяго.

ОБМЕН В ЦЮРИХЕ

Во время заключения в 1975 году «дон Лучо» был удостоен Международной Ленинской премии, а 18 декабря 1976 го, как я уже говорил, в аэропорту Цюриха произошел знаковый обмен Корвалана на Владимира Буковского — тот был осужден на семь лет лишения свободы и пять лет ссылки за антисоветскую агитацию и пропаганду. Вообще, это был первый обмен Холодной войны, который провели сотрудники «Альфы», и мне руководством КГБ было доверено возглавить эту группу.

К этому времени международная акция в защиту Буковского приобрела необычайный размах и совпала по времени с возглавляемой СССР кампанией за освобождение Корвалана. Тот находился в тюрьме на одном из чилийских островов, затем через Францию его перевезли в Швейцарию. Сам «дон Лучо» думал, что его ведут на казнь, чтобы сбросить с самолета в море. Когда же узнал, что везут в Советский Союз, чуть было с ума не сошел от счастья, как признался позднее.

Мы обеспечивали боевое прикрытие — Николай Берлев, Сергей Коломеец, Дмитрий Леденев и я. Для полета Председатель КГБ Ю. В. Андропов предоставил свой самолет Ту-134. Вылетали из Чкаловского. Накануне ребята забрали Буковского из Владимирской тюрьмы и перевезли в Лефортово.

В Цюрихе, по прилете, наш лайнер был окружен вооруженными швейцарскими полицейскими и бронетехникой, напомнившей мне смешные трактора с пулеметами. По моим оценкам, человек семьдесят, не меньше, собралось по наши души. Потом на взлетно-посадочной полосе появился огромный черный лимузин, который привез Луиса Корвалана и его жену Лили.

Когда происходил процесс обмена, я спускался по трапу первым, за мной Буковский, причем два наших сотрудника шли по его бокам. Чтобы он вдруг не бросился вниз. Мало ли что может ему прийти в голову. Все неожиданности мы постарались исключить.

Внизу собралась толпа штатских. Какой то представитель США с очень красным носом распростер объятия, я то выхожу первым, и он мне часы стал совать. Подарок, что ли, хотел сделать? «Не надо, — говорю ему, — вон видишь…» Короче, обознался.

Корвалан поднялся по трапу с другой стороны вместе с женой Лили, мы не видели его. Когда получили сообщение, что они уже находятся на борту, вывели Буковского. Леденева тоже перепутали, на этот раз полицейские, за рукав хватали, — было такое.

Обратно мы летели в приподнятом настроении. Корвалан по русски не понимал, я — по испански. Единственное, что перевел представитель ЦК, так это слова Лили: «Мои родители всю жизнь мечтали посетить Советский Союз, и она горда тем, что сегодня она вместе с мужем летит в СССР». Это я четко помню.

В салоне нашим подопечным поставили спиртное, принесли закуску. Луис Корвалан пригласил нас. Он произнес тост, за него выпили. «Ну что, пили?» — спросил меня в Москве начальник нашего Седьмого управления Алексей Дмитриевич Бесчастнов. Я ответил утвердительно. На самом деле, я с ними не пил, зато ребятам разрешил. Помню, Коля Берлев взял у Корвалана автограф… В Минске мы доставили чилийцев по назначенному адресу и поездом возвратились в столицу.

Дальше были годы эмиграции в СССР. Корвалана любила вся страна, разучившая слова гениального поэта и композитора Серхио Ортеги: El pueblo unido jamas sera vencido! («Единый народ никогда не будет побежден!») — песни, ставшей символом борьбы за демократию сначала в Чили, а затем и во всем мире.

…Это был искренний и правдивый человек. Его внешний вид свидетельствовал о том, что он выходец из народа и защищает интересы народа. Невысокого роста, говорил убежденно, красиво. Даже профиль его был схож с характерным профилем индейца. Живое воплощение Чили — страны поэтов, художников и крестьян.

ВОЗВРАЩЕНИЕ

На чужбине Корвалан работал вместе с Володей Тейтельбоймом и другими изгнанными партийными лидерами над восстановлением почти уничтоженной Коммунистической партии Чили.

Несмотря на все условия, которые были созданы в Советском Союзе, он хотел вернуться в любимую, дорогую его сердцу Родину, чтобы заняться там практическим делом. Для него в КГБ была разработана спецоперация «Доминго», начавшаяся с изменения внешности. От длинного носа с горбинкой «дона Лучо» не осталось и следа, исчезли мешки под глазами… По документам Корвалан стал преподавателем из Колумбии Луисом Артуро Пересом.

В августе 1983 года он вылетел в Будапешт, а оттуда — в Буэнос-Айрес, после чего перебрался в Чили, где в течение шести лет, до падения диктатуры Пиночета, находился на нелегальном положении, рискуя своей жизнью. А после 10 октября 1989 года «вернулся» в страну уже официально.

До этого было разгромлено два подпольных Центральных комитета КПЧ, и был создан третий. Благодаря жестким и, как оказалось, эффективным мерам безопасности, дальнейших провалов удалось избежать.

В мае 1989 го «дон Лучо» оставил пост Генерального секретаря компартии. В 1995 году вышла его книга «Крушение советской власти», в которой «дон Лучо» назвал крах СССР трагедией мирового социалистического движения.

Я убежден: если бы все советские руководители были такими, как Луис Корвалан, то наша великая страна продолжала бы существовать. Спустя годы «дон Лучо» скажет, что, живя в Москве, он не понимал, как губителен застой. Не поймет он и не примет горбачевскую «перестройку».

В одном из недавних интервью, на вопрос о том, кто виноват в развале Советского Союза, Корвалан с огромным сожалением отвечал: партия. «Развилась бюрократия, был определенный отрыв партии от народа, — пояснял он свою мысль. — Но были и другие факторы. Нельзя не учитывать существовавшую угрозу третьей мировой войны. Советский Союз, который обеспечивал надежность мира, был вынужден нести огромные военные расходы, кроме того, Советский Союз помогал народам, освобождавшимся от колониализма, Вьетнаму, Кубе, африканским народам и т. д. Это было очень большим грузом для его экономики, что тормозило его собственное развитие. Это был важный фактор, осложнивший развитие страны. Но это, разумеется, не было главной причиной ее разрушения. Главная причина — в ее руководстве…

Горбачёв правил точно так же, как и те, кого он столько критиковал. Он правил, не опираясь на народ и на массы. Принимавшиеся им решения не были результатом дискуссии и обсуждения с участием всех. Я даже не говорю всего народа, они не обсуждались на уровне всей партии. Решения принимались только верхушкой».

Последние годы жизни Корвалан вместе с семьей провел в Сантьяго. Стены его дома среднего класса в районе Ньюньоа были увешаны портретами и фотографиями Че Гевары, Фиделя Кастро, классиков марксизма-ленинизма, а также его современников — коммунистических лидеров эпохи идеологического противостояния СССР и США, а также заставлены матрешками. У него будет пенсия в пятьсот долларов. Их не будет хватать, но он никогда не откажется от своих взглядов и от своей любви к городу Москве.

С момента обмена прошло почти тридцать пять лет… Минула эпоха, и уже нет страны, от имени которой мы действовали в Цюрихе, однако я бесконечно горд тем, что судьба свела нас, офицеров «Альфы», с этим незаурядным человеком, являющимся символом настоящего коммуниста и патриота своей страны.

Автор — командир Группы «А» Седьмого управления КГБ СССР. В спецподразделении с июля 1974 года.

Оцените эту статью
2040 просмотров
нет комментариев
Рейтинг: 3.2

Читайте также:

Автор: Матвей Сотников
1 Сентября 2010
ОТКРОВЕНИЯ ФИДЕЛЯ

ОТКРОВЕНИЯ ФИДЕЛЯ

Написать комментарий:

Общественно-политическое издание