13 августа 2020 09:32 О газете Об Альфе
Общественно-политическое издание

Подписка на онлайн-ЖУРНАЛ

ОПРОС

Поддерживаете ли Вы идею о переносе даты празднования Дня России на 1 июля?

АРХИВ НОМЕРОВ

История

Автор: Леонид Пантелеев
ЗА ЧТО СТАЛИН ВЫСЕЛЯЛ НАРОДЫ?

1 Сентября 2008
ЗА ЧТО СТАЛИН ВЫСЕЛЯЛ НАРОДЫ?

В последние годы «Спецназ России» неоднократно публиковал статьи петербургского историка и публициста Игоря Пыхалова, посвящённые не самым лицеприятным эпизодам из прошлого нашей страны. В этом месяце в издательстве «Яуза-пресс» вышла его новая книга под названием «За что Сталин выселял народы? Сталинские депортации — преступный произвол или справедливое возмездие?»

Чеченцы и ингуши, крымские татары, народности Прибалтики… С хрущёвских времен принято считать, будто их депортации не имели никаких разумных оснований, а проводились исключительно по прихоти Сталина.

«Зачем нужно было войскам НКВД и резервным частям советской армии перевозить сотни тысяч невинных людей в необжитые районы, снимая солдат с фронта, занимая тысячи вагонов и забивая железнодорожные пути, до сих пор остаётся неясным. Вероятно, здесь присутствовала прихоть вождя, получавшего донесения от НКВД об обращениях некоторых представителей национальностей к немецким оккупационным властям с просьбой о предоставлении автономии. Или Сталин рассчитывал одёрнуть малые народы, чтобы окончательно сломить их стремление к независимости и укрепить свою империю» (Поливанов О. А., Рожков Б. Г. Отечественная история. 1917 1945. Учебное пособие для абитуриентов и студентов гуманитарных факультетов педагогических вузов. СПб., 1997. С.128).

Показательно, что эта цитата взята из учебника, по которому готовят будущих педагогов. А вот ещё одно не менее «глубокомысленное» умозаключение:

«По всем признакам, И. В. Сталина и его окружение раздражала национальная пестрота государства, которым они управляли. Депортация ряда малых народов явно служила цели ускорения ассимиляционных процессов в советском обществе. Это была целенаправленная политика ликвидации в перспективе малых народов за счёт ассимиляции их в более крупных этнических массивах, а выселение их с исторической Родины должно было ускорить этот процесс» (Земсков В. Н. Спецпоселенцы в СССР, 1930 1960. М., 2003. С.107).

Ну, разумеется, кровавый тиран только и мечтал ликвидировать и ассимилировать малые народы. Надо полагать, именно с этой целью в сталинском СССР создавались национальные республики, разрабатывалась национальная письменность для не имевших её народностей, насаждалось преподавание на родном языке. К тому же «целенаправленная политика ликвидации малых народов» почему то носила крайне избирательный характер: балкарцев выселили, а кабардинцев оставили, чеченцев и ингушей депортировали, а осетин не тронули?

При внимательном изучении исторических фактов, приведённых в книге Пыхалова, выясняется, что для выселения «невинных жертв сталинских репрессий» были веские причины. Тут и непосредственное прислужничество немцам, и бандитизм, и массовое дезертирство.

Как было сказано в справке Главного командования германских сухопутных войск от 20 марта 1942 года: «при численности населения около 200 000 человек татары выделили в распоряжение нашей армии около 20 000 человек» (Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне. Т.3. Книга 1. Крушение «блицкрига». 1 января — 30 июня 1942 года. М., 2003. С.599). Другими словами, Гитлеру служило почти всё боеспособное крымско-татарское население.

Как известно, согласно статье 193 22 тогдашнего Уголовного кодекса РСФСР: «Самовольное оставление поля сражения во время боя, сдача в плен, не вызывавшаяся боевой обстановкой, или отказ во время боя действовать оружием, а равно переход на сторону неприятеля, влекут за собою — высшую меру социальной защиты с конфискацией имущества» (Уголовный кодекс РСФСР. С изменениями на 15 ноября 1940 г. Официальный текст с приложением постатейно систематизированных материалов. М., 1940. С.104).

Решись сталинская власть действовать по закону, подавляющее большинство крымско-татарского взрослого мужского населения следовало бы расстрелять, после чего этот народ естественным образом прекратил бы своё существование.

Территория Чечено-Ингушетии, за исключением части Пседахского, Малгобекского и Ачалукского районов, не была оккупирована. Тем не менее, её жители всё равно нашли способ «отличиться». За три с половиной года войны, с 22 июня 1941 го по 31 декабря 1944 года на территории Чечено-Ингушской АССР (а после депортации — на территории Грозненской области) было зарегистрировано 421 бандитское проявление, в том числе:

нападений и убийств офицеров и бойцов Красной Армии, органов и войск НКВД — 88;

нападений и убийств советских и партийных работников — 81;

нападений и ограблений государственных и колхозных учреждений и предприятий — 69;

ограблений и убийств других граждан — 183.

По количеству нападений и убийств офицеров и бойцов Красной Армии, органов и войск НКВД Чечено-Ингушетия за три с половиной года войны заняла второе место в СССР, уступив лишь Литве, и то совсем немного (в Литовской ССР таковых нападений было 90). По количеству нападений и убийств советских и партийных работников ЧИ АССР занимает «почётное» третье место, уступая той же Литве (233) и Белоруссии (223).

Конечно, это статистика по 1944 й год. В 1945 м республики Прибалтики, а также области Западной Украины своё наверстали: в них продолжали действовать «лесные братья», в то время как безвинные жители ЧИ АССР были незаконно вывезены в Среднюю Азию. Тем не менее, если брать территорию СССР в границах до сентября 1939 года, по уровню политического бандитизма Чечено-Ингушетия, безусловно, держит пальму первенства.

Находясь в рядах Красной Армии, погибло и пропало без вести 2,3 тысячи чеченцев и ингушей. Одновременно с этим только по 1944 год включительно на территории ЧИ АССР было уничтожено 197 банд, общие безвозвратные потери бандитов составили 4532 человек: 657 убито, 2762 захвачено, 1113 явились с повинной. Таким образом, в рядах бандформирований, воевавших против Красной Армии, погибло и попало в плен почти вдвое больше чеченцев и ингушей, чем на фронте. И это не считая потерь вайнахов, воевавших на стороне вермахта в так называемых «восточных батальонах»! А поскольку без пособничества местного населения в здешних условиях бандитизм невозможен, многих «мирных чеченцев» можно также с чистой совестью отнести к предателям.

Обоснованность и справедливость наказания вполне осознавались самими депортируемыми. Вот какие слухи циркулировали в то время среди чеченского населения:

«Советская власть нам не простит. В армии не служим, в колхозах не работаем, фронту не помогаем, налогов не платим, бандитизм кругом. Карачаевцев за это выселили — и нас выселят» (Витковский А. «Чечевица» или семь дней чеченской зимы 1944 года /  / Служба безопасности. 1996. № 1 2. С.16).

Если верить нынешним обличителям, выселение наказанных народов сопровождалось их массовой гибелью — во время перевозки к новому месту жительства якобы погибла чуть ли не треть, а то и половина депортируемых. Это не соответствует действительности. На самом деле, согласно документам НКВД, во время транспортировки умерло 1272 чеченца и ингуша или 0,26 % от их общего числа. Из 151 720 крымских татар, направленных в мае 1944 года в Узбекскую ССР, в пути следования умер лишь 191 человек.

Утверждения, будто эти цифры занижены, так как умерших якобы без регистрации выбрасывали из вагонов, просто несерьёзны. Поставьте себя на место начальника эшелона, который принял в исходном пункте одно количество спецпереселенцев, а доставил к месту назначения меньшее число. Ему сразу же задали бы вопрос: а где недостающие люди? Умерли, говорите? А может, сбежали? Или освобождены за взятку? Поэтому все случаи гибели депортируемых в пути документировались.

Да и вообще, о каком «геноциде» можно рассуждать, если навстречу эшелонам с вывозимыми в тыл спецпереселенцами двигались на фронт воинские эшелоны с русскими красноармейцами?

Обличители Сталина представляют депортации народов во время Великой Отечественной войны как неслыханное злодеяние. Между тем, как указывает в своей книге Игорь Пыхалов, подобная мера вовсе не являлась чем то необычным. Так, сразу же после сокрушительного удара японской авиации по американской военно-морской базе в Пирл-Харборе в Соединённых Штатах поднялась волна шпиономании. Утверждалось, будто проживавшие на Гавайях японцы, большинство из которых имели гражданство Соединённых Штатов, стреляли по американским солдатам, воздвигали баррикады на дорогах, вырубали тростник на сахарных плантациях таким образом, что получались гигантские стрелы, указывавшие направление на военные объекты. Японцы, торговавшие овощами и фруктами, тщательно следили за закупками продовольствия для американского военно-морского флота, делая отсюда выводы о перемещениях его кораблей.

Аналогичные обвинения выдвигались и против американских граждан японского происхождения, проживавших в Калифорнии. Говорили, будто эти люди каждую ночь подавали световые сигналы японским подводным лодкам, либо держали с ними связь при помощи тайных раций. Будто они располагали цветочные клумбы, грядки помидоров или кормушки с сеном для скота таким образом, чтобы указывать на расположение аэродромов и авиационных заводов. В довершение всего зловредные японцы якобы отравляли овощи и фрукты, продаваемые американским домохозяйкам.

В результате 19 февраля 1942 года, спустя два с небольшим месяца после начала войны с Японией, президент США Рузвельт подписал указ о выселении из западных штатов лиц японской национальности и размещении их в лагерях в центральной части страны. Согласно этому указу было интернировано около 120 тысяч человек, из которых две трети являлись американскими гражданами, а остальные имели легальный вид на жительство. Одновременно с депортацией этнических японцев, из действующей армии США были уволены все военнослужащие японского происхождения. Однако об этом эпизоде американской истории, особенно примечательном, если вспомнить, что за всю войну на территорию Соединённых Штатов ни разу не ступала нога вражеского солдата, обличители тоталитаризма предпочитают не вспоминать.

Мало того, все выдвинутые против живших в США японцев обвинения оказались ложными. Как пишет в своей книге сотрудник Амстердамского Государственного института военной документации Луи де Ионг:

«Нельзя обвинять японцев, проживавших на Гавайских островах, в шпионской, диверсионной или какой либо иной деятельности, характерной для пятой колонны. Таких фактов не обнаружено ни в период до удара японцев по Пирл-Харбору, ни в ходе самого нападения, ни в последующее время. Шпионская работа выполнялась только консульствами. Что касается американцев японского происхождения, проживавших в Калифорнии, то также не установлено никаких фактов, доказывающих, что они занимались шпионажем и диверсиями или же пытались организовать группы сопротивления. Все лица, в чьих домах органы Федерального Бюро Расследований обнаружили «оружие» (зачастую простые охотничьи ружья) или взрывчатые вещества, оказались в состоянии дать удовлетворительные объяснения, почему они имели их у себя. Расследование показало, что «все без исключения» слухи о подаче световых сигналов или использовании тайных радиопередатчиков оказались необоснованными. Наконец, нигде не удалось вскрыть фактов, когда фермеры из числа американцев японского происхождения изображали бы на своих земельных участках какие либо знаки или ориентиры для японской военной авиации» (де Ионг Л. Немецкая пятая колонна во второй мировой войне. М., 1958. С.377 378).

Применялись массовые депортации и в Российской Империи во время 1 й мировой войны. 23 июня (6 июля) 1915 года Особое совещание при штабе Верховного Главнокомандующего приняло следующее постановление:

«Немцы-колонисты, владеющие в сельских местностях землёю или иным недвижимым имуществом, а равно безземельные, но приписанные к обществам колонистов, хотя бы они и проживали в городах, подлежат обязательному выселению за собственный счёт в местности вне театра войны. Районы, из коих немцы-колонисты подлежат выселению, определяются главнокомандующим армиями фронта, коим, по соглашению с министром внутренних дел, назначаются также и губернии для их водворения. Сроки выселения и другие подробности дела устанавливаются равным образом главнокомандующим, от которого зависит полномочия свои по этому вопросу передать главному начальнику снабжений армий фронта. От обязательного выселения освобождаются благонадёжные жёны и матери колонистов, состоящих на службе в действующей армии, а равно дети их. Недвижимое имущество колонистов подвергается секвестру и передаётся в ведение Главного управления землеустройства и земледелия, причём, в зависимости от местных условий, к эксплуатации его могут быть привлекаемы беженцы из очищенных войсками местностей» (Немцы в истории России: Документы высших органов власти и военного командования. 1652 1917. М., 2006. С.573).

В результате в 1914 1916 годах из западных районов России было выселено около 200 тысяч немцев.

В ходе перестроечной истерии крушившие державу «борцы с тоталитарным режимом» активно использовали националистическую карту. И сегодня тема «репрессированных народов» остаётся благодатным полем для антироссийских спекуляций. Выдвигая претензии к России и русским, господа обличители предпочитают не вспоминать неблаговидные деяния своих предков. Однако исторические факты — вещь упрямая. Поэтому выход в свет новой книги Игоря Пыхалова выглядит особенно актуальным.

Оцените эту статью
3026 просмотров
нет комментариев
Рейтинг: 5

Читайте также:

Автор: Андрей Борцов
1 Сентября 2008
ВЕЛИКАЯ ВОЙНА. УРОКИ...

ВЕЛИКАЯ ВОЙНА. УРОКИ...

Автор: Геннадий Зайцев
1 Сентября 2008
ПРАГА, АВГУСТ 1968-ГО

ПРАГА, АВГУСТ 1968-ГО

Написать комментарий:

Общественно-политическое издание