16 октября 2019 14:57 О газете Об Альфе
Общественно-политическое издание

Подписка на онлайн-ЖУРНАЛ

ОПРОС

ВЫ ГОТОВЫ ПОЛУЧИТЬ ЭЛЕКТРОННЫЙ ПАСПОРТ?

АРХИВ НОМЕРОВ

Автор: Егор Холмогоров
МАЙСКИЕ ГРОЗЫ

1 Мая 2006

23 АПРЕЛЯ

ФЕКАЛЬНЫЕ МАССЫ ГРУЗИИ

На грань скандала поставило Россию и Грузию заявление министра обороны Грузии Окруашвили о причинах, по которым в Россию поставлялись поддельные грузинские вина и минеральная вода.

Грузинский чиновник заявил в прямом эфире телекомпании «Рустави-2» — цитирую: «На российский рынок если вынесешь фекальные массы, и они продадутся». Одновременно он заметил, что более качественные грузинские товары поставлялись в Европу.

Признание грузинского министра обороны и винного экспорта звучит вызывающе оскорбительно, но, по крайней мере, совершенно честно. Более точной квалификации тому товару, который привозился в Россию из Грузии в последнее десятилетие, придумать было нельзя. Однако если в оценке качества той жидкости, которую Россия перестала к себе пускать, господин министр вполне прав, то насчет причин, по которым это безобразие так долго терпели — явно слукавил.

Дело совсем не в русофобских апелляциях к тому, что наши граждане чуть ли не поголовно готовы пить и паленую водку, и химическое вино, и тройной одеколон. Во-первых, такого сорта граждане предпочитают более крепкие напитки, чем поддельная «Хванчкара». Во-вторых, очень часто для того и пили медицинский спирт или тройной одеколон, чтобы употреблять пусть и адскую смесь, но аутентичную, а не поймешь что…

В общем, причину успеха грузинских подделок надо искать в другом. Грузинские товары долгое время пользовались в России явными неконкурентными преимуществами. У нас еще в XIX веке проявилась странная любовь ко всему грузинскому, а ко второй половине ХХ века грузинофилия стала повальной. Любили грузинских актеров и режиссеров, грузинских певцов и музыкантов, грузинскую кухню и даже грузинскую философию. Из всех республик СССР Грузия затмевала по популярности и вниманию всех, — по крайней мере в среде интеллигенции. И именно за счет этой приязни всему, что было сделано в Грузии, присваивался заранее знак повышенного качества, и грузинские «марки» при прочих равных пользовались особой популярностью.

Хорошо это видно на примере того же «Боржоми». В России были свои прекрасные «Ессентуки», в Армении — уникальный по качествам «Джермук», однако «Боржом» затмевал всех, поскольку был окружен своеобразным мифическим облаком. И именно опираясь на эти неконкурентные преимущества, дельцы 90-х годов наводнили Россию поддельными грузинскими товарами, в то время как настоящие отправлялись, как признался министр, во взыскательную Европу.

Но, как всякий процесс порчи, этот тоже обречен был закончиться инфляцией и крахом. Романтическая любовь прошла — стараниями докторов Гамсахурдия, Шеварднадзе и Саакашвили. А вопросы по качеству возникли. И наш потребитель постепенно проведет переоценку не только тех или иных конкретных товаров, но и национальных брендов. И, может быть, кому-то это послужит уроком на будущее.

9 МАЯ

ГЕОРГИЕВСКАЯ ЛЕНТОЧКА

Когда начинается какая-нибудь кампания против «официоза в области чего-нибудь», то можно с уверенностью сказать, что на самом деле кампания ведется против этого «чего-нибудь», а совсем не против официоза.

Например, когда революционеры боролись с «теорией официальной народности», то на самом деле они боролись как раз с народностью (а также православием и самодержавием), а совсем не с официозом. И, как я уже много раз замечал, борьба с «официозным культом Победы» неизменно заканчивалась провозглашением алиллуйи благородному генералу Гудериану, обильными цитатами из Резуна-Суворова и воплями про «стада рабов», которые «гнали на фронт заградотрядовские палачи».

Об этом свидетельствует хотя бы то, что никакого «неофициального культа» борцы с «культом официальным» предложить не могут.

Вот и на сей раз, — нет ничего пошлее и бездарней, чем нападки на замечательную патриотическую акцию с георгиевскими ленточками. Кривляния борцов с официозом относятся не к нему, а к самой Победе.

Вот спросите их, — что вы предлагаете вместо георгиевской ленточки? Ответом вам будет долгое мычание. И в итоге придумают чебурашку, изображающего «Солдата Ивана Чонкина», поскольку все остальное окажется слишком официальным и слишком, на их чистоплюйский вкус, «захватанным».

Попытки противопоставить красное Знамя Победы и георгиевскую ленточку — нелепы. Победа была одержана под красным знаменем страны с георгиевской ленточкой подвига на груди, никакого противостояния тут и в помине нет. При этом георгиевская ленточка — более точный символ, поскольку красное знамя символизирует любое из значимых событий с 1917 по 1991 — и гражданскую войну, и индустриализацию, и целину, и космос. В общем, — всё, что принято относить к советским свершениям, всё это было под красным знаменем. В то время как георгиевская ленточка имеет четкую смысловую локализацию в 1943-45-м. Она появилась тогда, когда был учрежден «советский Георгий» — орден Славы, воспроизводивший логику и престиж солдатского «Георгия» старой русской армии с точностью практически один в один.

В 1945-м именно георгиевская ленточка была выбрана в качестве главного символа Победы, поскольку именно в этот цвет была окрашена лента медали «За победу над Германией», которую тогда получили все бойцы.

Таким образом, именно георгиевские цвета символизируют победу 1945-го. И каждый человек, у которого в голове не помои современного трындежа, а память о дедовских и прадедовских медалях, с этой простой истиной знаком.

Тогда откуда чертовщина? Откуда весь этот бред про «акцию, проспонсированную Билайном»? Откуда все эти размахивания красным флагом со стороны тех, кто обычного этого флага не переносит?

Причина первая. Георгиевская ленточка — это символ исторического единства России и глубокой преемственности русской военной традиции.

В 1943-м году советская власть окончательно восстановила официально преемственность между Красной армией и великой Русской Армией, созданной Петром Великим, между армией Суворова и армией Жукова. Это было закреплено восстановлением погон, символики, новой системой орденов, отсылавших к великому воинскому прошлому русского народа. И Георгий — главный военный орден Российской Империи, солдатская медаль которого была единственной «царской» наградой, каковую носили, не стесняясь, и при большевиках, был наиболее очевидным символом национальной, исторической и военной преемственности двух эпох.

Не случайно, что среди военных вождей Красной Армии в Великой Отечественной был не только полный георгиевский кавалер Буденный (кстати, Чапаев тоже был обладателем полного банта), но и георгиевские кавалеры Жуков (2 креста), Рокоссовский (1 крест) и Малиновский (2 креста). В конце Великой Отечественной старые солдаты и казаки, принимавшие участие в обеих войнах, носили награды рядом, а тема свидания «ветеранов двух германских» — одного с Егориями, другого со Славами, стала любимой у советских кинохроникеров.

Георгиевская лента была свидетельством того, что и под красным флагом это все та же Россия, всё та же Русская Армия идет «от победы к победе». Когда сегодня, после эры безвременья, именно георгиевская ленточка становится символом нашей верности Победе, то речь идет о продолжении той же преемственности, о том же подчеркивании верности России через века, эпохи и политические системы. Это символ национальной психологической реабилитации после эпохи безвременья, когда стали возможны нелепые картины, вроде «звезды из триколора». Георгиевская лента — это общенациональный символ связи эпох. И в этом заключена первая причина начавшейся истерии.

Вторая причина. Это то, что георгиевский орден — не просто орден, не просто символ и памятный знак, но православный агиополитический символ. То есть нечто, имеющее не только символическое, но и реальное мистическое значение. Святой великомученик Георгий, и при жизни славный полководец, стал после своей мученической кончины покровителем христолюбивого воинства. Не раз и не два в истории Руси именно небесное покровительство святого Георгия и его личное духовное вмешательство в битву были главным залогом победы. И именно поэтому осененная покровительством святого армия была армией-победительницей. И обращение к святому Георгию, пусть и завуалированное, через цвет орденской ленты, осеняло благословением и Красную Армию, когда она творила богоугодное дело защиты Отечества. И сегодня георгиевская ленточка — это больше, чем просто значок, это прикровенная молитва и о нашем воинстве, и о нашем Отечестве. А против таких агиполитических символов враг восстает с особым рвением. И именно в этом вторая причина того странного и кощунственного беснования, которое охватило некоторых по сему случаю.

И, наконец, последнее. Не надо говорить глупостей про то, что ленты надевает некая «недостойная молодежь», которая сначала должна «узнать», а потом уже «надевать». Совсем напротив, молодежь сначала должна принять внешний символ, сначала подчеркнуть свою принадлежность к тем, кто хочет узнать, а потом уже узнавать. И если вы в самом деле сведущий патриот, а не невежда, который не знает значения георгиевской ленты, зато ругается направо и налево, подойдите к этим молодым людям, спросите, знают ли они, что означает этот цвет, какую связь он символизирует, а если они не знают — разъясните.

11 МАЯ.

УДВОЕНИЕ РУССКИХ

В этом году, как и в прошлом, послание президента Федеральному Собранию стало большим и горьким разочарованием.

В прошлом году разочарование испытывали те, кто ждал от президента чего-то большего, чем выступления «за все хорошее и против всего плохого» с ритуальными клятвами в верности демократии и вхождения в «мировую цивилизации». В этом году очередь разочаровываться пришла для тех, кто ожидал римейка прошлогоднего текста и уже приготовился над Путиным поиздеваться за неадекватность стоящим перед страной вызовам и бессодержательность.

Очень смешно было читать заявления некоторых «известных политологов», явно заготовленные заранее и попавшие, как говорится «мимо кассы», — пальма первенства тут, конечно же, принадлежит Станиславу Белковскому, который заявил, что послание «пустое». Более неадекватной оценки дать было невозможно — послание может считаться хорошим, плохим, верным или неверным, но никак не «пустым».

Страна это поняла сразу, и политический год мгновенно был разорван надвое — «до и после послания». Старое прешло, теперь все новое.

Сразу стали неинтересны истерики псевдо-антифашистов, оставленные на откуп исключительно умственно хромоногим деятелям из СПС. Сразу как-то отодвинулась на второй план тема «преемников». Путин дал понять, что любой преемник будет действовать в довольно жестком стратегическом коридоре, заданном фактически на десятилетие вперед.

И это самая поразительная черта послания. До сих пор ничтожество нашей элиты ни в чем так не проявлялось, как в неспособности хотя бы к среднесрочному планированию. Даже у крупных топливно-энергетических кампаний серьезная стратегия просчитывалась не далее, чем на год вперед, у страны никакой внутренней, заданной собственными доминантами, стратегии вообще не было: все долгосрочные процессы — «вступление в ВТО», строительство газопроводов в Европу и т.д. диктовались России внешними силами.

Тем более поразительно было услышать центральную, демографическую часть послания, которая явно предполагает и мало того — требует ясного видения стратегических целей на несколько десятилетий вперед.

Эта революция стратегического видения совершается в умах нашей элиты постепенно, но вполне ощутимо, причем вполне заметно и влияние на него деятельности консервативных интеллектуалов, сумевших произвести «замену интеллектуальной крови» в российском обществе. С осени 2005 года — возможно, не без влияния доклада «Контрреформация» — из языка власти практически полностью элиминированы «реформы». Основным содержанием деятельности государства считается не «реформирование» чего-либо, а осуществление «национальных проектов», то есть созидание. Хороши или плохи, удачны или неудачны конкретные проекты — можно спорить, но «реформами», то есть бессмысленным и беспощадным истреблением любой живой жизни во имя «мировой цивилизации», они в любом случае не являются.

Теперь тематика «демографического национализма», ставшая общим местом в работах наших консерваторов, в частности в таких документах, как «Русская Доктрина» и «Проект Россия», стала таким же общим место и для власти, отодвинув всевозможные «ВТО», «интеграции в глобальное сообщество» и «стратегическое партнерство с США» на задний план. И главное именно это, а не те или иные названные президентом конкретные цифры.

Заданный правильный стратегический вектор сам по себе формирует и правильную общественную инициативу снизу вне зависимости от руководящих указаний. Даже банальное желание чиновников «понравиться начальству» будет теперь работать на реализацию демографической программы, а не на «реформирование».

Заданная посланием координатная сетка является не глобалистской, а национальной — это «число народа» и «сила воинства» — два основополагающих и фундаментальных условия бытия любого государства, тем более — великого государства. Такого государства не существует без его способности себя защитить. Способности защитить не существует без крепкого числа людей, без адекватного количественного и качественного состава нации. Никаких дополнительных «рюшечек и бантиков» — идеологических, политических, экономических и философских для созидания крепкого государства и проведения соответствующей политики не следует. Поэтому русские националисты, консерваторы и православные патриоты не должны смущаться тем, что в послании не заявлены и не проговорены значимые для них идеологические пункты и мотивы. Поскольку задача подлинных патриотов России — не торжество в словесной баталии, а торжество в борьбе за политический курс. Нам сегодня должно быть достаточно отсутствия в тексте «чуждых смыслов», апелляций к «общечеловеческим ценностям», заклинаний против «ксенофобии» и прочего обязательного антуража политической риторики последних лет. Нейтрально-государственническое по форме направление политики, не уклоняющееся ни в какую «общечеловечность» и реформизм, является национальным по содержанию направлением, поскольку ведет к силе России и укреплению русского народа.

Самым поразительным ходом послания стала, несомненно, идея «удвоения русского народа», куда более смелая, чем некогда популярное «удвоение ВВП». Готовность государства финансировать рождение именно второго ребенка обращена прежде всего к русским, поскольку именно у нас и близких к нам по цивилизационному коду православных народов России существует роковая проблема «одного ребенка в семье». Одновременно, ориентация именно на второго ребенка — это отказ от финансирования и без того значительного демографического взрыва в регионах, где цивилизационный код отличается от русского. Если каждая русская семья, у которой есть один ребенок, решится на то, чтобы произвести на свет второго, мы получим, те самым, фактическое «удвоение нации». Что уже решит если не все, то значительную часть проблем с русской депопуляцией.

Причем русские поставят всерьез вопрос о возвращении нам нашей страны.

Именно этого всерьез боятся те антинациональные силы, которые развернули истерическую кампанию с визгом, что «родиться будет быдло». «Быдло» — с их точки зрения это те, кто путем антисоциальных реформ, грабительских приватизаций, демографической агрессии попросту лишены права на «долю» в «корпорации «Россия», распилом активов которой успешно занимаются хозяева наших внештатных истеричек.

И появление многочисленных и сплоченных русских, которые будут не просто хотеть работать, а будут требовать работы, не просто хотеть жить в России, но считать её своей страной, для пильщиков смерти подобно. Бесправные инородные чужаки, работающие за миску и спящие на теплотрассах в подвалах, — это куда более надежные кадры для комплектования того антисоциального и античеловеческого общества, которое хотели бы создать на месте России некоторые. Напротив, только укрепление и усиление русского большинства с его стандартами цивилизации, с его способностью к высококвалифицированному труду и «прошитой» в подкорке ориентацией на великую культуру, веру и державную традицию, сможет сохранить Россию как великую державу, как государство цивилизованное и социальное.

Только русский народ может дать того солдата, который, по замечательным словам Ивана Ильина, процитирвоанным президентом в послании, является носителем «русской государственной воли, чести и силы».

14 МАЯ

НА БЕЛОРУССИИ НЕ СЭКОНОМИШЬ

Белорусские власти, по неофициальной информации, считают неизбежным повышение цен на российский газ, поскольку «Белтрансгазу» так и не удалось договориться на приемлемых условиях с российским «Газпромом».

Однако идти на уступки российской компании, претендующей на контроль над белорусскими кмпаниями, Минск не намерен и заявляет о готовности начать собственную газодобычу в ряде областей страны, а также перевести часть энергетики на уголь. Насколько серьезно скажется «газовый конфликт» на отношениях России и Белоруссии?

«Газовые кризисы» в отношениях России и Белоруссии возникают с удручающей периодичностью раз в полтора-два года. И каждый раз российскими экспертами проигрывается одна и та же пластинка, — мол, Россия прекращает «субсидирование» белорусской экономики. Одни считают, что это хорошо, поскольку экономит нам наши деньги, другие — что это плохо, поскольку портит отношения с нашими братьями и союзниками. Но и в том и в другом случае за аксиому принимается тезис о том, что белорусская экономика не самостоятельна и является не более чем приложением к российской. А потому наличие или отсутствие российских субсидий и режима наибольшего благоприятствования для Белоруссии делает Минск заложником Москвы.

Между тем, это совершенно не так.

Белорусская промышленность и белорусское сельское хозяйство, сохранившиеся в более чем приличном состоянии с советского периода и порядком модернизированные в последнее время, вполне конкурентоспособны — и на российском рынке и на мировом. Причем в некоторых случаях белорусские товары занимают уникальную нишу по соотношению «цена-качество»; либо самые качественные из дешевых (как обувь), либо самые дешевые из довольно качественных. При этом с частью этих товаров российский рынок попросту незнаком, поскольку они без остатка поглощаются рынком европейским и даже американским. А планы белорусских властей по стимулированию мощного научно-технического рывка могут сделать Белорусскую экономику еще более своеобразной.

Поэтому от повышения цен на газ ни власть Лукашенко, ни белорусская экономика не рухнут. Проситься на коленях в состав России они тоже вынуждены не будут. Белоруссия способна расплатиться за газ и по среднеевропейским ценам.

Но вот нужно ли это самой России? Прежде всего, тем самым полностью дискредитируется идея Единого Экономического пространства, которую Россия столько лет усиленно продвигала. Украине чуть ли руки не выкручивали, уговаривая её войти в это пространство — чтобы теперь доказать, что Белоруссия получает газ по тем же ценам? Да и географическое положение Белоруссии как безальтернативного транспортного коридора в Европу от повышения цен на газ никуда не денется. Так что пойдут ли нам впрок сэкономленные на отношениях с Минском в сущности копейки, — это вопрос, над которым следовало бы ответственно подумать.

16 МАЯ

ХУНВЕЙБИНЫ И «КИТАЙСКОЕ ЧУДО»

В середине мая исполняется сорок лет с начала одного из самых жестоких исторических экспериментов ХХ века — «великой пролетарской культурной революции» в Китае.

По призыву Мао Цзэдуна отряды китайских студентов начали жесточайшую чистку всех неугодных «великому кормчему». Как такое могло произойти, и почему всего четыре десятилетия спустя после этих трагических событий Китай превратился в динамичную, экономически развитую державу с либеральной экономикой? Ведь правят им сегодня тогдашние хунвейбины.

На самом деле противоречие между ужасами культурной революции и тем, что именно её винтики стали сегодня прагматичными лидерами Китая, а кто-то даже респектабельными бизнесменами — только кажущееся. В декорациях коммунистического террора, которые оттянули на себя основное внимание, Мао Цзэдун разыграл старинный китайский сценарий — очищения через потрясения.

В сущности, «культурная революция» была лишь самой громкой и самой кровавой из проводившихся Мао за его тридцатилетнее правление Китаем «встрясок». Диктатор заставлял тем самым страну двигаться вперед, создавая более-менее устойчивую экономику, боеспособную армию и стабильную политическую систему. Нестабильность и репрессии являлись для него способом «утрясти» китайское общество так, чтобы управлять миллиардным народом было максимально просто.

Для этого, правда, понадобилось несколько миллионов из этого миллиарда стереть в порошок и сгноить на «перевоспитании». Но в результате Мао оставил одному из прошедших через то самое хунвейбинское перевоспитание соратников — Дэн Сяопину — идеально управляемую страну, которую оказалось легко развернуть к реформам и не потерять при этом политического контроля. Допустив экономическую либерализацию, китайские коммунисты никакого политического либерализма не позволили, и в этом им помогли как раз туго затянутые «культурной революцией» гайки.

Атмосфера посеянного тогда страха не дала экономической свободе превратиться в политическую. В этом смысле Мао, как ни странно, более всего сопоставим с горячо любимым некоторыми нашими либеральными экономистами-рыночниками чилийским диктатором Августо Пиночетом. Тот тоже утопил страну в крови, но для того, чтобы провести экономические реформы. А если вспомнить, что введя жесткую политическую систему, Пиночет так и не отменил главного достижения Альенде — национализации медной промышленности Чили, то сравнение с ним Мао, при всей его парадоксальности, окажется еще более полным.

В Китае реформы проводил не Мао, а его выжившие жертвы, но гладко эти реформы прошли именно потому, что ни выкошенная хунвейбинами коммунистическая элита Китая, ни выметенная начисто критически мыслящая интеллигенция не могли превратить реформаторский поворот в повод для передела власти или для требований политической свободы.

21 МАЯ

ЧЕРНОГОРЦЫ — ЧТО ТАКОЕ?

В Черногории прошел референдум о независимости.

Его проведение завершает начатый в 1991 году процесс распада бывшей Социалистической Федеративной Республики Югославия, в результате чего на карте мира может появиться еще одно государство — Черногория.

Противникам отделения от «сербских братьев», похоже, так и не удалось убедить население республики в том, что независимость Черногории будет означать «сооружение новой Берлинской стены на границе с Сербией».

Вне зависимости от результатов референдума в Черногории, участь той страны, которая некогда называлась Югославией, можно считать предрешенной. Не сегодня, так послезавтра, не мытьем, так катаньем, процесс расчленения — добровольного или насильственного — этой геополитической единицы подойдет к концу, причем в самом скором времени. И положение на Балканах вернется чуть ли не к временам турецкого владычества, когда небольшие партизанские группы в Сербии и Черногории сопротивлялись завоевателям.

С той, однако, поправкой, что теперь ни в Сербии, ни тем более в Черногории никаких партизан, борющихся с «западными завоевателями», не будет.

Прошло то время, когда Пушкин сочинял стихи: «Черногорцы? что такое? — Бонапарте вопросил: — Правда ль: это племя злое не боится наших сил?». На сегодняшних Балканах в роли козла отпущения за все грехи выступают одни сербы. И всем, кто сербами не является, невыгодно сохранять с ними отношения, поскольку это больно бьет по карману. Вот и Черногория — солнечная, приморская и курортная — объективно заинтересована в отречении от братства с сербами. И сдерживало черногорцев только чувство исторической и политической общности.

Но с самого начала было сомнительно, что это чувство выдержит испытание долгосрочным давлением со стороны Евросоюза и США. Ведь последним важно, чтобы опасная Сербия оказалась анклавом, отрезанным со всех сторон от моря. Сейчас она имеет свободный выход к морю только через черногорские земли. Правда, вот какая проблема — Сербия уже так унижена, настолько обозлена, что идея национального реванша не может не стать в ней доминирующей. И в этом смысле, чем больше отрезали у сербов сейчас, тем больше они захотят вернуть впоследствии, тем более что реально только сербы способны стать интеграторами балканского пространства. В противном случае его придется держать расколотым, как сейчас, — других объединителей просто нет.

Однако сербский реванш возможен лишь в том случае, если Россия решится играть в балканские геополитические игры. Сербы не случайно сочинили восторженную песню — «нас и русских двести миллионов», а потом сами же придумали ироничное продолжение — «а без русских — два грузовика».

22 МАЯ

ВОЗРОЖДЕНИЕ ЮЖНОЙ АМЕРИКИ

Президент Венесуэлы Уго Чавес ответил американской администрации, на прошлой неделе запретившей все военные поставки в эту страну.

Чавес пообещал продать Ирану все американские F-16, находящиеся на вооружении венесуэльской армии, объявил о своем намерении отныне сотрудничать с российскими оборонщиками. «Скоро мы поедем в Москву, чтобы закупить российские боевые самолеты для защиты нашего неба и нашей земли. Лучшие в мире машины — Су-30. Они в сто раз лучше, чем F-16», — заявил Чавес.

Последнее решение Уго Чавеса только часть того общего политического процесса, который охватил страны Латинской Америки в последнее десятилетия.

Открытый Колумбом континент столетиями не мог найти свою историческую судьбу. Освободившиеся в начале 19 века от испанского колониального владычества страны тут же попали в экономическую и политическую кабалу к США и мучительно пытались из нее вырваться весь ХХ век. Аргентина при знаменитом Пероне ориентировалась то на нацистскую Германию, то на франкистскую Испанию, то даже на СССР. Чили при Альенде попыталась построить свой социализм: попытка, закончившаяся известно как. Успешней всего, казалось бы, Куба — через три года режим Фиделя отметит свое пятидесятилетие. Но она слишком бедна и слишком жестко пристегнула себя к социализму.

И вот новый шаг в направлении поиска собственного пути сделала Венесуэла, возглавляемая Чавесом, за несколько лет ставшего героем всех антиамериканистов и антиглобалистов.

Чавес фактически национализировал нефтяные компании, не дал ЦРУ осуществить в стране переворот, жестко критикует современный капитализм и высмеивает администрацию Буша. Но при этом, не совершает решительно никаких зверств, которые в картине мира сложившейся у США, полагаются противнику «демократии по-американски».

Не меньше сюрпризов обещает Латинской Америке и первый в истории Боливии президент-индеец Эво Моралес: он уже приватизировал газовые месторождения страны и выразил намерение легализовать посевы коки. Если с первым все понятно, то в последнем случае логика у Моралеса простая: кока — главный продукт местного сельского хозяйства. Причем боливийские крестьяне кокаинистами не являются: и производство, и сбыт находятся в руках наркомафии США. И почему Боливия должна по требованию Вашингтона подрывать собственное сельское хозяйство, Моралесу непонятно. Так что пусть сырье для наркотиков выращивают свободно, тем более что потребляют их янки, а не свои.

В обоих президентах общее то, что они и сами индейского происхождения и придерживаются идеологии «индейского возрождения». Своеобразной «реконкисты» Южной Америки — реванша за походы Кортеса и Писарро.

Южноамериканский фактор уже становится в XXI веке куда более весомым, чем это было прежде.

23 МАЯ

«МОЛЧИТ ЗАКОН, ЦАРИТ ЗАХВАТ…»

Капитан российского судна «Шкотово», на которое у берегов Африки напали пираты, действовал в соответствии с инструкцией, которая предписывает не оказывать сопротивление вооруженным захватчикам во избежание человеческих жертв. Никто из членов экипажа, к счастью, от рук пиратов не пострадал.

В советском приключенческом кино существовал жанр, неизменно увлекавший тогдашних мальчишек — фильмы про современных пиратов, с которыми сражались отважные советские моряки. От такого пиратства веяло одновременно и экзотикой и сказочной небывальщиной — мол у них, в странах капитализма, до сих пор есть такая дикость, как пиратство.

Как вторая военно-морская держава мира, Советский Союз мог сделать достаточно для того, чтобы свои суда защитить — так оно, кстати, и произошло в конце 1970-х годов. До того момента пираты старались и с СССР и с США дружить и даже подряжались на различные операции спецслужб. А тут к власти в пиратском мире пришли беспредельщики — нападали и на наших и на американцев. И наш флот провел спецоперацию: создавались специальные суда-ловушки, выглядящие как торговые, но специально оснащенные, напичканные оружием и управляемые первоклассным экипажем. Последовала настоящая зачистка пиратских районов, завершившаяся уже подходом боевых кораблей под советским флагом. Аналогичную операцию провели и американцы. Впрочем, полной безопасности не дало даже и это.

А сегодня, с развалом нашего флота и вообще явной геополитической деградацией «третьего мира», особенно Африки, все более скатывающейся к хаосу, наши суда стали практически беззащитны.

Американцы явно ловить пиратов по океанам не собираются — у их флота есть более интересные задачи в Персидском Заливе и прочих местах. Да дело уже и до того дошло, что в наших собственных территориальных водах имеются случаи пиратства.

Единственный торговый флот в мире, который более-менее обезопасил себя от пиратских нападений — китайский, поскольку КНР не придерживается международных конвенций о разоружении торговых судов. У китайцев на борту есть крупнокалиберные пулеметы, гранатометы — полный арсенал, который делает абордаж слишком рискованным для пиратов делом.

И, коль скоро достижения той эпохи, когда океан стал почти цивилизованным, ныне утрачены и вновь стала актуальной истина, высказанная Мефистофелем в гетевском «Фаусте»: «В открытом море дерзок взгляд, молчит закон, царит захват», нам придется, видимо, взять на вооружение китайский опыт.

Оцените эту статью
1442 просмотра
нет комментариев
Рейтинг: 0

Написать комментарий:

Общественно-политическое издание