21 октября 2020 02:03 О газете Об Альфе
Общественно-политическое издание

Подписка на онлайн-ЖУРНАЛ

АРХИВ НОМЕРОВ

Аналитика

Автор: АЛЕКСАНДР МИХАЙЛОВ
ЦИФРОВОЙ КОДЕКС

31 Августа 2020
ЦИФРОВОЙ КОДЕКС
Фото: «Устанавливая систему распознавания лиц, условно говоря, на Октябрьском поле в Москве, через два месяца у нас все сотрудники ГРУ, работающие там, будут распознаны и идентифицированы»

МЫ — ЗАЛОЖНИКИ ЦИФРОВЫХ ТЕХНОЛОГИЙ

Мы безнадежно опоздали. Мы не знаем, какие объемы данных находятся у наших противников. Значительная часть тех программ, что установлены на наших компьютерах, имеют не российское происхождение и платформы находятся за границей.

Когда появился автомобиль, то появились и правила дорожного движения; начали работать с изотопами — были приняты правила использования этих веществ, защиты от их пагубного воздействия (причем на том этапе мало кто понимал степень вреда, который могут нанести радиоактивные изотопы).

Мы уже тридцать лет живем в условиях цифровизации, которая, по большому счету, еще никак не отрегулирована. Вообще, интернет превращен в «удобного врага» и когда нечего обсуждать, очень часто у нас в Государственной Думе обсуждают вопрос — что бы еще запретить, нежели отрегулировать. Чаще всего это люди, которые с компьютером- то на «Вы». И фонтанируют идеи, носящие исключительно декларативный характер. Вроде нам объявлена война, но на эту войну мы не явились… И все сводится к ограничениям, а предложить что-то ума не хватает.

Что мы имеем свое? Мало. От слова совсем. Во время голосования по Конституции я пытался на свой китайский телефон поставить программы «Мос.ру» и «Госуслуги», а телефон отправляет меня в Google — вы сначала через него осуществите вход. Я полагаю, что результаты выборов были известны раньше в США, чем в нашем избиркоме.

«Мы сегодня не можем с уверенностью сказать, каким объёмом информации обладают наши противники, которые активно работают по России»

Это как?! Типа кто заказывает музыку, тот девушку и танцует? Серверы-то за границей! Меня волнует то, что мы работаем на чужих платформах — и как следствие, наши противники получают информацию раньше, чем наши госорганы. Про Сети вообще говорить не приходится. Никаких опросов не надо. Анализируй и поймешь, какое состояние нашего общества, его протестный электорат.

Но это не самое главное. Мы, тем не менее, идем по пути совершенствования наших технологий. И многое связано с контролем за своими гражданами (оставляю за скобками реально удачные сервисы). В Москве, к примеру, установлено 140 тысяч камер — безопасный город. Но в чем его безопасность? Ведь с помощью камеры преступление предотвратить невозможно. С точки зрения раскрытия — безусловно. Но на стадии совершения…

Устанавливая систему распознавания лиц, условно говоря, на Октябрьском поле, через два месяца у нас все сотрудники ГРУ, работающие там, будут распознаны и идентифицированы. И еще вопрос кто входит в эту систему.

Аналогично обстоит дело с Ясенево (СВР), Лубянкой (ФСБ), Житной (МВД) и многими другими местами «массового скопления» людей, работающих в спецслужбах и правоохранительных органах. И никто при разработке технического задания не ставит вопрос о защите этих данных!

Я заинтересовался темой цены вопроса раскрытия преступления с помощью этой системы видеофиксации — 140 тысяч камер надо установить, их надо обслуживать. Отлично!

А какое количество преступлений мы раскрыли с помощью этих камер? Ничтожно мало. Какова цена вопроса розыска одного преступника? И при этом мы имеем в виду, что люди, оказывающиеся в зоне действия этих камер, являются заложниками цифровой технологии. А как с презумпцией невиновности? Почему за мной следит «большой брат», если я законопослушный гражданин? Тем более, что совершенно очевидна возможность проследить все наши передвижения по городу с помощью программ, которые давно в руках у криминала.

Если вчера еще мы сталкивались с тем, что на «черном рынке» покупали базы данных, то сегодня просто входят в эти самые базы, обновляющиеся в реальном времени, и получают всю необходимую информацию.

Мне думается, что мы сегодня стоим на пороге очень серьезных испытаний. Летом 2020 года канал-миллионник «Царьград» заблокировали в YouTube без объяснения причин. Что — правда под запретом?

Уже нынешней осенью Роскомнадзор пожаловался в Генеральную прокуратуру РФ на Google из-за ограничений, которые ввел все тот же YouTube к фильму Александра Рогаткина про Беслан.

Роскомнадзор справедливо считает надпись «Это видео может оказаться неприемлемым для некоторых пользователей» цензурой. Хотя в пресс-службе Google объяснили ограничения «сценами насилия».

То есть, вводится цензура на определенную деятельность наших СМИ и наших авторов. А если завтра нам введут цензуру вообще на пользование импортными телефонами? Всю страну отключат от сервисов? Заблокируют айфоны, айпады… Это реально, и поэтому меня, с точки зрения обеспечения безопасности, очень этот вопрос тревожит.

Я прекрасно понимаю, что мы безнадежно отстали — тем более, что мы сегодня не можем с уверенностью сказать, каким объемом информации обладают наши противники, активно работающие по Российской Федерации. Они же не будут рассказывать, чем они владеют сегодня. Но то, что мы сегодня работаем на чужих платформах и не имеем своего программного обеспечения, защищенного во внутреннем контуре, — это совершенно очевидно.

Недавно Шойгу запретил использование гаджетов на территории воинских частей — но ведь до этого двадцать лет использовали! (кстати, во всех госучреждениях более 20 лет висят таблички «вход в помещение с мобильными телефонами запрещен»). Соответственно, сколько информации уже находится там, где ее быть не должно?..

Вот это и есть вопрос, требующий правового урегулирования государством. И, безусловно, в центре внимания должны находиться права гражданина.

Сегодня доступ к базам данных имеют люди, которые занимаются криминальной деятельностью, в том числе в местах лишения свободы. Целые колцентры были раскрыты в СИЗО. А если представить возможности спецслужб противника? Операторов? Это ключевой вопрос, требующий серьезного урегулирования и переосмысления.

Вот почему в «повестке дня» стоит идея создания цифрового кодекса. Он должен регулировать не только оборот сведений и информации, самое главное — это жесткое требование защищать права граждан от вторжения. Необходимо ввести четкую, конкретную ответственность за незаконный оборот сведений, с которыми сегодня работают госструктуры. И иметь жесткие санкции для нарушителей.

Автор — ветеран советских и российских спецслужб. Генерал-майор ФСБ в отставке. Общественный деятель, писатель. Руководитель Центрального Исполкома, председатель Совета патриотических организаций «Офицеров России». Член Высшего совета движения «Сильная Россия».

 

 

Площадки газеты "Спецназ России" и журнала "Разведчик" в социальных сетях:

Вконтакте: https://vk.com/specnazalpha

Фейсбук: https://www.facebook.com/AlphaSpecnaz/

Твиттер: https://twitter.com/alphaspecnaz

Инстаграм: https://www.instagram.com/specnazrossii/

Одноклассники: https://ok.ru/group/55431337410586

Телеграм: https://t.me/specnazAlpha

Свыше 150 000 подписчиков. Присоединяйтесь к нам, друзья!

Оцените эту статью
3275 просмотров
нет комментариев
Рейтинг: 4.7

Написать комментарий:

Общественно-политическое издание