19 ноября 2017 09:50 О газете Об Альфе
Общественно-политическое издание

Подписка на онлайн-ЖУРНАЛ

ОПРОС

ГЛАВА ЧЕЧНИ РАМЗАН КАДЫРОВ ПРЕДЛОЖИЛ ПЕРЕЗАХОРОНИТЬ ТЕЛО В.И. УЛЬЯНОВА-ЛЕНИНА. ВАШЕ МНЕНИЕ?

АРХИВ НОМЕРОВ

Аналитика

Автор: АЛЕКСЕЙ ФИЛАТОВ
АНАТОМИЯ ТЕРРОРА

30 Сентября 2017
АНАТОМИЯ ТЕРРОРА
Фото: Покушение террориста Ивана Каляева в Кремле на Великого князя Сергея Александровича. Обложка журнала «Le Petit Journal», март 1905 года

В тот период, когда я пришел на работу в КГБ СССР, а потом был зачислен в Группу «А», в прессе и обществе употреблялась такая расхожая фраза: «Терроризм — это чума XX века».

Столетие прошло, уже близится к завершению год 2017-й. А терроризм продолжает быть чумой, которая и не думает сдавать своих позиций. И приходится признать: впереди много крови и потрясений.

Хочется, чтобы они обошли нас стороной. И для этого нужно, во-первых, осмыслить весь опыт терроризма в нашей стране, во-вторых, работать на упреждение, выявляя угрозы террористической направленности, которые еще скрыты от широкой общественности.

ОТ «НАРОДНОЙ ВОЛИ» ДО БО ЭСЕРОВ

Впервые Россия столкнулась с организованным насилием в период деятельности «Народной Воли» — тайной политической организации, поставившей перед собой цель убить императора Александра II. Несмотря на разгром, свою задачу «Народная Воля» выполнила, и государь был взорван бомбой.

Возникшая в XX веке партия социалистов-революционеров (эсеров) вела свою политическую родословную от «Народной Воли», а потому рассматривала террор в качестве одного из эффективных инструментов борьбы. Для этого была создана Боевая организация (БО), которая стала взрывать и отстреливать высших сановников империи.

После поражения в Русско-японской войне 1904-1905 годов началась Первая русская революция, вызвавшая настоящий разгул террора — в те лихие годы террористы убивали уже всех подряд, кого считали охранителями режима: активных чиновников, жандармов и т. д.

Апофеозом этого натиска можно считать убийство в Кремле командующего Московским военным округом Великого князя Сергея Александровича, которого в 1905 году буквально разорвало на части бомбой, брошенной эсером Иваном Каляевым.

Говоря о террористическом подполье тех лет, следует отметить несколько обстоятельств. Во-первых, жертвенность большей части террористов, причем в своей массе это была молодежь. Часто приходится слышать, когда речь заходит о БО, что в ней преобладали лица еврейской национальности. Это не так. И хотя процент их был велик, но в среде террористов тех лет было много русских, а если говорить о «Народной Воле», то она практически полностью, за небольшими исключениями, состояла из природных русаков.

Во-вторых, идеализм террористов. Ради усвоенной ими «религиозной» идеи Светлого будущего они были готовы лишать жизни всех, кто, по их мнению, стоял на пути к этому общенародному счастью. Жертвуя собой, они не щадили других.

В-третьих, попытки тайной полиции вербовать среди террористов агентов для последующей ликвидации подполья. С одной стороны, агентура — это то, на чем зиждется деятельность любой спецслужбы. С другой стороны, специфика организаций «карбонариев» такова, что там в обязательном порядке участников связывают кровью. И получается: спасая одних, агент вынужден жертвовать другими.

Кроме того, оказалось, что даже наличие во главе БО своего человека — Евно Азефа, ставшего одним из руководителей партии социалистов-революционеров, — отнюдь не гарантирует успех. Потому как Азеф повел свою игру. Как агент Охранного отделения, он раскрыл и сдал полиции множество революционеров. И он же был активным участником убийства Великого князя Сергея Александровича.

Обнародованные материалы свидетельствовали, что Азеф, будучи сексотом, принимал участие в террористической деятельности. Стоя во главе БО, он руководил ее работой, готовил террористические акты и посылал на них других людей.

Причастность Азефа к террористическим актам была признана не только революционерами, но и его бывшими начальниками, среди которых — Ратаев, Лопухин, Зубатов, Спиридович.

Генерал Спиридович писал: «Азеф — это беспринципный и корыстолюбивый эгоист, работавший на пользу иногда правительства, иногда революции; изменявший и одной, и другой стороне, в зависимости от момента и личной пользы; действовавший не только как осведомитель правительства, но и как провокатор в действительном значении этого слова, то есть самолично учинявший преступления и выдававший их затем частично правительству, корысти ради».

Таким образом, история с Азефом наглядно показала, что практика вербовки и продвижения в руководство террористических организаций «своих людей» имеет свою негативную сторону: перед агентом стоит необходимость проливать кровь, равно как и игра «на два поля», и возможен даже полный выход агента из-под контроля.

Пример тому — убийство агентом Киевского охранного отделения Богровым премьер-министра Петра Столыпина в 1911 году.

В-четвертых, когда страну накрывает вал террора, то нормы мирного времени не работают, оказываются неэффективными и даже вредными. Став во главе правительства, тот же Столыпин объявил террористам войну и ввел «скорострельную юстицию», когда все боевики, захваченные с оружием на руках, приговаривались к смертной казни, причем по упрощенной схеме. Благодаря этому с разгулом насилия было полностью покончено за год-полтора.

В последующих событиях февраля 1917 года террористы-революционеры не играли никакой роли, поскольку это был верхушечный государственный переворот, призванный отстранить императора Николая от власти.

ТЕРРОРИЗМ В СОВЕТСКОМ СОЮЗЕ

На момент создания Группы «А» летом 1974 года в Советском Союзе давно забыли, что такое терроризм. К тому времени кровавое террористическое подполье в Прибалтике и на Западной Украине, где в 1940-х годах орудовали «лесные братья» и бандеровцы, было разгромлено (хотя и не добито до конца и амнистировано при Хрущёве).

В мое время понятие «терроризм» ассоциировалось с Западом, где действовали боевики леворадикальных организаций («Красные бригады» в Италии, «Фракция Красной Армии» в ФРГ), и Арабским Востоком, где «моду» задавали палестинские террористы.

Последующие акты террора в Советском Союзе, начиная с 1980-х годов, были связаны с захватами заложников и угонами самолетов с целью силовой эмиграции на Запад.

Опять, как и прежде, ради своих целей террористы не жалели людей — расстреливали членов экипажей воздушных судов и пассажиров, которые оказывали им сопротивление или казались подозрительными. Однако цели эти, в отличие от эсеров, были исключительно шкурные, сугубо меркантильные. Просто уехать по туристической путевке — это их не устраивало; нужно было придать своим кровавым действиям политический характер, чтобы проскочить в условиях Холодной войны между НАТО и Советским блоком.

Исключения составили теракты января 1977 года, устроенные в Москве армянскими националистами (группа Степана Затикяна). Первая бомба взорвалась в вагоне московского метро на перегоне между станциями «Измайловская» и «Первомайская». Второй взрыв прогремел в торговом зале продуктового магазина № 15 на улице Дзержинского (ныне Большая Лубянка), неподалеку от зданий КГБ СССР. Третья бомба рванула у продовольственного магазина № 5 на улице 25 Октября (ныне Никольская). В результате погибли семь человек (все — при первом взрыве в метро), 37 были ранены.

Примечательно, что в Армении партийное руководство пыталось замалчивать этот факт. Как отмечал бывший начальник 5-го управления КГБ СССР Ф. Д. Бобков, «по указанию первого секретаря ЦК компартии Армении Демирчяна, ни одна газета, выходившая на армянском языке, не опубликовала сообщения о террористическом акте».

Собственно, дело Затикяна стало тревожным сигналом, прелюдией к этническому терроризму, который показал себя во всей красе уже в период горбачёвской «перестройки». Региональные конфликты на межэтнической почве породили волну насилия, включая их террористическую составляющую — поскольку нашлись отморозки, готовые убивать ради некой идеи, на этот раз идеи национальной исключительности и превосходства.

В те годы этнический терроризм проявился на Кавказе, в Средней Азии и Приднестровье.

«ЧЕЧЕНСКАЯ РЕСПУБЛИКА ИЧКЕРИЯ»

Собственно в России офшорной зоной терроризма стала бывшая Чечено-Ингушская АССР, разделившаяся после 1991 на две части.

Радикальные элементы в Чечне, провозгласившие в 1991 году создание Ичкерии, ради своих целей устроили этнические чистки в отношении русского и русскоязычного населения. Одновременно с этим вооруженные преступники, группами и в одиночку, захватывали пассажирские автобусы с целью получения выкупа. По ним тогда конкретно пришлось работать сотрудникам Группа «Альфа».

Этнический терроризм стал, таким образом, крайним проявлением чеченского национализма, стремившегося создать независимое от России государство — Чеченскую Республику Ичкерию. При этом он в значительной степени был инфильтрован арабскими радикальными элементами, которые прибыли в Чечню в первой половине 1990-х годов для проведения «джихада». Главарями наемников были саудиты Хаттаб и Абу аль-Валид (оба ликвидированы).

Ради победы Ичкерии Шамиль Басаев со своим отрядом совершил налет на Будённовск летом 1995 года, где устроил бойню на улицах, а потом захватил больницу с роддомом. Только жертвенный подвиг сотрудников Группы «А», пошедших на пулеметы и гранатометы, заставил Басаева полностью снять все политические требования.

Подражая Басаеву, в январе 1996 года Салман Радуев во главе сводной банды совершил налет на дагестанский город Кизляр, где захватил больницу, а потом, прикрываясь заложниками, дошел до села Первомайское, где и состоялся заключительный акт этой трагедии.

У проекта ЧРИ были шансы на успех. Фактически после соглашения в Хасавюрте, заключенного летом 1996 года секретарем Совета безопасности РФ генералом Александром Лебедем, Россия де-факто признала независимость Чечни и вывела с ее территории войска.

Однако проект ЧРИ оказался нежизнеспособен. На это есть несколько главных причин. Перечислю основные. Слабость, нерешительность и противоречивость президента Аслана Масхадова. Отсутствие нужных кадров для государственного строительства. Раскол чеченского поля. Засилье криминальных элементов. Усиление сторонников «радикального Ислама», поддержанных арабскими наемниками и зарубежными эмиссарами «Аль-Каиды», «Братьев-мусульман» и других подрывных международных организаций.

Самоубийственным шагом для ЧРИ стало вторжение отрядов Хаттаба и Ш. Басаева в Дагестан летом 1999 года с целью поддержать местных ваххабитов и, если повезет, захватить власть в республике.

«Норд-Ост» и Беслан — это самые страшные (и остаточные) проявления этнического терроризма. И только мужество и героизм сотрудников «Альфы» и «Вымпела» позволили выйти из обеих беспросветных, по сути, ситуаций, когда террористы, имея на руках сотни заложников, включая детей, диктовали свои условия. И были близки к успеху, это нужно четко понимать.

«ИМАРАТ КАВКАЗ»

Большую роль в борьбе с террором сыграл муфтий Чечни Ахмат-Хаджи Кадыров. Встав на сторону России, он выбил почву из-под ног Масхадова, Басаева, Гелаева и прочих. Благодаря ему (и Герою России адмиралу ФСБ Герману Угрюмову) в 1999 году без боя был передан федералам второй по величине город в республике — Гудермес.

К слову, мало кто знает, что свою активную борьбу против ваххабитов Кадыров начал еще в 1998 году, т. е. за год до начала новой войны, когда верные ему силы дали в Гудермесе вооруженный отпор исламистам, пытавшимся навести в городе свои порядки.

После ликвидации ЧРИ и возвращения Чечни в состав России на Северном Кавказе возник принципиально новый террористический проект «Имарат Кавказ», т. е. эмират по лекалам афганских талибов.

«Имаратчики» были чужды прежнему этническому сепаратизму с завязкой на Чечню, наоборот — это была попытка сделать своего рода интернационал, но под знаменами «чистого Ислама». Во главе стал отморозок Доку Умаров (чьи останки были недавно обнаружены).

Одним из идеологов «Имарата Кавказ» был Александр Тихомиров, известный как Саид Бурятский (ликвидирован спецназом ФСБ). На его примере было видно, насколько отличается этот вид терроризма от прежнего: адептами «ИК» становились представители разных народов, включая отдельных русских, переставших быть таковыми. Так, к примеру, влиятельный суфийский шейх и богослов Саид Афанди аль-Чиркави был взорван в 2012 году. Смертницей же оказалась «черная вдова» Аминат Курбанова, урожденная Алла Сапрыкина.

Характерно, если террористы-эсеры жертвовали собой ради идеи, то исламисты подрываются (и убивают других) исключительно ради своего личного, как они считают, спасения и водворения в рай.

Совместными усилиями федерального центра (в особенности спецназа) и региональных властей «Имарат Кавказ» был разгромлен, а террористические кадры практически полностью уничтожены. Ошметки же присягнули уже ИГИЛ.

Вообще, нынешние норные террористы на Северном Кавказе и близко не сравнимы по масштабу с главарями подполья прежних лет. Это бандиты, обделывающие свои дела под маркой «ИГИЛ», или исламисты, ставшие бандитами. И тех, и других регулярно уничтожают российский спецназ и местные силовые структуры. 

 

 

ФИЛАТОВ Алексей Алексеевич, родился в Москве.

Вице-президент Международной Ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа». Глава Экономического совета ветеранского сообщества Группы «А» КГБ-ФСБ.

Окончил Орловское военное командное училище связи имени М. И. Калинина, Российскую государственную Академию физической культуры и спорта, адъюнктуру Академии ФСБ.

Шеф-редактор газеты «Спецназ России». Главный редактор сайта Alphagroup.ru. Президент группы компаний «Альфа-Право-Консалтинг». Лауреат Премии Артёма Боровика, премии «Золотой граммофон», Музыкальной Премии телеканала RU.TV и премии «Шансон года».

Кандидат психологических наук.

 

Газета «СПЕЦНАЗ РОССИИ» и журнал «РАЗВЕДЧИКЪ»

Ежедневно обновляемая группа в социальной сети «ВКонтакте».

Свыше 71 000 подписчиков. Присоединяйтесь к нам, друзья!

http://vk.com/specnazalpha

 
Оцените эту статью
2177 просмотров
нет комментариев
Рейтинг: 4.9

Написать комментарий:

Общественно-политическое издание