СПЕЦНАЗ РОССИИ
СПЕЦНАЗ РОССИИ N 5 (165) МАЙ 2010 ГОДА

Андрей Борцов

ЗАКУЛИСНЫЙ МЕХАНИЗМ

 << предыдущая статьяпозицииследующая статья >> 

Свое понимание Империи я раскрывал в статье «К вопросу об Империи»: государство, построенное в соответствии с der Wille zur Macht Фридриха Ницше. Империя всегда имеет некую Высшую Идею: нельзя продвигать Волю неизвестно куда. Причем эта идея не может быть вида «сытно жрать, ничего не делать, и чтобы никто не мешал заниматься чем в голову взбредет» — на «высшее» это не тянет. Кем то было удачно сказано: «Империя — это любое государство, у которого есть какой то смысл существования, помимо самоподдержания». В этом определении, впрочем, упущен очень важный момент: например, «завоевание мирового господства» — это тоже для кого то смысл, при этом не является самоподдержанием. Моя точка зрения: Империи имманентно присуще именно что развитие. В самом широком смысле.

Но обычно под империей (тут пишу с маленькой буквы) понимается именно «большое государство, которое стремится расшириться как можно больше». Не будем спорить о терминах, просто вспомним «эталоны поведения» государств, претендующих на имперскость в этом смысле.

А. Савельев верно подметил:

«Имперский проект прусской воли воплощен в рабочем и солдате, соединенных в машине экономической и военной экспансии. Имперский проект английской экспансии — в деятельном и хорошо вооруженном торговце. Американский проект — это проект ростовщика с ядерным и высокоточным оружием.… И только русский проект — проект подвижника, мастера и творца — противостоит установлению мирового господства».

Также верно, что китайский расовый проект пока только претендует на аналогичную экспансию, но при этом разворачивается с пугающим масштабом, и противостоять ему может только русская Империя, которой суждено возродиться, перетерпев все болезни современного мира в русском национальном организме.

Вопрос влияния на мир пытался систематизировать Шпенглер еще век назад. В начале XX века, разумеется, об Америке как глобалистском проекте говорить было рановато, не говоря уж о Китае. Россию Шпенглер также не рассматривал — тут причины в точности не ясны, но можно предположить, что это следствие того, что Россия не имела привычки вести захватнические войны, в отличие от типичных европейских государств. Можно упомянуть еще об испанцах, но их владычество давно закончилось, причем именно благодаря англичанам.

Европа «закатывалась» Шпенглером в виде противостояния немцев и англичан, которые выдвигали собственные доктрины сообразно своему менталитету.

«Англичане первые построили теорию своего эксплуататорского мирового хозяйства под именем политической экономии. Как торговцы, они были достаточно умны, чтобы понимать, какую власть имеет перо над людьми самой доверчивой к книгам культуры. Они убеждали их, что интересы народа морских разбойников — это интересы всего человечества. Они прикрывали принцип свободной торговли идеей свободы».

Очень метко выразился философ!

Именно что продвижение симулякра «свободы» и маскировка им интересов разбойников. Люди равны, если могут нанести друг другу одинаковый ущерб, и т. д.

При этом «немецкий проект противостоит английскому как солдат противостоит флибустьеру». Немцы не соревнуются с англичанами в торговле, прусский тип экспансии исходил не из выгоды напрямую, а из картины мира, основанной на немецкой философии, которую Шпенглер считал «чуждой всему миру».

Немецкая экспансия — это сначала философия, затем — промышленность, и уже потом войска.

Английская экспансия — это экономическое порабощение, а затем — колониальные войска.

Шпенглера обозначил эти два пути как «капитализм» и «социализм». «Должен ли мир управляться на социалистических или капиталистических началах?»

А. Савельев замечает, что «В чисто немецком духе Шпенглер пытался рассматривать весь мир именно с этой точки зрения, убирая из поля зрения все, что в нее не укладывалось. Поэтому проблемы развития других народов он видел в столкновении только двух доктрин — английской и прусской.

Противореча себе, философ позабыл, что вне своих расовых ареалов капитализм и социализм — только карикатуры. Они лишь прикрывают совершенно иные силы и иные конфликтные отношения. Так, в России гражданская война не имела никакого отношения к вопросу об идеологических доктринах. Не представляли их и столкнувшиеся в двух мировых войнах нации. Капитализм и социализм не были вопросом противостояния. Сражались государства, а не идеологии. Никаких «английских и прусских» хозяйственных партий они не представляли. Напротив, война стерла различия между подобиями английской и прусской расовых доктрин, пытавшимися прижиться на чужой почве.

«Всемирная организация или всемирная эксплуатация?» — этот вопрос Шпенглер положил как основной в мировой политике своего времени. Но в нем осталась расовая ограниченность, прусское видение мира. Прусская идея — это отбор, коллективная ответственность и коллегиальность в орденском смысле: «каждому отдельному лицу на основании его практических, нравственных и духовных дарований предоставляется право в определенной мере повелевать и повиноваться; ранг и следовательно степень ответственности здесь вполне соразмерены с личностью и, как должность, постоянно сменяются». Марксистское перерождение на немецкой почве — это стеснение расово обусловленной идеи английской подделкой, классовым эгоизмом. Это «система свободной торговли, организованная снизу, с рабочим классом в виде society — словом, совершенно по английски».

Британский интернационализм — это идея викингов: «взгляд на мир не как на государство, не как на церковь, но как на добычу».

Русская идея мирового господства — это идея Империи, в которой главное — не покорность подвластных, а лидерство властвующих. Русская Империя была самой адекватной моделью мирового управления: народы не унижались, а возвышались, не порабощались, а поддерживались. Русские были лидерами и в производстве, и в культуре, и в науке. Русские были учителями и защитниками других народов. В оплату они получили ненависть этнических кланов, в силу своего скудоумия не способных вписаться в имперскую элиту. И ненависть мировых элит, у которых почва уходила из под ног».

Таким образом, к противостоянию Германии и Англии необходимо добавить Россию как третий фактор, и рассматривать всех «игроков».

Несколько замечаний:

А) Россия, как это ни прискорбно, занимала пассивную позицию. Впрочем, как почти всегда. Не буду сейчас отвлекаться на подробное перечисление войн, но, если обобщить, то:

1) Россия практически не вела завоевательные войны с другими государствами, лишь оборонительные или же направленные на возвращение ранее утраченных земель;

2) Россия всегда выполняла союзнические обязательства, в отличие от «союзников»;

3) Россия крайне редко получала выгоду от участия в войнах «за кого то»;

4) Как только Россия усиливалась, европейцы (и не только) тут же забывали распри и объединялись против нее.

Б) Известно, что и Первая, и Вторая мировая войны велись в основном между Германией и Россией. При этом неизбежности этих войн не было, «союзники» вели себя весьма странно и т. д. Войны были направлены именно на проигрыш обеих сторон — взаимное ослабление России и Германии.

В) Это сейчас мы привыкли к тому, что де финансовые спекуляции и проч. идут из Америки, а век назад их центр — как «внутренний», так и «внешне-показательный», находился именно в Великобритании, скопившей огромные состояния на грабеже колоний и продаже в них наркотиков.

Г) В некоторых кругах очень модны разговоры о «еврейском заговоре» и т. п. Процитирую профессора Лопатникова: «… миром не правят «евреи вообще». «Евреи вообще» занимаются разными делами. Кто то пляшет, кто то пишет, кто то пашет. А кто то и миром правит. Так вот у тех, в том числе, евреев, которые правят миром, есть конкретные имена. Например, тот самый Ротшильд, у которых «600 банков в 30 странх мира», как утверждает Мэлор Стуруа.

Но национальность Ротшильда — не еврей. Будь он трижды председателем всех еврейских обществ, вместе взятых. Его «национальность» — Ротшильд. Ротшильды ВНЕ родовой или этно-религиозной системы. Они их создают и используют. Но не принадлежат им».

Как вы помните, мы с самого начала говорили о таком свойстве «закулисы», как использование собственной нации как инструмента. Забегая вперед, скажу конечный вывод: история уже больше века определяется именно закулисными играми элиты Великобритании, у которой нет союзников, а есть лишь интересы, при поддержке сверх-олигархического капитала, который берет начало в той же Англии и принадлежит нескольким семьям с очень древней банкирской историей. Такое объединение финансов и беспринципной политики оказалось очень эффективным, и единственным способом не проиграть в этой игре является прекратить играть по чужим правилам. И не забывать, что «когда джентльмена не устраивает игра — он меняет правила». Английская поговорка, между прочим. Ну а что у капиталиста вообще единственное правило «максимизация прибыли», понятно.

Тему «закулисы Англии», которая (в частности) стравливала Германию и Россию, а также вела подрывную деятельность в обеих странах, в последние годы хорошо раскрывает Николай Викторович Стариков. В дальнейшем я буду широко использовать его книги, в т. ч. без прямых цитат, в пересказе, и т. д., чтобы не усложнять текст.

Пользуясь случаем, высказываю уважение за хорошую проработку темы и благодарю за публикацию текстов.

Перечисляю книги Старикова, использованные далее при раскрытии темы:

«1917: Революция или спецоперация?»,

«Кто добил Россию? Мифы и правда о Гражданской войне»,

«Кто убил Российскую Империю? Главная тайна XX века»,

«Преданная Россия. Наши «союзники» от Бориса Годунова до Николая II»,

«Кто заставил Гитлера напасть на Сталина».

ФОРМИРОВАНИЕ ПОЛИТИКИ АНГЛИИ К XX ВЕКУ

Англия, проводя последовательную завоевательную политику и ничем не гнушаясь, к середине ХIХ века стала сильнейшей мировой державой. Заняло это более двухсот лет упорных действий.

Первым испытанием была борьба с Испанией, которая в свой время хозяйничала в Новом Свете, а также получила значительное преимущество, добравшись до Америки. Потоки золота создали Испанию — владычицу морей, на которую через Ла-Манш взирали англосаксы.

Но просто смотреть и завидовать — не в английском характере.

Однако и просто пойти и объявить войну — это не по джентльменски. Надо сохранять лицо, так сказать.

Поэтому англичане вели действия в двух направлениях.

Во-первых, поощрение пиратов. Пожалуй, самый известный — Френсис Дрейк.

Уже получив репутацию жестокого и удачливого пирата, он был представлен королеве, которой представил план набега и опустошения западных берегов Южной Америки. Вместе со званием контр-адмирала Дрейк получил пять кораблей с условием, чтобы оставались в тайне имена всех тех знатных джентльменов, которые, как и она, дали деньги на снаряжение экспедиции.

Цель экспедиции удалось сохранить в секрете от испанцев, и поход в начале не встретил их противодействия, однако эскадра попала в сильнейший шторм, который разбросал корабли по океану. Дрейк на «Золотой лани» сделал невольное открытие, что Огненная Земля — это не выступ Южного материка, как считалось в то время, а архипелаг, за которым простирается открытое море. В честь первооткрывателя пролив между Огненной Землей и Антарктидой был назван именем Дрейка.

Как только утих шторм, Дрейк взял курс на север и 5 декабря 1579 года ворвался в гавань Вальпараисо. Захватив стоявший в гавани корабль, груженный винами и слитками золота на сумму 37 тысяч дукатов, пираты высадились на берег и разграбили город, забрав груз золотого песка стоимостью в 25 тысяч песо.

Кроме того, на корабле они нашли секретные испанские карты, и далее Дрейк продвигался вперед осмысленно. Испанцы чувствовали себя на западном побережье Америки в полнейшей безопасности — ведь ни один английский корабль не проходил Магеллановым проливом, и поэтому испанские корабли в этом районе не имели охраны, да и города не были подготовлены к отпору пиратам. Идя вдоль берегов Америки, Дрейк захватил и разграбил многие испанские города и поселения, а около Панамы захватил корабль «Карафуэго», на котором был взят груз баснословной ценности — более полутора тонн золота.

Завершив второе после Магеллана кругосветное плавание, Френсис Дрейк вернулся в Англию триумфатором — 4700 % прибыли, около 500 тысяч фунтов стерлингов!

И это были не современные фунты. Для сравнения: боевые действия по разгрому испанской «Непобедимой армады» в 1588 году обошлись Англии в 160 тысяч фунтов, а годовой доход английской казны в то время составлял 300 тысяч фунтов.

Королева Елизавета посетила корабль Дрейка и прямо на палубе произвела его в рыцари. Опять же — в то время в Англии насчитывалось всего 300 человек, имевших это звание.

Испанский король Филипп II возмутился и потребовал наказания пирата Дрейка, возмещения ущерба и извинений. Королевский совет Елизаветы ограничился туманным ответом, что испанский король не имеет морального права «воспрепятствовать посещению Индий англичанами, а посему последние могут совершать туда путешествия, подвергаясь риску, что их там схватят, но уж если они возвращаются без ущерба для себя, Его Величество не может просить Ее Величество их наказывать..».

Истинно джентльменский ответ!

Позже Дрейк, командуя эскадрой из 13 кораблей, вошел в гавань Кадиса, где готовились к отплытию корабли «Непобедимой армады», и немножко ее победил. Из 60 кораблей, стоявших на рейде, он уничтожил 30, а часть оставшихся захватил и увел с собой, в том числе и громадный для того времени галеон водоизмещением 1200 тонн.

Через год, в 1588 м, зенитом его славы стал разгром «Непобедимой армады» в обновленном варианте.

Во-вторых, в ход было пущена не только сила оружия, но и сила золота, помноженная на политическое коварство.

Англия, получая грандиозные прибыли от каперства, тратила деньги на финансирование смуты внутри испанских владений.

Испанцы понимали, кто их главный враг, и хотели победить Англию на море, но «Непобедимая армада» оказалось очень даже победимой. С тех пор Испания тихо угасает в дальнем углу Европы.

Во «втором раунде» Англии пришлось разобраться с Голландией. Получив независимость от Испании, страна корабелов стала крупной морской державой — и, следовательно, конкурентом Британии…

В случае с Голландией Англия, уже имевшая отличный флот, церемонилась меньше.

В 1651 году английский парламент издал Навигационный акт. Согласно ему, товары из Азии, Африки и Америки следует ввозить в Британию и ее владения только на английских судах, а европейские товары — на английских судах или судах страны-экспортера. Навигационный акт полностью подрывал основу богатства и могущества Голландской республики — посредническую морскую торговлю. Нидерланды лишались своего главного источника доходов.

А 10 го июня 1652 года Государственный совет Англии приказал адмиралу Блэку захватить возвращающийся из Индии голландский флот, доверху набитый пряностями. В эту войну за мировое господство британцы захватили около 1700 кораблей, а захваченный груз потянул на шесть миллионов фунтов. Годовой государственный бюджет Англии того времени, между прочим, был в шесть раз меньше.

Получение таких доходов пришлось по вкусу англосаксам, и последовали еще две войны с Голландией (2 я — 1665 67 гг., 3 я — 1672 74 гг.), после чего одна из мощнейших держав своего времени уже никогда не поднялась.

Неплохое такое изначальное накопление капитала, да.

Имея сильный флот, Британия не имела сильной армии. Силу испанской армии перемалывали голландские повстанцы. Когда пришло время и им самим отправляться на задворки истории, то новый соратник британцев вмешался в войну, польстившись на английское золото. Британские суда топили корабли противника, а на суше всю тяжесть боевых действий вела союзная англичанам Франция. Когда же Голландия лишилась практически всех своих колоний в Америке, настала очередь и самой Франции.

Тут грубой силой действовать было сложно, так как мощь английского флота для континентальных войн не очень то подходит. Были, конечно, войны в колониях, делили Северную Америку и Канаду, но как то с переменным успехом.

И англосаксы применили оружие массового поражения.

В 1784 году лорд Уильям Питт начал воплощать план «Отрезать Францию от всего коммерческого мира так, чтобы она представляла собой как бы один портовый город, блокированный с моря и суши».

Со стороны моря проблем не было — усиление присутствия британского флота у берегов Франции, вот и все. А на суше пришлось действовать исподволь.

С одной стороны, Англия помогала жирондистам, снабжая их деньгами и оружием, в 1795 году десант эмигрантов высадился с английских кораблей (правда, был разгромлен).

Английская дипломатия стремилась примирить враждовавшие тогда между собой Австрию и Пруссию и использовать их объединенные силы против Франции и вообще главными вдохновителями всех антифранцузских коалиций были именно англичане.

Войны Франции продлились до 1814 года и вконец обессилили французов. Сил для борьбы за заморские колонии у них уже не осталось.

Как видите — сформировались два принципа, которым следует Великобритания:

1) Сильнейший в мире флот;

2) Борьба любыми способами за ослабление сильнейшей страны Европы.

Примечание.

Н. Стариков выдвинул интересную гипотезу, что декабристы также имели отношение к Англии: «Французский путь к демократии проходил под аккомпанемент падающих у гильотины голов, залпов расстрельных команд и сожженных деревень в Вандее. Точно такую же участь британская разведка готовила и России. Достаточно просто почитать программу декабристов и сомнения в том, кто ее писал, отпадут сами собой. Благородные офицеры не просто собираются свергнуть монарха, им необходимо физическое истребление всей царской семьи. В бумагах планировавшегося «диктатора» князя С. П. Трубецкого органы дознания найдут проект Манифеста. Помимо прогрессивных уничтожения крепостного права и роспуска военных поселений, читатель этого документа может найти весьма любопытный пункт, который приведет его в легкое замешательство. Эти сомнительные пункты все без исключения наши борцы с царизмом будут почему то размещать в самом низу своих программ и манифестов. На второй или третьей странице. Мелким шрифтом. Это не случайно, не каждый дочитает документ до конца. Еще меньше людей между «учреждением свободного винокурения и добывания соли» и «введением присяжных в суды уголовные и гражданские» прочтут и осознают тот главный тезис программы декабристов, ради которого вся эта возня с тайными обществами и затевалась. А зря — ведь именно этот пункт дает нам правильное понимание авторства всех антигосударственных актов в тайной борьбе против России.

Уничтожение постоянной армии.

Распустить вооруженные силы хотят капитан Никита Михайлович Муравьев и командир Вятского пехотного полка полковник Павел Иванович Пестель. Такого же мнения придерживается прапорщик Михаил Павлович Бестужев Рюмин и поручик Петр Григорьевич Каховский. Но в своем ли уме господа офицеры? Образованные военные люди действительно считают, что их Родине больше не нужна армия? После пятнадцатилетней войны с Францией!? В условиях, когда Россия ведет непрекращающуюся борьбу с соседями за место под солнцем! Неужели декабристы искренне верили, что, начиная с 1820 года, на нас никто никогда не нападет?

Не будем задавать пустых вопросов.

Уничтожение русской армии необходимо тому, кто готовится схватиться с Российской империей в смертельной схватке. То есть Англии…»

Подробных выкладок у Старикова по этому вопросу нет, но я, прочитав, очень удивился, поискал — и обнаружил, что действительно программа декабристов говорила о ликвидации военных поселений и сокращении армии. Вопрос до конца не ясен, но интересен, да…

«СОЮЗНИКИ» РОССИИ

В середине XIX века в Европе начались показательные события.

Ни с того, ни с сего Франция предъявляет турецкому правительству требование, чтобы ключ от главных дверей Вифлеемского храма перешел к католикам. Султан соглашается выполнить французское требование, что ущемляет, так сказать, религиозные права православных — а, значит, и России.

Император Николай I направил в Турцию чрезвычайного посла и полномочного представителя Меншикова, которого султан принял со всеми почестями, и в принципе, был готов пойти на требования России. Но тут в Константинополь прибыл в качестве британского посла лордом Стрэтфорд-Редклиф. Ему удалось внушить Меншикову неверное представление о высших чиновниках Турции (кто пророссийски настроен, кто антироссийски), а, главное, ему удалось внушить князю убеждение, что Англия в случае войны ни за что не выступит на стороне султана. Никогда не верьте англичанам!

Дипломатические игрища привели к составлению Францией, из за которой все и началось, проекта документа, одобренного Англией, Пруссией и Австрией. Документ этот, получивший название Венской ноты, принимается конференцией в австрийской столице в июле 1853 года. В этой ноте говорилось, что Турция принимает на себя обязательство соблюдать все условия Адрианопольского и Кучук Кайнарджийского мирных договоров; снова подчеркивалось положение об особых правах и преимуществах православной церкви. Россия с нотой была вполне согласна.

Но Стрэтфорд-Редклиф как то убедил султана Абдул-Меджида отклонить Венскую ноту. Казалось бы — странно, зачем султану обострять обстановку? Документ был выработан и поддержан официально всеми влиятельными державами того времени! Это все равно, что сейчас объявить войну одновременно России, Америке и Китаю.

А зачем Франции требовать эти самые ключи?

Очень похоже, что и Франция, и Турция плясали под английскую дудку. А вот чем были обязаны и кто именно — думаю, мы вряд ли уже узнаем.

В октябре 1853 года султан объявляет России войну.

На это Турция идет ради того, чтобы католики чувствовали себя в храмах Иерусалима вольготнее православных христиан! Нет, ну какое до этого дело мусульманам? Предлог явно надуманный.

Н. Я. Данилевский пишет:

«Казалось бы, дело кончено. Если и могли прежде, основательно или неосновательно, предполагать со стороны России честолюбивые намерения, она видимо отказывалась от них, принимая решение коллективной дипломатической мудрости Европы. Ясное дело, что намерение её ограничивалось получением, во первых, удовлетворения за нарушение прав её единоверцев, естественною покровительницею которых, по самой сущности вещей, она всегда была, есть и будет, по трактатам или без них; — во вторых, обязательства, выраженного, хотя бы в самой деликатной для турецкого самолюбия форме, в том, что впредь таких нарушений не будет. И что же, Турция отвергает эту, составленную четырьмя великими державами и принятую Россией, ноту, делая в ней такие изменения, которые лишают её всякого значения и обязательного смысла. Самый факт изменения ноты был уже знаком неуважения, и — не к одной России, но и к прочим четырём державам, если только они сами серьёзно смотрели на своё дело, а не видели в нём ловушки, в которую надеялись поймать Россию думая, что она не примет предложенного ими текста, и что тогда можно будет обвинять её сколько угодно в задних мыслях и тайных честолюбивых замыслах, и, умывая руки, взвалить на неё всю ответственность за последствия. Турция неизвестно откуда набирается духу объявить России войну и находит себе между подписавшими Венскую ноту двух явных и одного тайного союзника; только четвёртый остаётся нейтральным зрителем».

При этом роль Англии даже не скрывалась. «История дипломатии» XV в. до н. э. — 1940 г. н. э., под редакцией В. П. Потемкина:

«Киселев, уведомив уже 4 февраля 1854 г. министра Друэн де-Люиса о своем отъезде с посольством из Парижа, тотчас после этого заявил, что желал бы лично откланяться императору Наполеону. Вот как объяснял Киселев в письме к Нессельроде свой поступок, который, кстати говоря, не возбудил ни со стороны канцлера, ни со стороны Николая ни малейших возражений.…

Киселев даже сказал: «Государь, позвольте вам сказать, что вы ошибаетесь… Франция бросается в войну, которая ей не нужна, в которой она ничего не может выиграть, и она будет воевать только, чтобы служить целям и интересам Англии. Ни для кого тут не секрет, что Англия с одинаковым удовольствием увидела бы уничтожение любого флота, вашего флота или нашего, и, чего здесь не понимают, это то, что Франция в настоящее время помогает разрушению [русского] флота, который в случае нужды был бы наилучшим для вас помощником против того флота, который когда нибудь повернет свои пушки против вашего». Французский император выслушал эти многозначительные заявления молча, и — что крайне показательно — ни одним словом Киселеву на них не возразил. Любопытно, что собственно о Турции оба собеседника как то совершенно забыли. Наполеон III даже не сообразил, что для приличия следовало хотя бы упомянуть о «независимости» страны, якобы для «защиты» которой он обнажает меч и начинает кровавую войну».

Короче говоря, Англия потирает руки, Франция ей подражает.

В конце ноября адмирал Нахимов истребляет турецкий флот в Синопской бухте и разрушает береговые укрепления.

В начале января 1854 г. соединенный англо-французский флот вошел в Черное море, и два адмирала, начальствовавшие над флотом, известили русские власти, что имеют задание ограждать турецкие суда и порты от нападений с русской стороны.

Англия выдвигает требование, чтобы для своей защиты Россия использовала одну только сухопутную армию и никак не использовала флот, так как это «создает угрозу судоходству».

Так и началась Крымская война, где русским солдатам и морякам предстояло проявить чудеса героизма при обороне Севастополя. Британский флот в это время пиратствовал на Балтике, в Белом море, на Тихом океане. Были разорены города Анапа, Бердянск, Мариуполь. Однако всюду англичане и французы получили должный отпор. Боевые действия начали затягиваться — ни одна из сторон не могла одержать победы.

18 февраля 1855 года умер император Николай I, на престол вступил император Александр II. Новый император должен был прямо с ходу решить задачу огромной сложности — не проиграть войну, которая уже давно шла совсем не по нашему сценарию, причем было очевидно, что в конце Россия должна была потерпеть сокрушительное поражение.

Александр II избежал этого: в январе 1856 года в Париже начались переговоры, завершившиеся подписанием мирного договора на весьма невыгодных условиях. Под предлогом «демилитаризации» Черного моря России запрещалось иметь здесь военно-морской флот, строить крепости и военно-морские базы. Англичане могли спокойно вздохнуть: русские были надолго отброшены от черноморских проливов, а общее ослабление страны не позволяло осуществлять дальнейшую экспансию в Средней Азии.

Александр Второй начал постепенно приводить страну в порядок, из главных реформ стоит упомянуть отмену крепостного права в 1861 году и военную реформу с введением всеобщей воинской повинности.

Необходимо было окончить Кавказскую войну, которая отнимала множество ресурсов.

Характерно, что горцам активно помогала и Турция и, конечно же, Англия.

Н. Стариков пишет: «Вот только несколько фактов. В 1836 году к берегам Цемесской бухты пришвартовалась английская шхуна «Виксен». Со шхуны были выгружены боеприпасы, присланные черкесам английским правительством. Однако не успело судно отойти от берега, как было задержано русскими войсками. На борту, в трюмах английской шхуны не нашли ничего, что бы могло подтвердить, что на судне действительно перевозили оружие и боеприпасы. Арест британской шхуны вызвал волну протестов в Лондоне: звучат гневные слова о варварстве и беззаконии русских военных! Пока европейские дипломаты гневно выступают с парламентских трибун, тайная война против России продолжается, не прекращаясь ни на минуту. В июне 1837 года отряд капитана первого ранга Серебрякова захватывает турецкое судно с оружием в наших водах. Вы верите, что оно было единственным? Тайные поставки вооружения нашим врагам продолжаются…

Британские джентльмены возмущены действиями России покоряющих «свободолюбивых горцев». Еще на Парижской мирной конференции европейские делегации поднимали свой голос в защиту угнетаемых кавказских народов. Был даже сформирован, так называемый «Черкесский комитет» (именно так в Европе называли всех горцев). Ситуация до боли знакомая и как две капли воды похожая на сегодняшнюю! Когда Россия отстаивает свои интересы, британцы свято стоят на страже прав всех тех, кто стреляет в русских солдат».

В дальнейшем будет еще одна война с Турцией, массовый героизм русских солдат — и поход Скобелева. Генерал не проиграл за свою жизни ни одного сражения, и уже поставил Турцию на колени: в феврале 1878 года русские войска заняли Сан Стефано, стоявший на ближних подступах к Стамбулу, всего в 12 километрах от него. Обессилевшая Турция запросила мир.

Но английская королева Виктория публично заявила, что «если бы была мужчиной, то отправилась бы бить русских», и ввела в Мраморное море эскадру под командованием адмирала Горнби. Русский император был вынужден отступить. Босфор и Дарданеллы остались турецкими.

ПЕРВАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА

Последней попыткой военного сокрушения своего главного конкурента была Первая Мировая война.

Посмотрим на итоги, включая революции: были резко ослаблены два основных конкурента Великобритании — Россия и Германия.

Вряд ли это просто совпадение, слишком уж их много в истории. Вот чуть более ранний пример — русско-японская война.

Стариков приводит малоизвестный факт: 27 го января 1904 года в Санкт-Петербургскую государственную сберегательную кассу обратился вкладчик, получивший послание, лейтмотивом которого был истеричный призыв: «Спасайте ваши деньги». Подобные письма (как рукописные, так и отпечатанные на гектографе) внезапно появились в самых разных частях Российской империи и в короткий срок наводнили страну. Авторы листовки пугали: «Министрам нужны деньги на войну с Японией. Они берут наши деньги в сберегательных кассах и дают нам ренту».

Листовки появились в русских городах точно в первый день (!) Русско-японской войны. Значит тот, кто готовится подорвать финансовую стабильность России, должен был точно знать дату «внезапного» нападения японского флота на нашу эскадру в Порт-Артуре! А ведь письма надо было еще отпечатать, разослать по стране, спланировать их распространение и раздать разносчикам! Работа большая и серьезная…

Можно ли было предотвратить Первую Мировую?

Легко!

Всего лишь заявление Великобритании, что в случае чего она ни в коем случае не останется нейтральной в случае европейской войны и выступит на стороне своих соратников по блоку Антанта. Именно так Великобритания и поступила несколькими годами ранее, предотвратив франко-германскую войну во время Марокканского кризиса.

Но Англии уже не нужно сохранение мира: подготовка уничтожения России и Германии путем страшнейшего военного столкновения закончена.

Русским эта война вообще не была нужна, мы лишь выполняли союзные обязательства.

Оишбка Николая II именно в том, что, видя подлое отношение «союзников», он все равно вел страну к уготованной ей судьбе.

С самого начала войны он действовал так, как просили и требовали из Лондона или Парижа. Отсюда и страшные поражения, и огромные потери. Лучше всего об этом сказал Уинстон Черчилль в своей книге «Мировой кризис»:

«Узкоэгоистический подход к военным проблемам требовал немедленного отвода русских армий от границы до полного окончания мобилизации. Вместо этого русские совместили стремительную мобилизацию со спешным вступлением в пределы не только Австрии, но и Германии. Цвету русской армии вскоре предстояло быть скошенным в великих и устрашающих битвах восточной Пруссии».

Опасность бесплодной борьбы с Германией многие увидели уже тогда, когда ставились подписи под англо-русским договором. Министр царского правительства Петр Дурново в записке Государю накануне войны проявил редкостную политическую прозорливость. Он предвидел, что любые жертвы и потери, а также уготованная нам «союзниками» «роль тарана… в толще немецкой обороны», будут напрасными. «Россия — писал Дурново — не сможет обеспечить себе какие либо стратегически важные обретения постоянного характера». Почему? «Потому что она воюет на стороне Великобритании — своего традиционного геополитического противника».

Ну ясно же! Очевидно!

Однако Николай II, прочитав записку, физически не мог ничего по ней предпринять, и поэтому через четыре шагнул в расстрельный ипатьевский подвал.

Знаете, когда началась мобилизация британских моряков? В июне 1914 года, почти на месяц опередив подобные действия всех остальных участников конфликта. Случайное совпадение?

Что то не верится…

Да и Уинстон Черчилль, бывший в момент начала войны английским морским министром, позднее заявлял: «Ни разу в течение трех последних лет мы не были так хорошо подготовлены».

Проведя учения, для которых флот якобы и мобилизовывался, англичане никого по домам не распустили. И через две недели полностью укомплектованный «миролюбивый» британский флот вступил в войну защищать бельгийцев от «агрессивной» Германии, еще только приступившей к своей мобилизации…

Зато всеобщая воинская обязанность была введена в Соединенном королевстве 6 го января 1916 года, т. е. через 16 месяцев после начала мирового конфликта. А до этого на фронт шли малочисленные добровольцы, поэтому, когда мы теряли сотни тысяч, они теряли сотню-тысячу!

Великобритания делала все, чтобы самой участвовать по минимуму, чтобы другие страны истощали друг друга в войне.

Русская армия, вступив в войну неподготовленной, несмотря на все трудности со снабжением, несмотря на бездарное руководство царских генералов, не раз одерживала победы.

С одними винтовками наперевес наши солдаты выкосили весь цвет австро-венгерской армии на полях Галиции и в ущельях Карпат. Досталось и немцам — статистика гласит, что полки германской армии, дравшиеся на Восточном фронте, несли вдвое большие потери, чем сражавшиеся на Западном. Турки, разгромившие англичан и французов, потерпели от русской армии страшное поражение, и русские воины стояли на подступах к Ираку!

На весну-лето 1917 года наступление готовила и Россия, и «союзники». Напротив, германская армия готовилась к стратегической обороне.

Эрих Людендорф, фактически руководивший действиями всей германской армии, писал в мемуарах: «Наше положение было чрезвычайно затруднительным и почти безвыходным». Экономическое состояние не отвечало требованиям войны на истощение. Силы были подорваны.

«Германия испытывала острый недостаток в людских ресурсах. Из военнообязанных мужчин от 17 до 45 лет она могла к весне 1917 г. сформировать только 13 дивизий. В сентябре 1916 г. германское верховное командование потребовало от правительства поголовной мобилизации, чтобы каждый немец в возрасте от 15 до 60 лет считался военнообязанным и чтобы эта повинность, «хотя бы и с ограничениями, была распространена и на женщин». Однако это весьма широкое требование натолкнулось на противодействие.

Еще более тяжелым было положение Австро-Венгрии. Народ и армия недоедали. Усиливалось недовольство рабочего класса, солдатских масс и порабощенных наций. Армия была еще способна удерживать фронты, но с помощью германцев. В строгой тайне от Берлина Австрия вела переговоры с Антантой о мире».

И т. д., см. Строков А. А., «Вооруженные силы и военное искусство в первой мировой войне» (Воениздат, 1974)

«Совершенно ясно, что наша военная сила иссякает. Я не буду останавливаться на этом положении, потому что это значило бы лишь злоупотреблять временем вашего величества. Я хочу только указать на сокращение сырья, необходимого для производства военного снабжения, на то, что запас живой силы совершенно исчерпан, и главное — на тупое отчаяние, овладевшее всеми слоями населения в силу недостатка питания, и отнимающее всякую возможность дальнейшего продолжения войны. Если я и надеюсь, что нам удастся продержаться в течение еще немногих ближайших месяцев и провести успешную оборону, то для меня все же вполне ясно, что дальнейшая зимняя кампания для нас совершенно немыслима, то есть, другими словами, что поздним летом или осенью мы во что бы то ни стало должны заключить мир». — так мрачно описывает состояние дел в докладе своему монарху австрийский министр иностранных граф фон Чернин.

Вместе с немцами на дно безоговорочно следовали и Австро-Венгрия, Болгария и Турция, чьи войска держались исключительно благодаря германской помощи.

Военная катастрофа Германии, а с ней и всех ее сателлитов неминуемо наступала в 1917 году.

«Если бы Россия в 1918 году осталась организованным государством, все дунайские страны были бы ныне лишь русскими губерниями, — сказал в 1934 году канцлер Венгрии граф Бетлен. — Не только Прага, но и Будапешт, Бухарест, Белград и София выполняли бы волю русских властителей. В Константинополе на Босфоре и в Катарро на Адриатике развевались бы русские военные флаги. Но Россия в результате революции потеряла войну и с нею целый ряд областей..».

Черчилль удовлетворенно пишет:

«Ни к одной стране рок не был так беспощаден, как к России. Ее корабль пошел ко дну, когда пристань была уже в виду. Он уже перенес бурю, когда наступило крушение. Все жертвы были уже принесены, работа была закончена. Отчаяние и измена одолели власть, когда задача была уже выполнена..».

Победа была очень близка — но Россия-победительница никак не устраивала «союзников». Тогда пришлось бы отдать России Босфор и Дарданеллы, открыть ей выход из Черного моря в Средиземное и так далее.

Россия усилилась бы — разве можно такое допустить?!

«Россия… может быть побеждена лишь собственной слабостью и действием внутренних раздоров» — некогда писал Карл фон Клаузевиц. К такому же выводу пришли и руководители Великобритании.

КОНЦЕПЦИЯ Н. СТАРИКОВА — ВВОДНАЯ

Почему Англия смогла уничтожить Россию? Почему Россия не смогла уничтожить Англию? Ответ на эти вопросы лежит не в области военных технологий и не в стратегических разработках штабов. Вопрос нашего поражения и «их» победы, заключен в человеческой психологии. Наши враги сделали так, что мы сами уничтожили свою страну. Исподволь внушалась нам ненависть к собственному правительству, к несправедливостям, к недостаткам национального характера. Так нас обманули дважды в 1917 м, а потом еще и в 1991 м!

Россия проиграла потому, что в борьбе на разложение умов населения она не уберегла свое и не пыталась залезть в голову чужому.

Не было в царской России убежища для всевозможных борцов за свободу Ирландии. Не принимала Москва к себе индийских повстанцев. Не открывались в Петербурге «вольная» типография, где какой нибудь индусский Герцен пламенным «Колоколом» звал бы Пакистан к топору. И симпатичные начитанные интеллигенты не получали денежных субсидий от русской разведки, для финансирования их «независимых» исследований, о том, что английской нации не существует вовсе.

Не писали русские газеты об угнетении коварными англосаксами свободолюбивых шотландцев и гордых жителей Уэльса. Никто не растил ту плесень, что могла разъесть монолитное здание империи нашего противника. Никто не использовал громадный потенциал его смутьянов. Вооруженные восстания против британского правления имели место в Ирландии в 1798, 1803, 1848 и 1867 годах. В 1879 году полыхнула Индия, где полтора года крестьяне вели партизанскую борьбу.

Не было таких. Не растили, не оплачивали, не искали и не взращивали. А англичане все это делали. Не спеша, с расстановкой, ожидая нужного момента. Английский план уничтожения Российской империи, взорвавший нашу страну в 1917 году, был задуман не теми, кто его выполнял, а их предшественниками. Не в деталях, конечно — тактика может меняться, но стратегия всегда одна: «Правь, Британия!».

Понятно, что этого же хочет любая — по крайне мере, достаточно крупная — страна. Но вот какими способами это делается! Понятно, что политика — дело по определению специфическое. Но вот строить из себя джентльменов — это уже двуличие.

Хотя, с другой стороны, джентльмены — они как раз такие и есть. Джентльмен — этот тот, кто никогда не поставит другого джентльмена в неудобное положение нечаянно. А вот про не-джентльменов тут ничего не говорится…

Как вы уже поняли, то, что англичане хотели сделать в начале XX века, для их политики не было чем то новым. Новизна была в масштабе готовящегося краха. Впервые в истории английская дипломатия и разведка готовились столкнуть между собой двух своих главных конкурентов и уничтожить в рамках одного военного конфликта их обоих. Задача была поистине титанической: предстояло разом похоронить Германию и Россию, между собой вообще никогда не воевавших. Не имевших территориальных и исторических претензий, не испытывавших ненависти друг к другу. К тому же во главе этих государств стояли монархи-родственники.

Сложная задача — но и награда велика.

Уже без малого девяносто лет прошло с момента Февраля и Октября, но до сих пор нет внятного объяснения, как и почему полная сил Российская империя рухнула в небытие. Начинаешь пристально вглядываться в события тех лет и удивляешься беспрестанно: случайность на случайности. Удивительные совпадения, странные поступки государственных мужей.

Почему, объявив войну России и начав мировой конфликт в августе 1914 года, Германия перешла к обороне?

Почему не немецкая, а русская армия двинулась вперед?

Кто вынудил в феврале-марте семнадцатого отречься от власти Николая II?

Как получилось, что всего за восемь месяцев Керенский и Временное правительство развалили великую державу?

Каким образом незначительная кучка приверженцев Ленина захватила власть в огромной стране?

Вопросы есть — а ответов нет!

Историки предпочитают обходить их стороной.

Но есть одна отправная точка, с которой можно начать разматывать клубок лживых нагромождений и преступных недомолвок. Ключ к разгадке происхождения наших революций — это приезд Ленина в апреле 1917 года из Швейцарии.

Одни говорят, что германский шпион Ульянов вернулся на Родину с немецкими деньгами.

Другие заявляют, что пролетарский вождь приехал делать революцию.

Но ни одни, ни другие не в состоянии объяснить, почему Ленин свободно въехал в Россию.

В центре столицы России, во время мировой войны толпа торжественно встречает человека, там же публично призвавшего к свержению существующего строя!

И его никто не арестовывает, никто не запрещает его партию. Неужели на немецкие деньги большевики купили и контрразведку, и полицию, и армию и само Временное правительство?

Обычно говорят об одном Ленине, но в поезде ехала целая толпа революционеров разного толка — это мы еще обсудим.

Практически одновременно с Лениным и Ко десантировался с корабля Лев Троцкий (Бронштейн). В Канаде его сняли с парохода и арестовали британские власти, но потом очень быстро выпустили… по просьбе Временного правительства, свергать которое и отправился Лев Давыдович! Каково, а?

Не будем наивными. Если удивительным образом совпадают по времени ряд серьезных политических событий, не будем считать это пустой игрой случая. Будем искать тех, кому это выгодно.

Почему после неудачной попытки большевиков взять власть в июле 1917 года, Керенский запрещает их разоружать?

Почему власть не мешает подрывным элементам вести пропаганду в армии и разлагать ее?

Почему Временное правительство так странно себя ведет?

Ответ на все вопросы один: чтобы большевикам было легче взять власть! Керенский и его правительство подыгрывают Ленину, выполняя волю могущественной иностранной державы, заинтересованной в гибели своего конкурента. И держава эта — вовсе не Германия!

Уничтожение Российской империи — это самая удачная операция британской разведки за всю ее историю.

Главный организатор и Февраля, и Октября — это англичане.

Судьбы всех геополитических противников Великобритании за последние пятьсот лет удивительно похожи. Ушла с арены борьбы за мировое господство мощная колониальная Испания, затем склонила голову ослабленная революцией Франция. В огне Первой мировой войны сокрушили друг друга Германия и Россия. Именно для этого британские дипломаты ее и развязали!

Это англичане убедили германское руководство разрешить проехать Ленину через немецкую территорию и выделить большевикам денежные средства. Владимир Ильич ехал на Родину, имея обязательства перед немцами — вывести Россию из войны, и перед «союзниками» — прервать легитимность русской власти.

Свои обещания Ленин выполнил: заключил Брестский мир, разогнал Учредительное собрание.

Правда, далее он переиграл чопорных британцев, создав новое социалистическое государство. Большевики, разрушившие Россию, стали ее созидателями на новом уровне.

Но и тут заграница поддерживала пламя братоубийственной гражданской войны…

Что ж, давайте разберем события подробнее. В следующий раз.

 << предыдущая статьяпозицииследующая статья >> 

 
Андрей Борцов
Дмитрий Кондряков
Леонид Смоляр
Григорий Чекан
 
Матвей Сотников
Николай Олейников, Федор Бармин
Александр Михайлов
Алексей Филатов
Павел Евдокимов
Матвей Сотников
Людмила Иванова, Павел Евдокимов
Павел Евдокимов
Федор Бармин
Григорий Чекан
Федор Бармин
Андрей Борцов
Андрей Борцов
Георгий Элевтеров
Дмитрий Лимонов
Юрий Нерсесов
Юрий Нерсесов




 © «Спецназ России», 1995-2002 [email protected] [email protected]