СПЕЦНАЗ РОССИИ
СПЕЦНАЗ РОССИИ N 11 (146) НОЯБРЬ 2008 ГОДА

Андрей Борцов

СТАТЬ «ЧУДОВИЩЕМ»

                                     первая полосаследующая статья >> 

Кризис. Это слово слышится постоянно — от политиков, от журналистов, от банкиров. От рядовых обывателей. Мнения разнятся. От «всем и всему пришел конец» до «пусть сильнее грянет кризис». Но не будем углубляться в хитросплетения международного глобалистского бизнеса, мыльные пузыри виртуальных денег, ипотеки, кредиты и проч. Гораздо важнее то, что сложившаяся ситуация дает уникальный шанс России.

СТАТЬ «ЧУДОВИЩЕМ»

Давайте вспомним ситуацию в стране, начиная с Горбачева и его «перестройки». Запад, который был вынужден все больше и больше вводить у себя элементы социализма, чтобы оставаться привлекательным в глазах собственных граждан в плане сравнения социальных условий, усиленно впихивает России не свой строй «цивилизованного общества», а именно оголтелый либерализм и «дикий» капитализм.

Призывы «стать демократическим государством» означали не «чуть больше демократии», а, для начала, именно что «весь собственный мир разрушить» — под предлогом того, что потом будет лучше. Демократичнее.

Нередко можно услышать миф, что де СССР и так сам разваливался, что эта катастрофа — естественный ход событий и так далее. По теме «был ли естественным распад СССР и какую роль в этом сыграла интеллигенция» отсылаю читателя к книге С. Г. Кара-Мурзы «Потерянный разум». Книга хорошая, хотя и не согласен с ней абсолютно.

Сейчас интерес представляет другое. Единственный способ победить чудовище — это стать им. Разумеется, не точной копией, — но взять все преимущества, которые возможно. Россию призывают стать «цивилизованной страной»? Да какая проблема — русские уже более европейцы, чем сами европейцы, давно растерявшие все ценности белого человека.

Что это конкретно значит? Частная и государственная собственность. Некогда мы пережили это явление и вряд ли кто сегодня скажет, кроме скупивших за бесценок госпредприятия и нажившихся на этом, что приватизация пошла во благо русского народа.

Агенты влияния Запада требовали все более оголтелой денационализации средств производства, запасов сырья, самой земли (территорий)…

Модель, которая предлагалась России, приблизительно такова: практически все принадлежит разного калибра олигархам, а государство должно охранять Священную Частную Собственность.

Но так ли дело обстоит на самом Западе? Отнюдь. Начиная с госмонополий на алкоголь в Швеции и Норвегии и заканчивая госмонополией на добычу нефти в той же Норвегии. Европейские государственных предприятиях дают от 10 % (Германия) до 30 % (Великобритания) валового внутреннего продукта.

Государственные предприятия осуществляют от 1 / 6 (Германия, Великобритания) до 1 / 3 (Франция) и даже до 1 / 2 (Австрия) валовых капиталовложений в экономику. В США около 1 / 3 всей земли находится в собственности федерального правительства. И, представьте себе, никто не заявляет, что надо провести денационализацию и приватизацию! Если уж нас уговаривают стать чудовищем, то надо именно им и становиться, а не заботливо навязываемым нежизнеспособным уродом.

Рыночное хозяйство должно ограничиваться там, где оно привело бы к социально нежелательным результатам. Результаты свободного экономического процесса должны корректироваться, если они, согласно ценностным представлениям общества, не являются достаточно социальными. Не может прибыль являться самоценностью, поддерживаемой государством.

Мировой опыт наглядно демонстрирует, что развитая экономика, так называемый «цивилизованный рынок» опираются не на «свободный рынок», а на полиморфизм собственности.

В современном мире нет ни одной страны, где государство не занималось бы активно хозяйственной деятельностью. В развитых странах при помощи налогов централизуется и перераспределяется государством от 1 / 3 (США, Япония) до 50 % (Швеция) валового национального продукта. Государственная форма собственности касается тех сфер экономики, где объективно велика потребность в прямом централизованном управлении, в осуществлении государственных инвестиций, где ориентация на прибыльность не является критерием, достаточным для функционирования в общественных интересах.

Сюда относятся такие виды деятельности, которые могут функционировать только как единое целое, благодаря чему объективно складывается государственная форма управления ими и их материальной основой (социальная и производственная структура, экологическая защита, фундаментальная наука и наукоёмкое производство — то же освоение космоса, например).

Мировая практика показывает, что государственная собственность, по сравнению с прочими видами собственности, имеет важные для государства, его развития и безопасности преимущества: способность осуществлять макрорегулирование, формировать стратегию экономического развития общества в целом, оптимизировать структуру национальной экономики по критерию достижения наибольшей эффективности, ориентированной в конечном счет на человека.

Таким образом, — России предлагается свободный, «дикий» рынок, максимальная денационализация производства и ресурсов, — в то время как Запад использует у себя смешанную форму: как частную, так и государственную собственность.

Вот такую схему нам и надо перенимать, а не слушать агитаторов, чьей целью является максимальное ослабление России.

Стратегическое производство, естественные монополии, добыча природных ресурсов, — должны принадлежать государству. Частному предпринимательству же оставить решение проблем улучшения уровня жизни населения (то, чего так не хватало в СССР) — сферу услуг, производство товаров народного потребления и т. д.

ДЕМОКРАТИЯ

Аналогичная ситуация с видением демократии, навязываемым России, которое можно назвать именно оголтелым, — стоит почитать высказывания В. И. Новодворской, чтобы уяснить концепцию.

Временами, когда маразм становится явным, предлагается light-вариант типа «суверенной демократии».

Однако не будем отвлекаться на обсуждение упомянутых феноменов, — лучше посмотрим на то, что предпринимает западная демократия в случае возникновения у них форс-мажора. Усиление режима безопасности, тотальной слежки всех за всеми и проч. после 9 / 11 — это мелочь. Взглянем на историю глобально.

Был такой американец — Франклин Делано Рузвельт. Некоторое время он работал президентом США. В весьма непростой, надо сказать, для своей страны период.

Именно при нем Америка перешла от кризиса к расцвету, за что до сих пор пользуется заслуженным уважением. Давайте же посмотрим на его методы.

Были ли они демократическими? Да ни разу. Куда больше подходит термин «диктаторский».

Используя общественные антиолигархические настроения, Рузвельт в своих выступлениях то и дело смело обрушивался на сверхкрупный бизнес — экономических диктаторов и тиранов.

На конвенте демократической партии 27 июня 1936 года он, например, заявил, что 4 июля 1776 года в Филадельфии (дата провозглашения независимости американских штатов от Британской империи, общеамериканский праздник) была уничтожена политическая тирания. Но теперь американцы должны покончить и с экономической тиранией — всевластием финансово промышленной олигархии.

«Эти привилегированные князья новых экономических династий, жаждущие власти, стремятся поставить под контроль само правительство. Они создали новый деспотизм, освятив его законом… Экономические роялисты жалуются, что мы хотим опрокинуть американские институты. На самом деле они жалуются на то, что мы стремимся отобрать у них власть…» — говорил Рузвельт.

Проведя параллели, — разве не то же самое происходит сейчас в экономической жизни России?

Так давайте ориентироваться не на участливо подсовываемые врагами концепции, а на то, как выходил из положения опытный и матерый демократ в самой демократической (по их мнению) стране.

При этом социалистом Рузвельт не был. В том то и ценность примера, что он основан на практике, а не на слепом следовании идеологии.

Рузвельт был самым настоящим капиталистом. Однако считал, что «если хочешь погубить капитализм — дай полную власть капиталистам», а потому смело пошел на внедрение элементов плановой экономики и социализма.

Обратите внимание на забавную диалектику: капитализм объявляется самоценностью, и в то же время честно признается, что сам по себе, — в диком виде — он существовать не может.

Пришлось внедрять элементы плановой экономики,

Директивно был установлен минимум заработной платы, введена система социального страхования. Профсоюзы получили закрепленное законом право на коллективные договоры с работодателями. Президент давал деньги потребителям (рабочим и фермерам), чтобы они смогли покупать произведенные индустрией США товары, спасая страну от кризиса перепроизводства.

Так же, как Сталин, Рузвельт делал ставки на мегапроекты. В СССР строили Магнитку и Днепрогэс, а гордостью Рузвельта стал проект TVA (администрация долины реки Теннеси), предусматривавший строительство целого каскада гидроэлектростанций. Сами американцы говорили, что без этого «энергетического сердца» был бы невозможен и атомный проект США. Любопытно, что в 30 е годы TVA пропагандировалась с помощью фильмов, которые сейчас в Америке именуют «псевдосталинскими».

Огромные деньги Рузвельт закачивал в программы создания новых вооружений (именно при нем США обзаводятся мощными авианосцами). Это капитализм всегда стремится выйти на международный уровень и организовать наднациональную глобализацию в своих интересах, а социализм подразумевает патернализм по отношению к своей нации. Социалист никогда не забывает о безопасности государства.

Рузвельта не смущала похожесть его методов на чьи либо еще. Так, его Закон о восстановлении национальной промышленности (NIRA) был очень похож на экономическую схему итальянского «корпоративного государства — вплоть до того, что государство определяло для частного бизнеса объемы производства.

Курьезный факт: когда летом 1934 года Рузвельт толсто намекал Конгрессу о необходимости закона о социальном обеспечении и говорил, что каждый гражданин США должен быть обеспечен «от колыбели и до могилы», одна из зрительниц в истерике закричала с галерки: «Закон слово в слово списан со страницы 18 й «Манифеста коммунистической партии», который я держу в руке!».

Ну и что? Главное — что работает!

Впрочем, если для Рузвельта было значимо лишь это, то для нас, несомненно, важнее другое: капитализм не работает. Капитализм — это лишь средство обогащения немногих за счет остальных. Для здоровой государственной экономики он не подходит, т. к. нуждается в антимонопольном законодательстве и прочем регулировании «свободного рынка». Не говоря уж о том, что стратегически важные направления зачастую убыточны, а если и дают прибыль, то в отдаленном будущем.

Многие американцы пришли в ужас — им казалось, что Рузвельт расчищает дорогу коммунистам. Конечно, этого и близко не было, но Рузвельт использовал тот же принцип: если «красное чудовище» развивается бешеными темпами (индустриализация), то необходимо тоже стать чудовищем — или погибнуть.

Советский биограф Н. Яковлев в книге «Франклин Рузвельт: человек и политик» (1981 г.), писал, что еще в 1929 году будущий президент на посту губернатора штата Нью-Йорк украсил стены своего кабинета схемами, на которых еженедельно отмечался ход строительства 150 ти важнейших объектов. И если плановые сроки по любому из них нарушались, следовало личное вмешательство губернатора.

Советник Рузвельта в создании «Нового курса» профессор Тагвелл просто молился на Советский Союз, заявляя: «Россия скорее осуществит цель — необходимое для всех, а не роскошь для немногих, чем наша собственная конкурентная система». В 1932 м, глядя на успехи первой пятилетки в СССР, Тагвелл писал, что будущее — за плановым хозяйством.

Интересно, не так ли?

Через два месяца после прихода Рузвельта к власти произошел острейший кризис в агросекторе: фермеры не могли вернуть взятые в частных банках кредиты. Рузвельт применяет чисто социалистический способ: фермерам выдают госкредиты на 100 миллионов долларов (и не забывайте, что тогда доллар был гораздо «весомее»!). Продажа хозяйств с молотка была запрещена.

Закладные продлеваются волей государства. Организуется Фермерская кредитная ассоциация. Банкирам разрешается получать с селян только 5 % годовых, а не 15 %.

Сравните с тем, что происходит сейчас в России с теми же ипотечными кредитами: банки в одностороннем порядке поднимают процент.

В 1933 году Рузвельт создает Национальный чрезвычайный совет, чуть ли передранный с Совнаркома. В Совет входят главы министерств и ведомств «Нового курса». Стиль руководства в этом органе едва ли можно назвать либеральным: «Ф. Д. Р. ничего не стоило в случае необходимости вызвать главу какого либо ведомства, положить перед ним решение, относившееся к его компетенции и совершенно неизвестное вызванному и коротко приказать: «Подписать!» Редких смельчаков, осмеливавшихся спорить, ждала незавидная участь…» — пишет Н. Яковлев.

В 1934 году была создана Администрация гражданских работ (CWA) — по сути дела, Министерство общественных работ и великих строек, вобравшее в себя 4 миллиона безработных. Просуществовала CWA недолго, однако успела сделать колоссальную работу: построила или отремонтировала 80 тысяч км дорог, 50 тысяч школьных зданий, построила полтысячи аэродромов. Все — за полтора миллиарда тогдашних долларов (которые равны десяти нынешним). За счет фондов CWA оплачивались 50 тысяч учителей и тысячи работников умственного труда: был спасен интеллектуальный потенциал страны.

Чем, кстати говоря, не решение проблемы с гастарбайтерами, которые сейчас накопились в России? В рабочие лагеря — и строить дороги!

Напоследок — почти анекдот.

Когда финансовые олигархи завопили, что президент тратит слишком много денег из бюджета, создавая его дефицит, Рузвельт в июне 1935 г. поднял ставки налогов на большие личные доходы. Тем самым, заявил он, миллиардеры получают шанс погасить государственный долг из собственных средств.

УХОД ИЗ СЕТЕЙ

Примеров на тему «России пытаются впарить то, что не используют у себя» можно привести множество, но давайте обратимся к главному.

Суть в том, что Россию, образно говоря, кинули в паучьи сети глобалистского капитала. Соответственно, чтобы не погибнуть, надо:

а) вырваться из этих сетей;

б) стать таким чудовищем, чтобы хозяева сетей боялись и за себя, и за свои сети.

В самом деле, подумайте, почему это американский ипотечный кризис и его последствия влияют на экономику России? Логика где? Где логика, я спрашиваю?!

Деньги должны быть средством учета и не более того.

Они имеют ценность как универсальный, легко считаемый эквивалент обмена, но не имеют ценности сами по себе.

Воздушные пузыри виртуальных денег, кредитов, кредитов на кредиты и проч. — начали лопаться. Пусть страдают те, кто эту систему продвигал и развивал — поделом. Доллары США давно уже не обеспечиваются ничем.

У России же есть ресурсы, которые могут служить именно обеспечением рубля.

И первая ласточка уже готовится на старт — была информация, что некоторые (пока еще) сделки по нефти будут переводиться на рубли.

Конечно, требуется еще много чего — от восстановления утраченного и до создания новейшего, причем спешными темпами.

Но сейчас, на фоне кризиса, мы вполне можем вырваться из глобалистской паутины.

Уйти от навязываемого России либерализма и строить социализм с учетом всех ошибок и наработок прошлого.

Мы даже не будем первопроходцами — национальный социалистический Китай дает много опытного материала. Белоруссия тоже многое испытала «на своей шкуре» и опыт батьки Лукашенко России тоже пригодится, тем более что он получен не на чуждых нам китайцах, а на своих же, русских.

Да, это сложно. Чудовищно сложно.

Но другого выхода — просто нет.




                                     первая полосаследующая статья >> 

Андрей Борцов
Павел Евдокимов
Федор Бармин
Николай Олейников
Павел Евдокимов
Ольга Рожкова
Павел Евдокимов
Геннадий Зайцев
Павел Евдокимов
Андрей Борцов
Андрей Борцов
Георгий Элевтеров
Павел Евдокимов
Юрий Нерсесов
Юрий Нерсесов




 © «Спецназ России», 1995-2002 [email protected] [email protected]