|
Александр ЛяховскийБАЙКАЛ – 79 |
| << предыдущая статья | наша история | следующая статья >> |
Из воспоминаний В.Братерского: «Нас было пятеро из ПГУ и две группы по 30 человек, которые и осуществляли операцию. Уникальная группа “Гром”, в которую входили классные спортсмены, должна была непосредственно действовать во дворце. Группа “Зенит” – обеспечить подступы к дворцу. В ней были ребята из балашихинской школы, где готовят спецназовцев. Из 60 ребят в строю остались 14.
С другой стороны были большие потери. В охране Амина было 300 человек. 150 сдались в плен. Убитых не считали.
Амин еще пригнал двухтысячный полк, и они окопались вокруг дворца. Полк мы прорезали, как кинжалом. Во время штурма он как-то рассеялся. Кармаль обещал, что нас поддержат 500 верных ему боевиков. Завезли для них оружие, гранаты – ждали. Из 500 человек пришел только один.
Была еще одна группа под началом майора КГБ. В их задачу входило доставить некоторых представителей афганского руководства для подтверждения версии о внутреннем перевороте.
Версия же, которая внушалась нам, – Амин связан с американцами, мы получим еще одного опасного соседа с юга. Никаких документов, подтверждающих эту версию, никогда представлено не было.
Мне все стало окончательно ясно, когда человек, застреливший Амина, сказал мне, что приказ был: живым Амина не брать. Кстати, тогда же в перестрелке был ранен в грудь и скончался сын Амина лет восьми. Я собственными руками перевязывал рану его дочери – ее ранили в ногу. Мы оставили дворец, в котором ковры были пропитаны кровью и хлюпали под ногами. Это трудно себе представить…
Перед отлетом нам всем обещали звезды Героев. Двое, насколько я знаю, получили, один – посмертно, всего в КГБ было награждено за это дело 400 человек, вплоть до машинисток и секретарш.
Уцелевшие после той ночи ребята договорились, что будут встречаться каждый год 27 декабря в семь часов вечера у Могилы Неизвестного Солдата. Крючков запретил – мол, нечего сопли распускать…»
Комментируя эти воспоминания, генерал Ю. Дроздов сказал: «Я глубоко сомневаюсь в правдивости отдельных утверждений В.Братерского. В составе штурмовых групп его не было. За его хлесткими высказываниями я не вижу ничего, кроме незнания фактов, небрежности и некомпетентности. Звезд Героев нам не обещали, нам просто поручили выполнение оперативного задания. Так пишут те, то сам там не был, но все и больше всех знает».
Действительно, добрых пять лет афганцы встречались в этот день вопреки запрету, но в другом месте. Они не разделяли этой точки зрения своего руководства. Председатель КГБ СССР Крючков В.А. в беседах со мной соглашался с ними, но не все было в его силах».
В тот же день, 27 декабря, воздушно-десантные части 103-й дивизии и подразделения 345-го полка, а также выделенные им в помощь силы от пограничников, групп КГБ СССР «Зенит» и «Гром» вышли к расположению воинских частей и соединений, важным административным и специальным объектам в столице и установили над ними свой контроль. Захват этих ключевых объектов прошел организованно, с минимальными потерями.
Об обстоятельствах захвата других важных объектов в афганской столице, который осуществлялся бойцами специального подразделения «Зенит» и десантниками, известно немногое, хотя они имели не менее важное значение. Расскажу о некоторых из них.
Другим сложным объектом оказался Генеральный штаб афганской армии, охрана которого была значительно усилена, а сама обстановка внутри здания – весьма напряжена.
Задача на захват здания Генерального штаба ставилась еще 14 декабря, но тогда он располагался в другом месте. Имевшимися тогда силами проводить операцию было просто безумием, и ее отложили.
На сей раз в ходе подготовки к выполнению задачи старший подгруппы «Зенита» майор Валерий Розин, сопровождая советника по пограничным войскам генерала Андрея Власова, побывал внутри здания, куда незадолго до этого передислоцировался Генеральный штаб. Раньше здесь размещался какой-то музей. Розину удалось осмотреть только определенную часть здания, но благодаря тому, что раньше он был по специальности строителем, на основе увиденного он составил поэтажный план всего здания с указанием расположения постов охранения.
Разработали детальный план операции. Каждому сотруднику «Зенита» поставили четкую, конкретную задачу. Детально отработали вопросы взаимодействия. Это потом очень помогло, потому что в бою раздумывать было некогда. Самым сложным делом оказалось проникнуть в здание. Якуб проявлял особую бдительность, он все время находился в Генеральном штабе, даже ночевал там. В качестве повода решили использовать прибытие в Кабул советских десантников.
В 18.50 группа в составе 14 разведчиков-диверсантов отряда «Зенит» во главе с Валерием Розиным и двух офицеров-пограничников на автомашинах выехала с территории советского посольства в направлении здания Генерального штаба ВС ДРА. Вместе с ними находился афганец Абдул Вакиль. Он был загримирован, одет в советскую военную форму и вооружен пистолетом. На место прибыли около 19. 00. Одна группа «зенитовцев» поднялась на второй этаж в левое крыло здания, где размещается аппарат начальника Генштаба Мухаммада Якуба. Остальные остались на первом этаже и в вестибюле в ожидании времени начала операции.
Они обратили внимание, что афганцев в здании (наружное охранение, посты в вестибюле и на обоих этажах, лица в штатском, офицеры) значительно больше, чем это фиксировалось ранее при разведке объекта. В помещении узла связи кроме трех дежурных связистов присутствовало около 15 афганских солдат с автоматами. В торцевых частях здания у левого и правого входов кроме обычных двух караульных находилось еще по 7–10 солдат. Несколько военнослужащих размещалось в комнатах первого этажа.
Операция проводилась под легендой знакомства командира 103-й воздушно-десантной дивизии генерала Ивана Федоровича Рябченко с начальником Генерального штаба афганской армии Мухаммадом Якубом. Хотели встречу провести в палатке командира дивизии, но Якуб отказался туда приехать, поэтому командир дивизии сам приехал в Генеральный штаб.
Чуть позже 19.00 командир дивизии, советник начальника Генерального штаба генерал П.Г.Костенко, генерал А. А. Власов, полковник Летучий, майор В.В.Розин (на нем поверх спецназовской формы был надет десантный комбинезон, и он выступал в роли заместителя Рябченко по технической части) и переводчик А. Плиев прошли в кабинет к начальнику Генштаба. Перед входом в приемную все они сдали оружие. Афганцы их обыскали. Сопровождавшие И. Ф. Рябченко офицеры, два брата Станислав и Павел Лагойские, а также «зенитовцы» В. Ирванев и И. Васильев остались в коридоре перед приемной. Якуб приветливо встретил гостей и пригласил их за стол. В его кабинете стояла радиостанция, по которой он держал прямую связь с командирами дивизий. Они время от времени докладывали начальнику Генерального штаба о готовности. Возле окна стоял ящик с гранатами, а на столе лежал автомат. Завязалась беседа. Генерал Власов представил командира дивизии начальнику Генерального штаба ВС ДРА. Они стали обсуждать вопросы взаимного сотрудничества и взаимодействия. И.Ф.Рябченко не был информирован о готовящейся акции, поэтому вел себя естественно и солидно. Наличие у Якуба радиостанций явилось неожиданностью для военных советников, они не знали, когда начальник Генерального штаба их приобрел.
Одновременно разведчики-диверсанты рассредоточились в вестибюле и коридорах первого и второго этажей здания Генштаба. Перекрыли большинство находившихся там афганцев. С целью отвлечения их внимания и достижения эффекта неожиданности установили контакты с ними, угощали их сигаретами, вели разговоры о том, что прибыли вместе с командиром дивизии и обеспечивают его охрану.
В 19.30 в городе раздался сильный взрыв. Судя по мимике, Якуб его тоже услышал, но продолжал говорить. Очевидно, он уже обо всем догадывался, но самообладания не терял. Затем он устремился к столу, где у него лежал немецкий девятимиллиметровый автомат МГ-5. Майор Розин бросился наперерез. Завязался рукопашный бой. Надо сказать, что сам Якуб был физически очень мощным (под два метра ростом и более ста килограммов весом) и разносторонне подготовленным человеком. В свое время он окончил Рязанское воздушно-десантное училище, хорошо говорил по-русски и являлся большим другом Советского Союза. Розину, конечно, пришлось бы нелегко, если бы в тот момент в кабинет не ворвались остававшиеся перед приемной братья Лагойские, В. Ирванев и И. Васильев, а также несколько афганцев. Не понимая, что происходит, генерал И.Ф.Рябченко сидел на месте, а переводчик Анатолий Плиев тоже вступил в схватку. В первую очередь они вывели из стоя радиостанцию, лишив Якуба возможности подать команду командирам дивизий на начало боевых действий. В завязавшейся перестрелке помощник Якуба был убит, а сам он ранен. Начальник Генерального штаба быстро заполз в комнату отдыха, где, как оказалось, находились еще несколько высокопоставленных военнослужащих афганской армии, а также заместитель министра внутренних дел. Переводчик Плиев передал афганцам, укрывшимся в комнате отдыха начальника Генерального штаба, требование генерала Рябченко – сдаваться. И они стали по одному выходить с поднятыми руками.
В это время группа в составе В.Кудрика, В.Стремилова и А.Машкова в короткой рукопашной схватке обезоружила на первом этаже часового у входа на узел связи, перерезала выходы телефонных проводов на лестничной площадке и автоматным огнем подавила сопротивление охраны. Затем «зенитовцы» вывели из строя наиболее уязвимые и важнейшие части узла связи. Управление располагавшимися в Кабуле соединениями и воинскими частями было парализовано, что во многом обеспечило успех всей операции в афганской столице.
Офицеры «Зенита» В. Ким и А. Нам перекрыли вход на первый этаж правого крыла здания, не допуская туда солдат из роты охраны. Им пришлось вступить в огневую схватку для предотвращения проникновения афганских военнослужащих в это крыло. Вход в левое крыло контролировали С. Баранов и М. Поволоцкий. Одновременно они не выпускали из комнат афганских военнослужащих. И.Песцов и два пограничника остались в вестибюле и помогли ликвидировать охрану у главного входа.
После вывода из строя узла связи В.Кудрик, В.Стремилов и А.Машков бегом поднялась на второй этаж для оказания поддержки действовавшим там бойцам отряда «Зенит» Ю.Титову и Ю.Климову. Рукопашная и огневая схватка в помещениях второго этажа была наиболее продолжительной и ожесточенной. Афганцы, рассредоточившись по комнатам второго этажа, яростно отстреливались. Часть афганских военнослужащих укрылась на третьем этаже.
Тем временем в кабинете начальника Генерального штаба ситуация немного разрядилась. Раненый Якуб лежал в комнате отдыха, а остальные афганцы сдались. Их связали и поместили под охраной в отдельном помещении.
Во всем здании были слышны выстрелы и взрывы гранат. Генерал Костенко укрылся в своем кабинете и чуть было не пострадал от своих же соотечественников. Когда бой уже фактически прекратился, в кабинете начальника Генерального штаба появился Абдул Вакиль. Он что-то долго говорил на пушту раненому Якубу, а затем застрелил его из пистолета.
По мере того как удавалось подавлять сопротивление афганцев в различных местах здания, пленных собирали в большой зал. В конечном итоге их там набралось около ста человек. Многие из них были в шоке. И хотя все они были разоружены, но представляли довольно реальную угрозу для горстки «зенитовцев». Тогда майор В.Розин приказал срочно всех связать. Веревок не было. Для этих целей использовали связной кабель, который отрывали, где только было можно.
Третий этаж здания штурмовать не стали. Засевшие там афганцы не могли выйти, так как все выходы контролировались бойцами из «Зенита».
Бой продолжался больше часа. Когда перестрелка уже стала затихать, к зданию Генерального штаба стремительно на БМД выдвинулся батальон десантников 350-го парашютно-десантного полка, руководимый командиром полка подполковником Г. И. Шпаком, который прибыл через сорок минут после начала боя, так как спецназовцы начали операцию раньше установленного планом времени. Десантники открыли шквальный огонь из пулеметов и автоматов по окнам. «Зенитовцы» вынуждены были лечь на пол или занять различные укрытия, чтобы не пострадать от своих же солдат. Трассирующие пули, впиваясь в стены комнат, горели красными светлячками, создавая неповторимое зрелище. Майор Розин стал кричать командиру дивизии, что надо предпринять какие-то меры, чтобы прекратить огонь. Генерал Рябченко поставил задачу одному из своих офицеров срочно связаться с командиром роты. Через некоторое время в здание прибыли связисты с радиостанцией Р-105, и командир дивизии взял управление на себя. По радиосетям были переданы команды: «Не бросать гранаты на второй этаж, там наши». Десантники быстро подавили оставшиеся очаги сопротивления и заняли третий этаж. Провели «зачистку» помещений.
Афганцы потеряли 20 человек. Больше сотни офицеров и солдат были пленены. В штурмовой группе два человека были легко ранены.
По окончании боя здание Генштаба и пленные были взяты под охрану десантниками. Им же были переданы военные трофеи – автоматы, пулеметы, гранатометы, боеприпасы и холодное оружие. Изъятые из сейфа документы, ценности и деньги майор Розин передал генералу Власову, а он отдал их на хранение советнику начальника Генерального штаба генералу Костенко. Через два дня все, что было изъято из сейфа Якуба, генерал Власов сдал в посольство генерал-лейтенанту Б.С.Иванову.
Для захвата радио- и телецентра была выделена разведывательная рота 345-го отдельного парашютно-десантного полка, усиленная зенитным отделением ЗУ-23 и 9 «зенитовцами». С этой целью разведрота 21 декабря из Баграма была переброшена в Кабул и располагалась неподалеку от нашего узла связи.
Командир роты старший лейтенант Александр Попов и старший группы «зенитовцев» майор Анатолий Рябинин заблаговременно были сориентированы о предстоящей задаче. Захват внешней территории объекта и уничтожение огневых средств предполагалось осуществить силами десантников, а внутри зданий должны были действовать зенитовцы.
Они понимали, что успех боя может обеспечить только тщательная подготовка, поэтому отнеслись к ней очень серьезно. А. Т. Рябинину заранее удалось два раза побывать на объекте. Как инженер по автоматике, он выяснил, где располагались студии радио и телевидения, из которых ведутся передачи в эфир, их коммутационные сети, основное и резервное энергетическое снабжение.
Александр Попов сначала вместе с «зенитовцами» объехал на машине комплекс радио- и телецентра, определил его общее расположение и основные подходы к нему. Затем, переодевшись в гражданскую форму, вместе с командирами взводов лейтенантами Девятовским и Чибиновым командир роты провел детальную рекогносцировку путей выхода к объекту, расположения входов и выходов, постов охранения и огневых средств.
Попов и Локтев составили план захвата объекта, схемы постов охраны, расположения боевой техники и казарм, распределили силы и средства, рассчитали время выхода к объекту по разным маршрутам.
Территорию радио- и телецентра планировалось захватить с двух сторон: справа, со стороны американского посольства, два взвода под руководством заместителя командира роты старшего лейтенанта С.Локтева отсекали экипажи от танков, а затем или уничтожали их, или захватывали; слева, со стороны основного входа, силами разведывательного взвода, отделения управления и зенитного отделения, сбив ворота, врывались на территорию объекта и обеспечивали действия группы захвата. Причем было предусмотрено два варианта: сходу на боевых машинах десанта (БМД) и пешим порядком в ночное время без стрельбы.
В середине дня 27 декабря командир роты получил боевую задачу от начальника разведки ВДВ полковника А.Кукушкина, довел ее до командиров взводов, а те, в свою очередь, определили каждому десантнику конкретную задачу. Особо были проинструктированы водители БМД и операторы-наводчики. Вместе с советскими солдатами действовал А. М. Ватанджар.
Приказ на начало операции поступил в 18.30. Им предписывалось атаку объекта начать в 19.30, захватить его и организовать охрану. Майор Рябинин находился в БМД командира роты. Группа разведчиков-диверсантов из «Зенита» располагалась в бронетранспортере вместе с А. М. Ватанджаром.
В установленное время боевые машины начали выдвижение, но неожиданно были рассечены колонной выдвигающегося батальона десантников. БТР с «зенитовцами» и Ватанджаром отстал. А.Попов, вспоминая то время, говорил: «Мы тогда не знали, что в Кабуле кроме нас находятся другие части ВДВ, поэтому были крайне удивлены и не могли понять, откуда взялись здесь десантники». И все же разведрота вовремя выдвинулась к объекту, с двух сторон десантники ворвались на его территорию, смяв ворота и расстреляв часовых. Разведчики действовали дерзко и стремительно. Они сразу же открыли шквальный огонь. Три танка и одну боевую машину пехоты (БМП) уничтожили из ручных противотанковых гранатометов «Муха». Один танк возле КПП захватили, а экипаж взяли в плен. Остальные танки и БМП (на объекте было одиннадцать танков и четыре БМП) сопротивления не оказали. Ни один танк не выстрелил из пушки, хотя все орудия были заряжены, а экипажи находились в полной боевой готовности. Тем временем группа «зенитовцев» ворвалась в здания радио- и телецентра, штурмом овладела ими.
Бой продолжался около 40 минут. После захвата здания афганский персонал радио- и телецентра обыскали и собрали в отдельном помещении, выставив охрану.
Большую помощь группе оказал Ватанджар, который направил сдавшихся в плен и захваченных танкистов к стоявшим в отдалении танкам с приказом сдаваться. Он разъяснил им обстановку и заверил, что перешедшим на сторону новой власти солдатам гарантируется безопасность. Все экипажи оставшихся семи танков и трех БМП сдались в плен. После чего сложили оружие и бойцы из охраны объекта. В плен было взято 106 человек, убито 7, ранено 29. С нашей стороны был ранен в ноги один солдат. Позже он был отправлен в госпиталь.
Затем Ватанджар выступил перед сотрудниками радио- и телецентра и вместе с афганскими специалистами организовал работу по передаче в эфир обращения Кармаля к народу и ряда заявлений нового правительства. Десантники осуществляли контроль этих передач и охрану зданий радио- и телецентра. В последующем они были переданы представителям нового правительства Афганистана, а их охрану поручили одной из рот 103-й вдд. 29 декабря разведывательная рота 345-го опдп убыла в Баграм. За проявленное мужество и героизм при проведении этой операции 13 военнослужащих роты получили правительственные награды (А. Попов и С. Локтев награждены орденами Красной Звезды).
Взвод десантников и 9 «зенитовцев», руководимые Александром Пунтусом, а также двое бойцов из группы «А» Александр Мирошниченко и Владимир Тарасенко в 20.20 подъехали к зданию Центрального телеграфа, но вход в него был закрыт. Майор Пунтус вместе с переводчиком вышел из машины и стал объяснять афганскому офицеру, подошедшему к ним, что группа прибыла для усиления охраны телеграфа, и попросил пропустить на объект. Однако офицер ответил, что у него есть приказ – никого на объект не допускать. По его словам, примерно часом раньше возле телеграфа произошел сильный взрыв, в результате которого образовалась большая воронка, а зданию нанесен серьезный ущерб. Никакие другие доводы на афганского офицера не действовали, поэтому мирно проникнуть внутрь здания не удалось.
После доклада обстановки был получен приказ на захват телеграфа силой. Операция началась в 21.00 с того, что бронетранспортер сбил ворота и въехал во двор, огнем нейтрализовал располагавшуюся возле здания и в караульном помещении охрану. Затем десантники и «зенитовцы» стремительно ворвались в здание телеграфа и быстро овладели его тремя этажами. Вся операция заняла 20 минут и была проведена успешно, хотя афганские солдаты, а их было на объекте 32 человека, на первых порах оказали вооруженное сопротивление.
Афганцы были обезоружены и размещены под охраной в караульном помещении. Кроме охранников внутри здания находился обслуживающий персонал телеграфа (20 мужчин и 12 женщин). Их всех обыскали и поместили в комнатах на третьем этаже здания. Сопротивления они не оказывали. С помощью афганских специалистов была отключена аппаратура. Их накормили, успокоили и устроили на ночлег. Утром следующего дня все они были отпущены по домам. Потерь с обеих сторон не было.
После захвата телеграфа были выставлены наружные посты, контролирующие входы в здание. Со стороны афганцев не предпринималось попыток захватить объект.
И уже 29 декабря по согласованию со старшим советником по Министерству связи ДРА Юсуповым в здание телеграфа были допущены служащие и технический персонал, сразу же приступивший к уборке помещений и настройке аппаратуры.
В 19.30 группа в составе двух взводов десантников, 14 «зенитовцев», возглавляемых Юрием Мельником, и двух сотрудников группы «А» Е.Чудеснова и А.Лопанова приступили к захвату здания министерства внутренних дел (царандоя). Действовали они внезапно и стремительно. На трех открытых грузовиках подъехали к объекту и, резко остановившись у контрольно-пропускного пункта (КПП), дали залп из семи ручных гранатометов «Муха». Это вызвало короткое замешательство охраны, насчитывавшей около 350 солдат и офицеров, чем воспользовались десантники для быстрого броска от КПП к зданию МВД. Оттуда велся огонь по атакующим солдатам. Решительным штурмом группа за несколько минут выбила охрану с первого этажа и овладела им. Затем десантники, ведя беспрерывную стрельбу и бросая гранаты, устремились вверх по лестницам. Потребовалось буквально 15 минут для занятия остальных этажей. Афганцы, не понимая, что происходит, были деморализованы. Сопротивление после этого сразу же прекратилось.
Во время перестрелки бойцу «Зенита» капитану Анатолию Муранову перебило оба бедра. Советник МВД майор В. Сисин пытался оказать ему помощь и доставил в посольскую поликлинику, но Муранов умер от болевого шока и потери крови. Большое количество афганцев было взято в плен. Выставлена охрана здания. Советские дипломаты оказывали содействие десантникам и «зенитовцам».
(Продолжение в следующем номере)
| << предыдущая статья | наша история | следующая статья >> |
| © «Спецназ России», 1995-2002 | webmaster@specnaz.ru webmaster@alphagroup.ru |